Алена Викторовна Медведева 
Когда не везет, или Попаданка на выданье

«Алёна Медведева «Когда не везет, или Попаданка на выданье»»: Альфа-книга; Москва; 2017
ISBN 978-5-9922-2392-7
Аннотация

Кто такие попаданки? Это бедняжки, которым «повезло» очутиться в другом мире, получить все мыслимые плюшки, спасти этот самый мир, обзавестись прынцем на белом драконе (а еще лучше принцем-драконом)… и жить с ним долго и счастливо. Так пишут во всех книжках.
Нагло врут!
Я тоже «попала»! Пошла в баню, а оказалась в другом мире. Вместо замка захудалая пещера, и прынц достался бракованный — в облике чудовища, которого изгнали сородичи. Вот только нам отныне друг без друга жизни нет — брачный обряд свершился. И языком общим не владеем, и понять друг друга не можем, а врагов кругом видимо-невидимо. И выжить как-то надо обоим.
Остается надеяться на судьбу, которая не зря выбрала меня в суженые изгнаннику.

Алена Медведева
КОГДА НЕ ВЕЗЕТ, ИЛИ ПОПАДАНКА НА ВЫДАНЬЕ

ПРОЛОГ

Снилась мне бабушка. С улыбкой на губах она напоминала:
— Подожди, время еще не пришло!
И даже во сне я странным образом не сомневалась — действительно, не пришло.
В следующий миг все изменилось: исказились такие родные черты, истаял ее силуэт, явив мне кого-то незнакомого. Передо мной оказалась женщина в темном платье, белоснежные волосы укутывали ее словно плащ. Именно эти волосы — первое, что поразило меня. А еще глаза. Лицо незнакомки скрывалось в тени, но глаза буквально светились, я отчетливо видела голубоватое сияние.
— Дороги судьбы извилисты. Не стоит страшиться перемен. Напротив, выбрав новый путь, ступай по нему смело. И знай, что ответы на вопросы будущего всегда таятся в прошлом. Ищи место, где помнят… Там вспомнишь и сама.
Голос женщины звучал у меня в голове. Это совсем не было похоже на воспоминание о разговоре с бабушкой. А еще от нее веяло холодом, пробирающим до самых костей.
Я испугалась. Так бывает — осознаешь, что спишь, но проснуться не можешь, и вынуждена кадр за кадром наблюдать странный сюжет, порожденный собственным сознанием. Я слышала незнакомку, а видела то, что видеть не могла никогда: широкую улицу, дома… Все это едва различимыми контурами проступало в темноте. Только гулкие шаги нарушали тишину. Мне потребовалось время, чтобы понять — шаги мои. В панике вскинув руки, попыталась рассмотреть себя. Но не смогла. Как будто и не было у меня тела, словно я тоже была частью этой темноты.
Помчалась вперед. Зачем? Не знаю.
Вокруг царили тьма и… пустота. Холодная пустота.
Словно это место давным-давно покинули.
Но только стоило об этом подумать, как впереди мелькнул свет — крошечный огонек, едва заметная искра. И от нее тончайшим ручейком пробилось ощущение тепла. Я направилась было к нему, но замерла, наткнувшись на странную преграду — что-то незримое ограждало от меня этот свет. Испугаться еще сильнее не успела — пространство вокруг изменилось за доли секунды, ослепив и оглушив шумом плещущейся воды. Желтой воды.
Потрясенная резкой переменой, я рефлекторно барахталась в теплых волнах, пока вновь не осознала, что бесплотна и напрасно боюсь утонуть.
В клубящемся над водой густом тумане я смогла разглядеть только остров.
«Место, где помнят». Бесстрастный голос женщины еще звучал в голове, когда я, задыхаясь и судорожно хрипя, села на кровати.
Приснится же! Я постаралась поскорее избавиться от остатков жуткого сновидения. Сердце колотилось не на шутку. За окном было еще темно, я встала и отправилась на кухню пить кофе.
Причина ночных кошмаров была проста — сегодня ровно месяц, как я осталась одна. Единственный близкий человек — моя бабушка — после долгой болезни ушла. В лучший мир, как я надеялась.
Родителей не помню, знаю лишь, что они погибли, когда я была совсем маленькой. Бабушка заменила мне их, всегда была лучшим другом и поддержкой в любых делах. Настало время оправдать надежды и подтвердить, что ее мудрые уроки не прошли зря. Мне уже двадцать три года, за спиной медицинское училище, профессия детской медсестры и даже год работы в районной поликлинике.
— Буду верить, что впереди только хорошее, и я со всем справлюсь, пусть даже и одна. Открываю новую страницу жизни. — Для надежности я решила произнести обещание вслух.
С чего же начать?
В голове было странно пусто, мысли испарились, так и не успев оформиться. Спать уже не хотелось, поэтому я решила начать утро новой жизни, в которой буду рассчитывать только на себя, с душа.
Увы, покрутив ручку, я вспомнила, что с сегодняшнего дня в нашем микрорайоне из-за гидравлических испытаний отключили горячую воду. Вот тебе и душ! А так хотелось начать новую жизнь с чистого (в буквальном смысле) листа.
Умылась холодной водой и вернулась на кухню. Сделала бутерброд, налила кефир и, плюхнувшись на стул, начала планировать день.
Первым делом следовало сходить в магазин, а то в холодильнике мышь повесилась.
Подошла к зеркалу. Горе никого не красит, и я не исключение: отощала, пижама висит мешком, волосы тусклые и всклокоченные, глаза унылые, а уж цвет лица…
Динка, на очаровашку ты совсем не тянешь!
Я показала отражению язык и решила, что душ все же не помешает, а то пугало пугалом. Вот и повод в баню прогуляться. Крайне разговорчивая мама одного моего маленького пациента рассказывала, что раз в месяц обязательно ходит в баню. Душ — это ерунда. Когда душа и тело требуют обновления, поможет только баня, авторитетно советовала она.
Итак, в баню! И обновление мне нужно как воздух, и помыться не повредит. На обратном пути можно и в магазин зайти.
Я вытащила из шкафа большую сумку-непромокайку, закинула в нее банные принадлежности, любимое полотенце, комплект белья и футболку. Сама оделась по-спортивному: хлопковые брюки, футболка, спортивная куртка, кроссовки, ветровка и легкая шапочка.
И ведь права была та мамочка! Сбегая по лестнице, я предвкушала что-то волнующее и неизбежное.
На улице меня встретило яркое майское солнце и приятный легкий ветерок. Я решила насладиться утром и прогуляться пешком через парк. Кругом все зеленело, пели птицы — весна во всей красе. Я бодро подошла к знакомой с детства скамейке, здесь любила отдыхать бабушка. Рядом шелестели листвой липа, клен, каштан и березки, так и тянуло закрыть глаза и вообразить себя очаровательной принцессой рядом с возлюбленным рыцарем в окружении прекрасных цветов.
Присела на скамейку и довольно зажмурилась, пытаясь представить себя другой — счастливой, обновленной и обязательно любимой.
Да! Хочу! Именно! Этого!
В лицо ударил порыв ветра, я вскочила, открыла глаза… и замерла в ужасе.

ГЛАВА 1

Дина  

Грудь сдавило, и крик замер в горле.
Как? Что? Где я?.. В голове одновременно звучали сотни вопросов, но задать их было некому. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась пустыня. Море бурого песка, на поверхности которого лишь кое-где возвышались огромные валуны и нагромождения камней. Леденящий порывистый ветер. И ни намека на майское солнце — небо было затянуто тусклой пеленой, а вдали, на горизонте, и вовсе стремительно чернело.
Я задрожала то ли от холода, то ли от страха. Не в силах поверить собственным глазам, судорожно прижала к себе сумку с банными принадлежностями. Что мне теперь делать? Как быть дальше?! Хотелось закричать от отчаяния, но адский ветер и этого не позволял — даже дышалось с трудом. Глаза слезились, в нос набился песок. Я развернулась и, подгоняемая в спину резкими порывами, побежала. Не ведая сама, куда и зачем.
Странный песок набивался в кроссовки. Небо потемнело почти мгновенно. Уже не ветер — буря завывала вовсю. Я еле держалась на ногах.
Надо укрыться где-то, иначе меня просто засыплет.
Мучительно вглядываясь вперед слезящимися глазами, я решила спрятаться за ближайшей большой скалой. Нос и рот зажала рукой, стараясь втягивать воздух сквозь зубы, чтобы не наглотаться песка. Ветер словно нарочно резко кидал меня из стороны в сторону, мешая двигаться к желанной цели.
Почти выбившись из сил, добралась до скалы, забежала за нее и привалилась спиной к камню. Увы, здесь было не намного лучше. Я с трудом развернулась и прижалась лицом к холодной поверхности. Глаза уже практически не открывались, сквозь узкую щелочку я рассматривала скалу, в надежде обнаружить хоть какое-нибудь укрытие, ощупала камень руками и потихоньку начала продвигаться.
Должно же тут быть хоть что-то — пещера, грот… Я согласна на любую щель, в которой помещусь, лишь бы пережить этот кошмар, не умереть в жуткой пустыне.
Вдруг рука коснулась острого края, и я наконец-то обнаружила в скале отверстие, в которое смогла протиснуться. Не раздумывая, двинулась вглубь. Ветер продолжал колотить в спину, но дышать сразу стало легче. Узкий лаз расширился, хоть впереди по-прежнему была сплошная тьма. И я впервые пожалела о том, что не курю.
Зажигалка сейчас была бы как нельзя кстати.
Продолжая обследовать руками окружающее пространство, я старалась не думать о пауках и змеях. Мало ли кто тут может водиться? Прежде чем сделать малюсенький шаг вперед, тщательно ощупывала почву перед собой. Провалиться или сломать ногу тоже страшно, но выхода не было — надо как можно глубже укрыться от бури, поэтому придется идти в темноте. Подвывания снаружи сменились какими-то леденящими кровь звуками. Дотрагиваясь руками до каменных стен, я ощущала вибрацию от ударов ветра о скалу.
Было холодно и страшно, от напряжения мышцы сводило судорогой. Не знаю, как долго так шла, ожидая каждую минуту удара головой обо что-нибудь или укуса ползучего гада, но силы мои были уже на исходе. Спортсменка и просто красавица — это не про меня.
Абсолютная темнота давила, заставляла чувствовать себя маленькой и беззащитной. Испуг сменился апатией: появилось желание сдаться, смириться с неизбежным и повернуть обратно, вернуться в этот клубящийся песок и там умереть.
О чем это я? Сил на обратный путь уже нет, значит, придется просто сесть тут и замерзнуть во мраке, в полном одиночестве.
Неожиданно впереди я наткнулась руками на стену. Ощупав ее, поняла, что каменный лаз в этом месте делает резкий поворот направо, а за поворотом…
Свет!
Уже безразличная к тому, что может оказаться его источником и представляет ли он опасность, я собрала последние крохи сил и двинулась вперед.
Лаз привел меня в маленькую пещеру с озерком. Оно и светилось. Вода искрилась так, словно отражала лучи яркого солнца. Но никакого солнца в глубине скалы быть не могло.
Сейчас я особенно остро ощутила жажду. В горле пересохло, лицо, шея — все открытые участки тела горели, исцарапанные колючим песком. О том, что утренний бутерброд с кефиром уже давно забыты желудком, даже говорить не стоило. Но еду мне взять негде, а вода — вот она, рядом. Но можно ли ее пить?
Терпеть жажду уже сил нет, да и умыться не помешало бы, мысленно оправдывала себя.
В изнеможении опустилась на берег и вгляделась в озеро, даже наклонилась и принюхалась. На вид, исключая таинственное сияние, это была обычная вода. Я совершенно измучилась, пробираясь сюда, и решила: была не была — рискну!
С опаской опустила в воду руки — в тот же миг она особенно ярко вспыхнула, и свечение пропало. Пещера погрузилась в кромешную темноту.

Нургх  

Во сне что-то кольнуло меня, резко вырывая из мира дремы. Я вскочил, схватил сорг и ньялу, приготовившись к нападению. Но врагов рядом не оказалось. Я был один, как и всегда. В пещере меня окружали только убогие пожитки.
Что же разбудило?
Взгляд остановился на ковше с водой, что стоял рядом с подстилкой, и сердце пропустило несколько ударов — вода светилась!
Этого не может быть. Не со мной. Никак не со мной.
Осторожно, боясь даже дышать, я приблизился к ковшу — свечение не пропало, мне это не приснилось и не показалось.
Как это могло произойти?
Я обреченно вздохнул и коснулся воды. Она тут же вспыхнула и погасла, став обычной жидкостью.
Все! Жертва выбрана, а у меня появилась цель.

ГЛАВА 2

Дина  

Замерев, я вглядывалась в темноту. Ничего не происходило. Только тишина прерывалась моими судорожными вздохами. В какой-то момент я устала бояться и решительно зачерпнула воды. Для израненной кожи не могло быть ничего приятнее ее прохлады. После умывания я напилась — чему быть, того не миновать.
Подумала о том, что лучше стать не козленочком, а кем-то, у кого шкурка помохнатее. А то холодно до жути. Даже не видя, чувствовала, как маленьким облачком клубится дыхание. Одета я была совсем не по погоде, спортивный костюмчик и ветровка почти не согревали.
По памяти и на ощупь я добралась в дальний угол пещеры, достала из сумки полотенце и, завернувшись в него поверх куртки, сжалась в комочек. Я устала, безумно устала и — что самое главное — совершенно не знала, как быть дальше.
Где я вообще? Куда мне идти?
В голову приходили вялые мысли о каких-то пространственно-временных карманах, про которые слышала по ТВ. Может быть, меня в такой забросило, а в пустыне выкинуло? На Земле пустынь немало, и бури песчаные там бывают, и температуры скачут — ночью холодно, днем жарко. Впрочем, какой пространственно-временной карман на скамейке городского парка? Это ж бред. Так бы не только меня затянуло, да и вообще… Чертовщина какая-то!
О том, что я не на Земле, даже думать не хотелось. И так было слишком страшно.
Я прижалась плечом к стене и заплакала. Слезы текли словно сами собой, а душу просто выворачивало от безнадеги.
Ну почему со мной? Я же типичная горожанка, никаких курсов по выживанию в экстремальных условиях не посещала, понятия не имею, как себя вести в дикой природе, как еду искать. При мысли о костре ничего умнее, чем сила трения, в голову не приходило. Но и это только в теории.
Как быть дальше, я вообще не представляла, а умирать совсем не хотелось. И было страшно, невыносимо страшно. Как бы самой еще не стать чьей-нибудь едой. В голову полезли мысли о медведях, которые любят укрываться в пещерах. Вдруг тут действительно крупные хищники водятся? Да я и некрупному вряд ли сопротивление окажу, разве что визг смогу поднять. Вот уж повезло так повезло…
С этими мыслями, полными безысходности, я и провалилась в тревожный, но столь необходимый сейчас сон.

Проснулась от ощущения чужого присутствия. Так бывает, когда на тебя долго и внимательно смотрят — становится неуютно, не по себе. Вот и я, даже не успев открыть глаза, уже почувствовала, что в пещере не одна. Стараясь не шевелиться и дышать ровно, чтобы не выдать себя, я приоткрыла глаза. И встретилась взглядом с… каким-то существом.
Вода снова светилась.
Создание стояло сразу за границей света, виден был силуэт да некоторые детали, вроде шерсти и абсолютно белых глаз.
Неужели это я своими мыслями беду накликала и меня сейчас действительно съедят?
Как понять, разумен ли этот кто-то? А может, это горилла? Стоит как человек, на двух ногах, чем-то на Кинг-Конга похож. Но видно плохо. Да и откуда в пустыне горилла? И глаза! Жуткие какие, совсем без зрачка, белые и… пылают!
Судорожно выдохнув, я начала шарить рядом, в надежде найти камень или обломок скалы, чтобы хоть чем-то себя защитить. Со стороны существа раздалось рычание и какие-то гортанные звуки. Пока раскатистое эхо повторяло этот вой, я, запаниковав, вскочила на ноги.
— Место! — с перепугу хрипло рявкнула в ответ. — Сидеть! Невкусная я!
И тишина.
Мы с существом уставились друг на друга, выжидательно наблюдая. И тут одновременно произошли две вещи: я осознала, что вижу глаза разумные, а существо резко отступило на шаг, удаляясь в темноту.
— Сто-о-ой! — выкрикнула я и, застонав от боли в затекших ногах, кинулась следом.
Существо было пусть и жуткое, но, похоже, разумное. А у меня сейчас выбор небогатый. Не задумываясь о последствиях и об очевидной глупости своего поступка, я вбежала в темный зев скального лаза и врезалась в мохнатую грудь. Огромные когтистые лапы обхватили меня, и существо, наклонившись, тут же стало обнюхивать.
Вот и попалась.
До меня только сейчас дошло, какая я идиотка. Осталось только самостоятельно в пасть залезть. Я сжалась, ожидая, что вот-вот в меня вцепятся клыки.
Однако горло вырывать мне не спешили, а вместо этого одним движением закинули на плечо и, издав еще какой-то гортанный звук, понесли наружу. Висела я головой вперед, уткнувшись носом в шерсть где-то на уровне живота существа. Пахло оно кошмарно, как ведро помоев недельной давности.
Мелькнула неуместная мысль: даже к лучшему, что желудок абсолютно пуст. Прибавьте к этому сумку, которая оказалась поверх моей головы, и свисающее сбоку полотенце, и станет ясно, почему я просто мечтала скорее оказаться снаружи.
Добравшись до выхода, чудовище сдернуло меня с плеча и выпихнуло наружу, протискиваясь следом. Яркое дневное солнце заставило меня зажмуриться. Привыкнув к свету, я обернулась, собираясь рассмотреть эту зверюгу, и потрясенно застыла.

Нургх  

Я мысленно обратился к Дирогу и передал ему координаты Зова, позволяя самостоятельно выбрать маршрут полета. Необходимо было обдумать ситуацию, а старому другу и напарнику я доверял.
За столетия одинокого существования мне никогда не приходила даже мысль об Обряде. Я понимал, что для меня это невозможно. Но Зов пришел. И как бы потрясен я ни был, как бы ни сомневался в его реальности, но обязан был следовать Зову, как всякий сын своего народа.
Это либо ошибка, либо… ловушка.
Но как это смогли осуществить? Зов всегда безошибочно находил совершающих Обряд. И имитировать его невозможно. Это было тайным знанием моего народа, и знанием этим невозможно поделиться с посторонними. При попытке разглашения любой шаенг мгновенно бы сгорел от огня собственной крови.
Меня переполняли неясные опасения и тревоги, но выбора не было — я просто обязан подчиниться.
Но ничто не мешает мне быть готовым к любому развитию событий. И если это действительно попытка заманить в ловушку, то пощады не будет никому.
Втянув в легкие воздух морозной ночи, я понял, что совсем недавно тут была небольшая буря. Опять же странность — кто бы стал в такой неподходящий период приводить Жертву, да еще и так далеко от поселений? Я решил идти к источнику Зова в одиночку, заодно проверяя местность вокруг, и поэтому попросил Дирога приземлиться в отдалении.
Никакой опасности в безжизненной и безмолвной пустыне я не почувствовал, уловил лишь странный запах — ничего похожего я раньше не встречал. Это насторожило. Приготовив сорг, двинулся к узкой щели, служившей входом в пещеру. Еще на подходе я услышал какие-то сопящие звуки. И явственнее ощутил усилившийся незнакомый запах — его источник находился впереди. Стараясь не шуметь, зашел в пещеру и сразу застыл, недоуменно разглядывая существо в углу.
Это точно какая-то ошибка. Почему она спит во время Обряда? Как вообще Жертва могла уснуть, ожидая призванного шаенга? Немыслимо!
Я внимательно изучал Жертву. Какая-то маленькая и слабая на вид, и скрытых способностей я не чуял. Да и внешне странная. Я видел немало доргов и доргинь, но никого похожего не встречал.
Следы слез на лице — ну, это нормально. Еще в детстве мне много рассказывали о том, что Жертвы во время Обряда часто плачут и молят о милости.
Сердцебиение девушки изменилось, и от нее хлынула волна страха.
Проснулась. Пора начинать Обряд.
Я внимательно следил за ней, отмечая малейшие изменения. Она уже не спала, прислушивалась. Медленно открыла глаза.
Зеленые! Какая она все же необычная.
— Я призван тобой. Ты готова принять свою судьбу? — произнес стандартное обращение, ожидая смиренного ответа.
Но странная женщина вдруг опалила мои органы чувств волной неукротимой решимости и, шаря вокруг себя рукой, провыла какие-то непонятные звуки. Я потрясенно отшатнулся, осознав, что не понимаю ее — никогда раньше не встречал такого языка.
Кто она такая? И почему призвала меня?
Это ошибка, странная и необъяснимая ошибка. Мне нужно уйти, но… Тогда она наверняка погибнет. Я чувствовал ее слабость, а до ближайшего жилого круга был один оборот светила. Если лететь, конечно.
Размышляя так, я еще немного отступил назад. Неожиданно девушка вскочила и с непонятным криком побежала ко мне, принимая тем самым свою судьбу. Нелепо ковыляя, она явно не осознавала, что делает.
Схватив девушку за плечи, я изумился хрупкости ее тела и странной одежде, что была на ней. Решив вынести ее сам, вскинул на плечо и стремительно помчался к выходу, на ходу выкрикивая ритуальное: «Принимаю!»

ГЛАВА 3

Дина  

Он определенно не был животным. При свете дня всякие сомнения в его разумности у меня пропали. И это точно был мужчина.
Но какой мужчина! Ничего более омерзительного и жуткого я в своей жизни не встречала. В отчаянии прикусила внутреннюю сторону щеки, удерживая рвущийся из горла вопль. Хотелось сорваться с места и мчаться куда угодно, лишь бы подальше от этого чудовища. Хотя обольщаться я себе не позволила — учитывая скорость, с которой мы покинули пещеру, было ясно, что меня поймают мгновенно.
Это какое-то безумие! Кто он?
Я точно уверена, что на Земле нет никого похожего. Даже если предположить, что мне посчастливилось встретиться с неуловимым для всего человечества йети. Совсем бледная, до голубоватого отлива кожа, беспорядочно свалявшиеся и висящие сосульками космы, скрывающие лицо. Похоже, что это все же волосы, а не шерсть. Шерсть ведь не может быть настолько длинной? Хотя кто знает. И цвет они имели совершенно непонятный, какой-то буро-серый. А то, что я первоначально приняла за шерсть, было разновидностью одежды из шкур, надетой мехом наружу.
Мужчина казался огромным, он возвышался надо мной на добрых полметра, а меня, с моими ста восемьюдесятью тремя сантиметрами, сложно было назвать миниатюрной.
И тут жуткий громила, до этого пристально вглядывающийся в горизонт и словно бы принюхивающийся к окружающему воздуху, резко повернулся. Абсолютно белые глаза, частично скрытые под волосами на совершенно заросшем лице, казались неподвижными из-за отсутствия зрачков — даже в киношных ужастиках я не видела ничего страшнее. Сейчас они хотя бы не светились, как в темноте.
Внезапно он схватил меня за плечо своей лапищей с огромными черными когтями и, издав очередной рык, подтолкнул влево. От неожиданности я упала на колени. Идти куда-то с этой зверюгой совершенно не хотелось. Было страшно, да и мотивов его поведения я не знала.
Перспектива стать обедом все еще пугала, а учитывая его явную принадлежность к сильному полу, возможность прочих малоприятных вариантов развития событий тоже не стоило сбрасывать со счетов. Я медленно поднялась и машинально начала сворачивать до того висевшее на мне полотенце, собираясь убрать его в сумку. Громила нетерпеливо махнул рукой все в том же направлении, на сей раз жестами пытаясь объяснить, куда надо идти.
Отступив на шаг, я медленно покачала головой и, указав на себя рукой, махнула в противоположном направлении. Я должна хотя бы попытаться найти здесь помощь. Ведь не один же он тут обитает. В ответ на мою пантомиму раздался рык, после чего меня опять забросили на плечо, и мы понеслись. Уши мгновенно заложило от свиста ветра, а почти сорвавшийся с губ визг оборвался, так и не родившись.
Неожиданно мы остановились. Совершенно дезориентированную, меня опустили на землю. Так шатало, что, не удержавшись на ногах, я грузно плюхнулась попой на песок. Сжав виски руками, попыталась отдышаться и прийти в себя.
Подняв взгляд на чужака, я вздрогнула. Рядом с ним на земле, подергивая шипастым хвостом и косясь на меня, сидел огромный ящер.
Дракон? Откуда?..
Этого потрясения мой мозг уже не вынес, и, завалившись на бок, я отключилась.

Первое, что я почувствовала, придя в себя, — вибрация, второе — опять этот жуткий запах. Судя по ощущениям, меня засунули в какой-то мешок. Попытку пошевелиться и сесть быстро пресекли — сильные лапы стиснули меня. Ладно, оставалось смириться с действительностью и надеяться на лучшее. Прислушавшись к гулу ветра, предположила, что мы летим на том самом драконе.
Точно! Дракон!
Получалось, что я где угодно, но только не на Земле. У нас ничего подобного не встречалось. На душе стало совсем тоскливо: теперь я не просто одна, но еще и чужая для всего окружающего мира. Как и он для меня. Чужой и, наверное, враждебный.
Как вернуться домой? Как вообще существовать тут? Я не знала.
В этом-то и основная проблема. Я не знаю ни-че-го.
Оставалось плыть по течению, приспосабливаться к этой реальности и… просто выживать. Ради этого была готова практически на все. Учитывая, что противопоставить опасностям и сложностям мне нечего — я не была ни ловкой, ни сильной, не обладала навыками борьбы или умениями, необходимыми для выживания в дикой природе, ко всему прочему, совершенно незнакомой. Сомневаюсь, что смогу даже что-нибудь приготовить на костре. Ах да, для начала надо этот костер еще как-то организовать. На глаза навернулись слезы и захотелось просто завыть в голос. Но!
Меня удерживало это небольшое «но»: я хочу выжить, а значит, должна справиться, должна всему научиться, должна стать сильной.
Почувствовав внезапный толчок, поняла, что мы приземлились. Меня подхватили и понесли, к счастью, на этот раз не так стремительно. По звуку шагов я догадалась, что мы куда-то вошли. Потом меня поставили на ноги и сдернули большую меховую попону. Чужак отошел в сторону.
Оглянувшись вокруг, я решила, что это его жилище. Да уж, на подобном фоне и скромная хрущевка станет апартаментами класса «люкс». Вместо пола в темной пещере была утоптанная до каменной твердости земля, повсюду кучи какого-то хлама, кости. Но все это стало не важно, когда в центре пещеры я увидела очаг — мой похититель как раз занялся разведением в нем огня. Я так намерзлась за последние сутки, что одна мысль о живительном тепле значительно подняла мне настроение. Шагнув ближе, нетерпеливо протянула руки к первым робким язычкам пламени, что разбегались но куче веток.
Отогревшись и набравшись смелости, я решила, что пора сделать попытку наладить отношения с этим мрачным и неприступным типом. У меня было ощущение, что сейчас мне ничего не угрожает. Ну, по крайней мере, стать обедом, точно. Взглянув на наблюдающего за мной хозяина пещеры, я улыбнулась и, указав на себя, медленно по слогам произнесла: «Ди-на, Ди-на, Ди-на». В ответ он кивнул и попытался повторить, вышло какое-то гортанное «Диийн». Я кивнула, согласившись с его вариантом.
Тогда он указал на себя и выдал нечто, на мой взгляд, невообразимое и непроизносимо-рычащее, вроде «Рррр» или «Нрры». Мучительно ломая язык, попыталась повторить, но, судя по недовольному подергиванию плечами, преуспеть мне в этом не удалось.

Нургх  

Было так непривычно находиться рядом с кем-то, особенно в пещере — последние двести лет я был единственным ее обитателем. Впрочем, это оказалось не самое странное, что случилось за последние сутки. Самыми невероятными событиями были Обряд и обретение Связанной.
Она необычайно интриговала меня, постоянно совершая неожиданные поступки. А ее реакция на Дирога только подтвердила мои предположения, что девушка нездешняя. Тем более непонятно, как она оказалась у Источника и отправила Зов. Возможности выяснить у меня не было, впервые за свою немалую жизнь я — сильнейший маг народа шаенгов — не мог понять языка. И это тоже заставляло крепко задуматься о происхождении девушки.
Весь перелет до пещеры я чувствовал отчаяние и страх Связанной, поэтому старался вести себя с ней как можно осторожнее. Мне не привыкать жить, окруженным ненавистью и страхом, сам с радостью порождал эти чувства в других, но как быть сейчас, не знал. Она — моя Связанная. Да, я никогда не стремился к ее обретению, даже не задумывался о такой возможности, считая несбыточной мечтой для такого, как я. Однако Обряд состоялся, и девушка, пусть даже неосознанно, приняла меня как свою судьбу.
Теперь предстояло как-то с этим жить. Мой опыт совместного проживания, тем более среди совершивших Обряд, ограничивался детскими воспоминаниями о родителях. А возвращаться к этим мыслям я желал менее всего. Чтобы не насторожить ее чрезмерным вниманием, я отошел от очага и присел.
Она выглядит такой хрупкой и уязвимой! Надо наложить максимальную защиту и постараться не допускать ситуаций, опасных для ее жизни. Хотя уже просто существование рядом со мной для нее смертельный риск. Какой удачный вариант моего уничтожения!
Немного успокоившись, девушка внезапно повернулась ко мне и улыбнулась.
Как странно. Когда последний раз мне улыбались? Не помню.
Она, видимо, решила представиться. Что ж, это полностью отвечало моим интересам, и я кивнул, соглашаясь. Вслушиваясь в ее речь, опять поразился этому странному языку, в нем было что-то от криков птиц. Попытался повторить это чуждое имя: «Диийн». Представился в ответ. Ее вариант звучал чудовищно — так мое имя еще ни разу в жизни не коверкали! Определенно, проблему с языком надо было решать.
Как мне заботиться о ней? Я не в состоянии предложить ей даже нормальный дом, не говоря уж о большем.
Тут я уловил урчание и понял, что моя Связанная голодна. Что ж, еда — это не проблема. Я мысленно передал Дирогу, что тот может свободно охотиться в ближайшие сутки, а сам встал и подошел к очагу. Еще перед полетом к источнику Зова я закопал в золе несколько обмазанных глиной птичьих тушек. Сейчас они как раз должны быть готовы. Раскопав золу у края очага, осторожно достал запекшуюся дичь, положил на плоский камень рядом и жестом поманил Диийн. Она подошла сразу, но на обугленные тушки смотрела с сомнением.
Возможно, она не привыкла к такой пище?
Я бережно очистил одну от глиняной корочки, разломил на части, помахал в воздухе, остужая, и протянул ей. Диийн с подозрением взяла кусок дичи и принюхалась, потом осторожно попробовала и, улыбнувшись мне, принялась есть.
Я же замер от эмоций, охвативших меня: радость, восторг и небывалое удовлетворение вспыхнули в моей душе. Стремясь еще больше утвердить ее расположение, я схватил грубый ковш, выдолбленный мною из дерева, и выскочил в соседнюю пещеру, где из стены бил небольшой ключ — набрать свежей воды. Когда я вернулся, Диийн уже закончила с тем куском, что я предложил ей, и пыталась очистить следующую птицу. Отдав ей ковш, быстро освободил от спекшейся глины оставшиеся тушки, указал на одну девушке, а сам принялся за свою половину.
Она совсем рядом…
Прикрыв глаза, я с наслаждением втянул аромат девушки — потрясающе! Думаю, ее запах всегда будет для меня самым изысканным и возбуждающим. Никогда раньше женщина не приводила меня в состояние восторга одним лишь своим присутствием. Я был откровенно очарован ею.
Интересно, это действует магия Обряда или я настолько истосковался по обществу?
Искоса поглядывая на девушку, я неожиданно, поддавшись порыву, протянул руку и коснулся ее щеки. Диийн застыла, и я тут же ощутил ужас, охвативший ее.
Ужас, страх и обреченность Жертвы.
Вспыхнул гнев, я почувствовал, как вскипела кровь, взывая к инстинктам шаенга.
Мое! Я принял! Она приняла!
Впав в состояние ярости, я не заметил, как грубо сжал ее волосы. Диийн медленно повернула ко мне лицо и вдруг, словно окаменев, замерла, глядя на меня округлившимися глазами. Пронзила мысль, что она впервые видит глаза яростного шаенга.
Стоп! Что я делаю? Собираюсь атаковать Связанную? Мою?!
Я отшатнулся и резко вскочил. Никогда раньше так внезапно не терял контроль над собой.
Что за дикие эмоции, что со мной?
Диийн повернула голову, взглянула на меня, замершего у противоположенной стены, и что-то сказала. Ничего не понимая, я просто закрыл глаза и стал вслушиваться в спокойные интонации ее речи. Это помогло, напряжение медленно покинуло тело, кровь начала остывать. Оставаясь на месте, уже спокойно я проанализировал свое состояние: вроде бы всплеск агрессии прошел. Случись подобное в бою, когда накрывают инстинкты, было бы объяснимо, но вот так, без причины…
Как теперь успокоить Диийн, вернуть зарождавшееся доверие и более того, завоевать ее расположение? Она наверняка утвердилась в мысли, что перед ней монстр. Собственно, им я и стал, но в случае со Связанной все иначе. Ни один шаенг никогда бы не навредил той, с которой его связал Обряд. Прислушавшись к эмоциям Диийн, понял, что, несмотря на внешнюю беззаботность, она настороже, не зная, чего еще от меня можно ожидать. Я и сам теперь не знал, поэтому обратился к магии крови и мысленно произнес заклятие сдержанности. С облегчением почувствовал холодную волну, прокатившуюся по венам.
— Диийн, — осторожно позвал я.
Она медленно приблизилась, остановилась рядом и взглянула мне в глаза. Меня накрыло волной ее облегчения. Желая подтвердить, что ей больше ничего не угрожает, я нарочито медленно протянул руку и снова коснулся ее лица, нежно погладил и сразу отступил, чтобы она не напрягалась. Стараясь всем своим видом показать, что больше не намерен ее касаться, я отошел к накрытому шкурами ложу, присел и начал вырезать из деревяшки подобие миски.
Диийн некоторое время наблюдала за мной, а потом опять о чем-то заговорила, так же спокойно и плавно. Осмотревшись, она решительно подошла к выходу из пещеры и откинула шкуру, закрывающую проем. Заглянув в небольшую пещерку рядом, она вернулась и принялась собирать с пола старые кости и ненужный хлам. Собрав столько, сколько могла унести, она все это вынесла и, как я понял по звуку, ссыпала в угол.
Вернувшись, девушка бросила на меня быстрый взгляд, но я решил не вмешиваться. Стало интересно, как она будет вести себя дальше. Диийн тем временем, тихонько напевая, продолжала разбирать мусор, скопившийся за годы моего постылого существовании. Да, я превратился в зверя, совершенно безразличного как к своему внешнему виду, так и к условиям жизни, и сейчас готов был сгореть со стыда, представляя ее впечатление от всего увиденного.

ГЛАВА 4

Дина  

Чтобы успокоиться и отвлечься от мыслей о внезапно ставших ярко-алыми глазах мистера Ужастика — именно так я его мысленно называла, потому что осилить настоящее имя не смогла, — решила прибраться в этом мрачном склепе. Опасаясь его реакции, снова использовала уже испытанный способ — спокойно и медленно заговорила:
— Так знай, настоящие мужчины, приглашая девушку на первое свидание… ну, будем считать, что меня не приволокли, а я сама пришла… Так о чем я? Значит, первое свидание. Так вот, предварительно не помешало бы прибраться в «квартирке». — Тут я выразительно изобразила руками кавычки. — А также принять ванну и рассыпать по полу лепестки роз. Хотя с розами я, пожалуй, погорячилась. Для первого свидания это слишком по-пижонски. Так что, о великий и кошмарный мистер Ужастик, «незачет» вам по теме сближения с девушками. Это полное фиаско.
Видимо, от всего пережитого меня кинуло в другую крайность — неожиданно обнаружились скрытые запасы храбрости.
Вот так, подбадривая себя, старалась настроиться на оптимистический лад. Наконец-то сытая и почти счастливая, я уже начала надеяться, что ситуация не так безнадежна, и именно от этого жуткого типа я могу ожидать помощи, как его понесло. Думала, он меня голыми руками на куски порвет, как этих птиц несчастных. Брр…
Все ж наивная я. У него же просто бегущая строка на лбу: «Не подходи, убьет!» Вот меня и шарахнуло. Надо быть осторожнее, но при этом и пути взаимодействия как-то искать, а то в следующий раз может и не повезти.
Вынеся за пределы пещерки все, что посчитала мусором, я отважилась на более решительный осмотр территории. На укрытый шкурами странный топчан из ветвей старалась не смотреть. Это явно было его спальное место. И я очень надеялась, что односпальное. Лучше прямо на землю у огня лягу. Так все путешественники раньше спали, а уж в моем случае — и тепло, и целее буду. Я, конечно, девушка взрослая, и отношения с мужчинами у меня были — целых два романа уже пережила. Но вот так, без любви и желания, да еще с мистером Ужастиком… Нет, я выдержу. Наверное. Как-нибудь… Но тогда от омерзения и безнадежности свет вообще не мил станет. Лучше б тогда в песчаной буре сгинула.
Кроме выхода наружу я нашла еще какое-то отверстие. Факел бы не помешал, а то свет от костра не достигал сюда. Неожиданно за спиной возник объект моих последних размышлений, что-то прорычал, и тут же под самым потолком «неосвоенной» пещерки вспыхнул яркий шар света.
Это что? Неужели магия? Потрясающе! Мой процесс адаптации к новым реалиям шел семимильными шагами.
Резво кинувшись вперед, я в восторге замерла прямо у входа, увидев небольшой бассейн, шириной метра в три. Вода в него стекала по стене, а потом, перелившись через край, по наклонной сбегала в дальней угол пещерки и исчезала в большой расщелине.
Пусть даже холодная, но вода. В большом количестве. До бани-то я так и не дошла, а после песчаной бури и вовсе вся чесалась.
Так, срочно мыться! Потом, если совсем замерзну, разотрусь — и прямо к огню.
Я издала восторженный визг и, забывшись, ухватила стоявшего рядом грязнулю за руку.
От неожиданности замерли мы оба.
С неловким извинением отдернув руку, я попыталась жестами объяснить, что хочу помыться. Он, кажется, понял — посмотрел так задумчиво. Подошел к бассейну, опустил в воду ладонь и что-то произнес, прикрыв глаза.
И от воды начал подниматься пар!
Не веря в чудо, подскочила и потрогала воду. Точно — горячая! Неужели действительно магия?
Я посмотрела на мистера Ужастика, не зная, как выразить переполнявшую меня благодарность.
Что там я говорила про «незачет»? Зачет! Десять баллов из десяти.
Издав радостный вопль, я помчалась к очагу за своей сумкой. Вернулась и начала доставать оттуда гель, шампунь, кусок детского мыла, маникюрный набор и пемзу, губку. Одежду и немного запачкавшееся с краю полотенце пока отложила подальше.
Я скинула ветровку и куртку, сняла шапочку, стянула кроссовки с носками, взялась за пояс брюк — и тут неожиданно наткнулась на внимательный взгляд владельца пещерки. На волне грядущего женского счастья (кто не переживал песчаной бури и последующего полета на драконе, может меня осуждать сколько угодно!), не задумываясь о своих действиях, взмахом руки показала ему, чтобы вышел.
Он в ответ с довольным оскалом указал на светящийся шар — мол, без него гореть не будет. Что ж, предпочтя удобства скромности, я согласно кивнула, но повертела пальцем, показывая, чтобы отвернулся. С небольшой заминкой он подчинился. Оставшись в одном нижнем белье, ступила в бассейн, начала медленно погружаться в воду и застонала от удовольствия.
Трижды права была та мамаша, по чьему совету я попала во всю эту передрягу, баня — это нечто. Расслабившись, я всем телом впитывала обволакивающее тепло, слабо шевеля руками, ощущала, как ласково перетекает вдоль тела вода, насыщая энергией и унося все горести и переживания. Так бы и лежала вечно, но побоялась заснуть, все же дно естественного бассейна для этого не подходило. Взяла шампунь и принялась за волосы.
Сколько же песка в моей рыжей гриве!
Смыв грязь, подождала, пока вода сменится, чтобы ополоснуться. Я обратила внимание, что она так и не остыла, и решила глянуть на организатора этой горячей ванны. Обернулась и, вскрикнув, быстро ушла в воду по самую шею — он сидел на корточках и пылающими белыми глазами наблюдал за мной!
И тут меня посетила мысль, которая должна была прийти еще в начале купания. Жестом я позвала мистера Ужастика в воду. Он недоуменно показал на себя пальцем, и я закивала, подзывая его. Всего через какое-то мгновение он оказался рядом, на миг заколебался, но все же скинул меховой костюм и стремительно шагнул в воду.
И зачем я это сделала!
Глупее и безрассуднее поведения в моей ситуации не придумать, а легкомысленность мне обычно не свойственна. Однако сейчас я сделала именно это — разделась в обществе малознакомого и явно опасного субъекта, а теперь и того хуже — пригласила его разделить купание!
Я прям мечта маньяка… Что это? Может, местная магия? Или меня где-то головой приложило?
Замерев в растерянности, бросила взгляд на бесстрастное лицо белоглазого мужчины, сидевшего в воде совсем рядом, и поняла: давать сейчас задний ход опасно. И поздно!
Но воображению не прикажешь, в мыслях всплыли все опасения, а расслабленность исчезла в одночасье. Но белоглазый не двигался, спокойно сидел напротив по пояс в воде и пристально смотрел на меня. Я надеялась, что влажный бюстгальтер не сильно просвечивает.
Надо как-то выпутаться из ситуации, которую необъяснимым образом сама и создала. Затмение нашло какое-то!
Я с опаской потянулась губкой к его лицу и, отодвинув спутанные колтуны, провела ею по лбу. Вроде бы спокоен. Повторила свои действия, потом опустила руку и провела губкой по груди. Спокоен.
Резко выдохнув, я придвинулась, взяла в другую руку кусок мыла и остервенело набросилась с ним на покорного мужчину.
Определенно, во мне умер Мойдодыр!
Отмыв грудь и руки, я открыла маникюрный набор, чтобы достать ножницы, пусть и маленькие, но острые. С его свалявшейся шерстью вместо волос одним шампунем не справиться. Я решительно обрезала все сосульки на уровне чуть ниже плеч, потом принялась так же бескомпромиссно срезать колтуны. Значительно уменьшив количество волос на голове, я заставила его окунуться в воду и трижды помыла его шевелюру шампунем.
У этого грязнули светлые волосы! Не то чтобы блонд, скорее пепельно-седой цвет. Это сколько же он не мылся? Какое счастье, что вода в этом водоеме проточная, иначе мне пришлось бы мыться повторно.
Откинув назад чистые волосы, принялась за лицо. Максимально укоротив бороду, я снова потрясенно замерла — нет, он не был красив, он был просто…
Потрясающий!
И дело даже не во внешности. Слегка голубоватая кожа, жуткие белые глаза в ореоле темных полукружий, нос с горбинкой, широкие, почему-то темные брови, глубокая морщина между ними, тяжелый подбородок, выраженные носогубные складки и уродливый шрам от лба до левой щеки — это было лицо несгибаемого, прошедшего тяжелый жизненный путь, но абсолютно непобедимого мужчины. Вот это харизма, вот это сила, вот это магнетизм!
Он не красив, но и взгляд от него оторвать невозможно. Затаив дыхание, я рассматривала его лицо и чувствовала себя художником, из-под кисти которого родился шедевр.
Невероятно! Вот вам и мистер Ужастик!
Пребывая в смятении, протянула мужчине губку и мыло. На большее я сегодня была не способна. Он осторожно обхватил мои запястья и вгляделся в глаза. Я мотнула головой: слов нет, эмоций тоже. В голове — бессвязная пустота, я и сама себя не понимала.
Опять машинально ткнула в его грудь губкой и мылом. Незнакомец отпустил меня и забрал все из моих рук. Я встала, все так же не отводя взгляда от его лица, взяла полотенце, накинула прямо поверх мокрого белья и вылезла из бассейна. Резко выдохнув, с трудом выговорила:
— Дальше справишься сам. — И даже не удостоверившись, понял он меня или нет, подхватила одежду и выбежала из пещерки.

Нургх  

Как же вовремя я это заклятие использовал! Иначе бы уже опять сорвался. Спокойно сидеть и наблюдать, как купается девушка, явно было выше моих сил, но и уйти не мог. И дело было вовсе не в магическом светляке — он не требовал с моей стороны никаких усилий и тем более присутствия. Я понял намерения Диийн, и это был просто предлог, чтобы остаться.
Да если надо, этих светляков можно по всем пещерам развесить. Я и не думал, что она в темноте не видит. Вот и еще одна странность.
Диийн, прикрыв глаза и тихонько постанывая от удовольствия, нежилась в воде. Ее эмоции смешивались с моими собственными чувствами в какой-то дикий коктейль. Похоже, применение заклинания станет ежедневной необходимостью, по крайней мере, до тех пор, пока мы не сможем понимать друг друга. Необходимо объяснить ей все, тогда она не будет меня бояться.
Затаив дыхание, я наблюдал, как она моет свои пушистые волосы. Потрясающий цвет, никогда не встречал подобного. Рука непроизвольно сжималась от желания коснуться их, но я знал, что напугаю девушку этим. А она впервые с момента нашей встречи была совершенно спокойна и расслабленна.
Поразительно спокойна!
Я замер, боясь вспугнуть мгновение малейшим движением. Это были лучшие минуты моей жизни. Не знаю, чему я обязан этим нежданным счастьем — обретением Связанной, но уже не отпущу его, не позволю отобрать никому, стану защищать до самого конца. А в моей жизни окончанием любого противостояния может быть лишь победа, иначе меня бы давно не было в живых.
Поймал ее взгляд, обращенный на меня, и решил уйти, лишь бы не расстраивать. И что же? Я опять оказался не прав и снова удивился ее поступку — она предложила мне присоединиться.
Неужели? Или я снова не могу понять ее? Возможно, на нас действует магия Обряда, но откуда мне знать об этом?
Покинув собратьев еще ребенком, я мало интересовался этой частью жизни.
Чтобы она не успела передумать, поторопился к бассейну.
Стоп! Я опять себя не контролирую? Надо вести себя спокойнее, не пугать ее.
Я решил полностью подчиниться ее желаниям. Раз она хочет сделать меня более приятным для себя, мне это только на руку. С самого начала было ясно, что Диийн, в отличие от меня, жила в более комфортных условиях. Она же воспринимала меня как грязное и неухоженное животное. Я и сам думал привести себя в порядок, чтобы стать похожим на разумное существо, но позже, когда она уснет.
Я ощущал скрытый страх Диийн, но, несмотря на него, она медленно коснулась моего лица. Я старался не шевелиться и показать ей, что никакой угрозы не представляю. И не отрывал глаз от лица девушки, боясь опустить взгляд ниже.
Кажется, справился!
Она отмывала мое тело от грязи и пота, с каждой минутой действуя все увереннее. Я физически чувствовал ее все возрастающее удивление.
Настороженно прислушивался к ее чувствам, пытаясь понять реакцию на результат собственных стараний. Я уже и не помнил сам, как выгляжу, но очень хотел быть приятным ей, боялся пропустить хоть малейший намек на отвращение, но и страшился почувствовать его. Помнится, когда-то, очень давно, меня совсем не считали красавцем. Но если древний дар не подводит, ее просто переполнял восторг! Незаметно выдохнул.
Да! Я ей нравлюсь!
Диийн собралась уйти. Пытаясь удержать, осторожно обхватил ее руки, но в ответ получил волну растерянности и смущения. Она покачала головой, и я разжал пальцы, отпуская. Пусть уходит, это к лучшему. Я и сам боялся, что даже под действием заклятия не сдержусь и наброшусь на нее.
Меня переполняло счастье — чувство из давно забытого, казалось бы, детства. Больше я не одинок.
Прислушиваясь к шагам Диийн, к ее дыханию в соседней пещере, я продолжал мыться уже сам. То, чем меня мыла Диийн, было мне незнакомо, но как этим пользоваться, я уже понял.
Откуда же ты явилась, Связанная моя?
Я вылез из бассейна и некоторое время просто стоял, принюхиваясь и прислушиваясь, пытаясь понять, чем занята Диийн, — приятный, но непривычный аромат ее чистой одежды смешался с запахом ее тела и моющих жидкостей. Сердце бьется часто-часто — очевидно, она ожидала моего появления с некоторым напряжением. Что ж, не буду разочаровывать тебя, Связанная моя. Да и пора уже дать понять, что слепое подчинение несвойственно мне.
Меховой наряд, который я всегда надевал, чтобы спрятать собственный запах, решил оставить тут и решительно, хотя и несколько медленно для меня направился в большую пещеру. В душе вспыхнуло чувство озорного предвкушения.
Реакция Диийн мне определенно понравилась. Кинув на меня быстрый взгляд, девушка потрясенно замерла, а потом тут же перевела взгляд на огонь в очаге. Чувствуя, как ее сердечко начинает стремительно колотиться, я спокойно прошел к мешку со своими пожитками и достал простые кожаные штаны. Натянув их, решил также сменить шкуры на ложе. У меня были шкуры двух убитых мною орханов. Выделав их, я так и не решился использовать — было жаль растрачивать впустую такой потрясающий мех. Зато сейчас был особый повод.
Заново укрывая ложе, я ощущал взгляд Диийн. Она сидела у очага, сушила волосы и украдкой из-за огненного водопада наблюдала за мной.
Напряжена.
Ее беспокоило мое поведение. Что ж, будь она знакома с Обрядом, у нее сейчас не оказалось бы вопросов. Пора успокоить мою Связанную. Жаль, что у меня нет связующих браслетов — как замечательно было бы вручить их сейчас. Но изгнанникам не полагаются семейные реликвии. Да и кто мог подумать, что они мне когда-нибудь понадобятся.
Я подошел к Диийн и, ласково погладив большим пальцем ее запястье, поднял девушку на ноги. Она сделала попытку что-то сказать и отнять свою руку. Я не позволил, коснувшись руками ее губ, остановил эту бессмысленную для меня речь и мысленно послал по ее венам волну расслабленности и неги, подхватил сразу ставшее покорным тело и отнес на ложе. Я лег рядом, накрыл нас второй шкурой, осторожно придвинул голову Связанной к своей груди, прижался подбородком к ее макушке и ласково прошептал:
— Спи. У нас еще много времени впереди. Мы научимся понимать друг друга, ты узнаешь меня. Я смогу защитить тебя. Просто спи. Тебе нужен отдых.
Почувствовав, что Диийн уснула, я осторожно коснулся ее губ нежным поцелуем. Пусть будет так. Теперь в моей жизни появился смысл, а вместе с ним и причина не только жить дальше, но и сделать эту жизнь полноценной. Я не мог обречь ее на жалкое существование, подобное моему, а значит…
Пришла пора вернуться.

Где-то далеко 

В этот миг белая вязь на связующих браслетах вспыхнула ярким светом. Мальчик, сидевший в кресле с книгой, резко обернулся. Увидев этот свет, он потрясенно вскочил и с криком выбежал из комнаты:
— Папа, мама! Браслеты! Они светятся!
— Значит, он все же выжил?! И даже прошел Обряд. Но как? И почему Жертва согласилась?
Двое, склонившись над изящной парой браслетов, замерли в недоумении.
— Что ж, это не так важно. Это даже к лучшему. Теперь его можно уничтожить. Надо срочно найти Нургха.

ГЛАВА 5

Дина  

Проснулась я отдохнувшая и полная сил. Не открывая глаз, прислушалась и попыталась понять, рядом ли мой ужасающий пленитель. То, что на ложе я была одна, почувствовала сразу.
Под меховым покрывалом оказалось тепло и уютно. В памяти всплыли обрывки вчерашнего вечера. Явившись после купания обнаженным, с капельками воды на поджаром, мускулистом теле, мистер Ужастик просто деморализовал меня. Никогда не думала, что, глядя на голого мужчину, можно испытывать такой трепет и восхищение. Не было даже неловкости или стыда. Он настолько спокойно и естественно вел себя, что возникало ощущение абсолютной правильности происходящего. В каждом его движении была видна привычка не принимать в расчет ничье мнение, кроме собственного.
Если представить, что он тут долго жил один, наверное, это стало для него нормой.
Увидев, как он готовит ложе для двоих, я поймала себя на мысли, что подобная перспектива пусть и рождает в душе волнительный трепет, но уже не кажется неприятной.
Как же странно и нетипично я реагирую на этого мужчину. Но пока не разберусь в окружающей действительности, мне лучше бы повременить с любовными отношениями, особенно с непонятными голубокожими великанами.
Впрочем, я совершенно напрасно переживала на этот счет. Наверное, в глубине души, на подсознательном уровне, я поняла это еще тогда, когда он взял меня за руку, собираясь отвести к своей постели. Засыпать в объятиях, прислушиваясь к четкому ритму его сердца, было необычайно приятно. Я знала, что рядом с ним буду в безопасности.
Наконец решив, что в пещере никого, кроме меня, нет, приподнялась и огляделась. В очаге горел огонь, а выше, под потолком, висели три ярких светящихся шара. Однако!
С удовольствием провела рукой по длинному ворсу белого блестящего меха — никогда не видела подобной красоты. Шубу бы такую! Я с грустью вспомнила о родном мире. В этом мире огонь и пища имели большую ценность.
Пока хозяин жилплощади не вернулся, надо было встать. Натянула стоявшие рядом кроссовки, взлохматила волосы и подумала, предусмотрены ли в этом жилище удобства.
Наверное, умыться можно водой из бассейна, а вот потом придется топать наружу и искать кустики.
Прихватив ветровку, направилась к соседней «купальной» пещерке. Светящиеся шары были и там. Этот маленький жест внимания и заботы поднял мне настроение, и я решила, что с сегодняшнего дня начну учиться жить в этом мире. Отыскала в сумке щетку и пасту, почистила зубы и умыла лицо.
Так, теперь наружу…
Обернулась и увидела великана, наблюдавшего за мной. Не зная, как вести себя, я неловко замялась на месте, переступая с ноги на ногу. Эх, ну как бы языковой барьер преодолеть? Видимо поняв, в чем причина моего беспокойства, меня взяли за руку и повели куда-то. Сейчас, при свете, я увидела в углу наружной маленькой пещеры полог из шкуры. Отдернув его, обнаружила выемку площадью метра в полтора, в центре — глубокую трещину, в которую сбегал по боковой стене небольшой ручеек. Похоже, отныне мой девиз будет звучать так: чем непривычнее, тем нормальнее.
Вернулась к очагу и сразу почувствовала запах еды. Да, сытный завтрак был именно то, что сейчас требовалось мне в первую очередь. Приглашающе указав мне на печеную рыбу, сам белоглазый исполин отошел в сторону и принялся собирать в кожаный мешок какие-то вещи, сворачивать шкуры с потрясающим белым мехом.
Он покидает это место?
Я внутренне напряглась, и мужчина резко обернулся ко мне, что-то мягко прорычав, потом махнул рукой и, подойдя вплотную, провел по волосам ладонью.
Ободрил? Надеюсь, это означает, что меня не собираются здесь бросать.
Быстро прикончив рыбу и запив ее водой, я встала с намерением помочь со сборами. Получила свою сумку с явным намеком, что ее собираю самостоятельно. Не вопрос!
Быстро сложив свои банные принадлежности и подсохшее за ночь белье, села в сторонке на камень, чтобы не мешать стремительным движениям мужчины. И принялась заплетать косу, а то путешествовать растрепанной неудобно.
Расчесывая волосы, наблюдала за сборами. Я все никак не могла отойти от вида отмытого «чудовища».
Какой мужик впечатляющий!
Сегодня он был полностью в кожаной одежде: брюках и в чем-то вроде жилетки, на ногах — подобие высоких носков. Волосы стянуты ремешком в низкий хвост. В руках вроде бы оружие — острый шип на большом кольце и странной формы меч. Нет, я определенно рисковала влюбиться без памяти!
Надо было отвлечься и заняться хоть чем-то полезным для самообразования, а то я без него как младенец беспомощный. И неизвестно же, что дальше будет. Может быть, сопроводит к ближайшему населенному пункту — и все. Он мне ничего не должен. Скорее уж я ему — за спасение от верной смерти.
Белоглазый вынес все вещи наружу и вернулся за мной. Забрав мою сумку, повторил мой вчерашний жест, маня за собой. Что ж, иду следом.
Брр…
Опять ветер. То ли это место отличалось суровым климатом, то ли сезон такой, но погода не радовала. Моя ветровка не спасала от холода, и после тепла пещеры я почти сразу продрогла. Попыталась глубже натянуть на уши шапочку. Вокруг был все тот же унылый пейзаж: буроватый песок, местами пронзенный каменными глыбами. И так до самого горизонта. Пещерка моего спасителя-похитителя тоже находилась под одной из этих скал. А вот небо сегодня было безоблачное, но непривычного зеленоватого оттенка. Если у меня еще и оставались сомнения относительно того, на Земле я нахожусь или нет, то один взгляд на это небо их полностью развеял.
Я опять увидела ту зверюгу, на которой мы сюда прилетели, но подойти к ней близко так и не решилась, а перспектива путешествия верхом на драконе не радовала вовсе. И тут этот динозавр повернул голову и… подмигнул мне. Я завизжала от неожиданности.
Великан подошел ко мне и, не дав возразить, усадил верхом на ящера, сам разместился сзади, укутал с головой в белую шкуру и обхватил руками.
Наверное, чтобы не свалилась. И спасибо ему за это.
Мы взлетели. Нашим самолетам до их драконов далеко — какие там воздушные ямы и реактивная скорость! И почему я не экстремалка? Сейчас бы пищала от восторга, а не от ужаса. Первые полчаса вообще от страха глаза открыть не могла, потом все же отважилась, и уже не смогла закрыть от обилия впечатлений.
Вот это я понимаю — вид с высоты птичьего полета!
Понемногу расслабилась и откинулась назад, на твердую мужскую грудь.
Под нами расстилалась бесконечная пустыня.
И где он только рыбу на завтрак достал? Наколдовал, что ли? Вот всегда так: в самый ответственный момент в голову мысли глупые лезут.
Я заметила внизу животных, преследовавших кого-то. По крайней мере, мне они показались животными — о местной флоре и фауне я же ничего не знала.
От плавного покачивания и тепла я вскоре заснула, а когда открыла глаза, поняла, что близится вечер. Внизу начали попадаться древообразные растения густо-фиолетового цвета.
Ноги уже порядком затекли, и с непривычки меня укачало. Я принялась ерзать, пытаясь хоть немного сменить положение тела. Дракон почти сразу начал снижаться, направляясь как раз к одной из рощ этих кричаще-ярких деревьев.
Ура, привал! Наконец-то!
Я слезла с ящера, и ноги сразу пронзили сотни уколов боли. Слегка поморщившись, я решила походить и размять конечности. Дракон, ссадив нас вместе с вещами, сразу же куда-то стремительно улетел, а мой спутник, бодрый, в отличие от меня, начал обустраивать место для ночлега. Примерно через полчаса вернулся дракон с мелкой зверюшкой в лапе. Очевидно, это наш будущий ужин. Смотреть, как освежуют незадачливое животное, я не решилась, поэтому отошла к уже разгоревшемуся костру. Стемнело быстро. Я посмотрела на небо и с удивлением увидела там два небесных светила вместо одной привычной луны.
Эх, где ты, дом?
После быстрого ужина мы легли у костра. Я с удовольствием заснула, укутанная в теплую шкуру и надежные объятия. Кажется, я начала привыкать к такой жизни.

Нургх  

Невозможность нормального общения с Диийн меня очень тяготила, и я решил обратиться к обучающей магии. Ведь она знает свой язык, поэтому под действием заклятия просто выучит еще один как дополнительный.
В успехе я был уверен, но проблема заключалась в другом: я владею атакующей и защитной магией, но не обучающей. Требовался маг-обучитель, найти такого можно было только в городе или крупном поселении, а мне появляться там опасно. Половину полета мы мысленно обсуждали это с Дирогом и в итоге решили на время выкрасть мага из Горда, ближайшего к нам селения.
Причем основная часть операции должна была лечь на плечи Дирога, ибо любой дорг, увидев меня, сразу узнает. Сам факт нахождения шаенга в селении доргов — уже причина для массовой паники, а если у него еще и абсолютно белые глаза… В общем, весть о моем появлении быстро достигнет нужных ушей и приведет к самым нежелательным последствиям.
Почувствовав состояние Диийн, я попросил Дирога приземлиться. Друг в ответ послал волну, полную ехидства, но спланировал вниз и даже предложил поймать ужин, возложив на меня заботы о разведении костра. Быстро справившись с обустройством ночлега, я освежевал пойманного перевертышем зверя. Диийн явно не желала наблюдать за разделкой будущего ужина и отошла к огню. Я нанизал куски мяса на прутики, пристроил их над костром и, мысленно попросив Дирога быть настороже, отошел в темноту — проверить окрестности. Вернулся как раз к моменту готовности мяса.
Кроме нескольких скелетов животных со следами острейших зубов, мне ничего не попалось. Я предупредил Дирога о том, что рядом может быть стая зоргов. Быстро поужинав, мы с Диийн легли спать. Наверное, она впервые путешествовала подобным образом и сильно утомилась. Сжав в одной руке сорг, другой обнял Связанную и заснул.

ГЛАВА 6

Дина  

Я проснулась. Не открывая глаз и не двигаясь, попыталась понять причину пробуждения. Ничего необычного не услышала, но внезапно поняла, что произошло, — изменился ритм бьющегося рядом сердца. Казалось, что мужчина около меня все так же расслаблен и крепко спит, но я почему-то была уверена, что это не так и он готов вскочить в любое мгновение. Остатки сна развеялись. Я не знала, что насторожило моего спутника, но ничего хорошего это не предвещало.
Вдруг раздался жуткий визг, у меня даже уши заложило. Мой спутник вскочил, а дальше вокруг завертелись, заметались неясные длинные тени. Костер почти потух, его света было недостаточно, чтобы разглядеть происходящее. Сжавшись в своем меховом коконе, я напряженно, до рези в глазах всматривалась в темноту. Нечеловеческий визг практически не прекращался, как и странный звук, чем-то напоминавший скрип смычка, которым ведут по струнам неумелой рукой.
Размытым пятном мелькал бледный силуэт моего спутника, иногда вспыхивал бликом клинок, отражая слабый свет костра. Меня буквально парализовал страх. Не зная, что происходит и чем я могу помочь, могла думать лишь об одном: «Только бы он нас спас».
Внезапно ночь прорезала струя яркого пламени. Она опалила извивающийся комок тел, многократно усилив визг, и позволила мне увидеть нападавших.
Они выглядели как изможденные, покрытые морщинами… люди. Сгорбленные старики с длинными, практически касающимися земли когтистыми руками, ощерив ужасающие пасти с множеством острых зубов, стремительно кидались на голубокожего великана. Оружие в его руках рассекало тела, и куски тварей разлетались во все стороны.
Как же их много!
Они лавиной накатились на моего спутника, желая повалить его на землю, пытались вцепиться зубами, вонзить когти, разорвать на куски. Рядом со мной вдруг шлепнулась отсеченная по локоть рука с отвратительными когтями, она продолжала извиваться и сгибать пальцы. В ужасе я пнула ее в костер.
И вновь из драконьей пасти вырвалось пламя, и в его свете я увидела, что часть тварей, прекратив атаки, пожирает своих уже поверженных соплеменников. Меня замутило, и, не сдержав отвращения, я вскрикнула. В тот же миг пылающие алым глаза моего защитника обратились ко мне. Зарычав, он стремительно набросился на последних нападавших. Вспыхнуло и заискрилось синее пламя, мгновенно уничтожив все останки монстров.
Темнота и тишина наступили внезапно. Все закончилось. Можно было выдохнуть и заплакать. Слезы потекли сначала робкими ручейками, но с каждым мгновением усиливались, и вскоре я уже плакала навзрыд. Ярко-алые глаза тут же сфокусировались на мне, а сильные ладони нежно обхватили мое лицо. Что-то прорычав, мой спаситель обнял меня и принялся плавно покачивать в руках. По телу, смывая шок и ужас пережитого, прокатилась жаркая волна, она вернула меня в состояние блаженно-сонной неги. Я и сама не заметила, как глаза закрылись.
До самого пробуждения мне снились странные сны. Не иначе все пережитое за последние сутки смешалось в миксере моего воображения и выдало интригующий результат. Мне снилось неописуемой красоты место на берегу небольшой реки рядом с водопадом. Вода там была почему-то желтой, искрящейся и прозрачной. Кругом пели птицы и разливался чарующий аромат неизвестных мне ярко-малиновых цветов, густо покрывавших ветви деревьев. Мой восхитительный спутник, опираясь спиной на ствол, протягивал мне только что сорванную веточку, усыпанную дивными цветами. Его лицо было ошеломляюще счастливым, а глаза… Нет, они не были белыми, светящуюся голубоватую радужку прорезал узкий вертикальный зрачок.
Проснувшись, я снова прокрутила сон в голове, стараясь не дать ему растаять — хотелось запомнить его, сохранить в душе как частичку чего-то дорогого и прекрасного.
Выпутавшись из шкуры, я оглядела поляну и удивленно замерла. Кроме меня и моего спутника там находилось еще двое. Внешне они были похожи: темнокожие, с приплюснутыми носами, мохнатыми ушами и прямыми черными волосами. Один из них был явно старше — возраст выдавали многочисленные морщины и некоторая сутулость.
Сидели мужчины молча, но напряженная атмосфера, взгляды, эмоции, которые читались на лице, создавали ощущение явного общения. Тот, что внешне выглядел старше, был очень напряжен, мне даже показалось, напуган. Его молодой сопровождающий, наоборот, широко улыбался. В какой-то момент он повернулся ко мне и подмигнул. Голубокожий великан, мгновенно отреагировав на это подмигивание, полуобернулся ко мне и подозвал жестом. Заинтригованная, я подошла ближе к мужской компании — очень хотелось рассмотреть незнакомцев.
Осторожно присев рядом со своим спутником, я улыбнулась мужчинам. Пожилой ответил мне пристальным, озадаченно-недоуменным взглядом, а второй вскинул руку и приложил ее на миг ладонью ко лбу. Даже не задумываясь о том, что означает этот жест, я зачарованно уставилась на его кисть — на ней было шесть пальцев!
Я не успела отойти от потрясения, как великан осторожно взял мою руку и, ободряюще погладив, передал пожилому мужчине. Тот тоже с изумлением уставился на мои пальцы, взял кисть в одну руку и накрыл другой. Не понимая, что происходит, я внимательно следила за происходящим. Голову пронзила резкая боль, и я, не сдержавшись, застонала. Мой спутник медленно провел рукой по волосам — и боль отступила. Прикрыв глаза, я сосредоточилась на ощущениях.
— Сколько времени понадобится?
Я пораженно осознала, что это произнес сидевший рядом мужчина, и я поняла его! Суть происходящего стала сразу ясна. Ура! Теперь не придется мучиться, пытаясь освоить эту нереальную абракадабру!
— Все зависит от индивидуальных способностей, господин, но максимальный срок усвоения не превышает суток. Она сможет не только понимать язык и говорить на нем, но и писать. — Ответ прозвучал несколько скованно, после небольшой паузы, с дрожью в голосе. — Как… как вы поступите со мной?
— Посмотрим. Я еще не решил, что делать.
— Понятно, — обреченно прошептал «учитель» и медленно выпустил мою руку.
Я же, преисполненная огромной и искренней благодарности, порывисто наклонилась к нему и поцеловала в щеку, прошептав:
— Спасибо огромное!
В ответ мужчина дернулся и резко отстранился, не сводя круглых от ужаса глаз с моего спутника. Я с недоумением тоже повернулась к нему и увидела прищуренные белые глаза, устремленные прямо на меня. Не зная, чем он так недоволен, я протянула руку и, пребывая в эйфории от счастья и уверенности, что теперь мне и море по колено, погладила его по волосам и подбодрила:
— Не стоит волноваться, все обязательно устроится к лучшему.
Молодой мужчина после этих слов откинулся назад и громко расхохотался, а его пожилой спутник, напротив, с ужасом и недоумением воззрился на меня. Белые глаза продолжали властно удерживать мой взгляд, порождая в душе сомнения и трепет.
Наверняка опять ляпнула несуразицу!
Мне стало как-то неуютно и захотелось отвернуться. Тут белоглазый великан перевел свой взгляд на моего «учителя», после чего оба незнакомца, как по команде, поднялись и направились прочь от нашей стоянки. С сожалением проводив их взглядом (все же хотелось расспросить о многом), я решила заняться допросом единственного доступного мне сейчас объекта:
— Как тебя зовут?
— Нургх, — лаконично прозвучало в ответ.
Какой же он суровый! Да и имя под стать.
— А меня Дина. Если совсем правильно, то Ундина, как морского духа. Но все обычно зовут просто Дина.
— Тебя назвали в честь морского духа?!

Нургх  

Это многое объясняло. К примеру, как она смогла повлиять на воду, отправляя мне Зов. Все представители моего народа — маги воды. Именно на этой основе строятся все наши магические умения и осуществляется Обряд поиска Связанной. Я, ко всему прочему, еще и сильнейший маг крови, поэтому обладаю абсолютной властью над любым живым существом, включая и соплеменников.
— А кто были эти мужчины? И они вернутся еще? — спросила Дина.
Вопрос несколько насторожил, но в ответе я был уверен абсолютно: маг-обучитель уж точно не пожелает еще встретиться со мной. Наложив на него маяки вечного контроля, я предупредил, что стоит ему хотя бы словом упомянуть о том, что здесь произошло, и он мгновенно превратится в кучку золы. Опасаясь за свою жизнь, он поклялся никогда даже не вспоминать о нас. И его можно было понять — еще ни разу за всю историю доргу не было позволено увидеть Связанную шаенга. А тут еще и Дина так легко его коснулась — у старика чуть сердце не остановилось.
— Это дорги. — Взглядом я дал понять, что считаю ответ исчерпывающим.
— Мм… А кем были те, ну, которые ночью… — Она судорожно вздохнула и замолчала, обводя взглядом место ночного сражения. — И еще объясни, куда мы направляемся?
— Стая зоргов. Они не представляют особой опасности, по крайней мере, для меня. Ты совершенно напрасно переживала. На будущее — не стоит волноваться по таким пустякам.
Дина смотрела на меня с явным недоверием, поэтому я объяснил:
— Я отличный воин и сильный маг. Уверяю тебя, мне много раз приходилось с ними сталкиваться. Что же до цели нашего путешествия, то это долгий разговор и время для него еще не пришло. Полагаю, тебе пора завтракать.
Вернувшись к костру вместе, мы исследовали съестное, принесенное Дирогом из селения. За безопасность Дины я не волновался. Еще ночью, укачав ее после нападения, я потратил огромный запас сил, но наложил максимально возможную защиту. Отныне любой, кто попытается ее физически уничтожить, сгорит мгновенно. А в пределах моего восприятия других сильных магов, способных мне противостоять, не было.
Разогрев мясную похлебку и напиток, я набросился на свою часть еды — аппетит после такой громадной траты магических сил просыпался зверский.
— А где ящер? — Дина с любопытством озиралась в поисках моего напарника.
— Возвращает мага-обучителя. — В ответ меня затопило изумлением и сомнениями девушки.
— Так тот молодой… дорг? Он и есть дракон? Он перевертыш?
— Дорги все обладают вторым телом. Дирог — ящер.
— Потрясающе! А тот, второй, кто?
— Еж.
Дина так и замерла, не донеся ложку ко рту, и удивленно посмотрела на меня.
— У меня тоже есть вопросы. И самый главный: как ты оказалась в той пещере, где я нашел тебя?
Девушка уставилась в миску с похлебкой. Я сразу почувствовал, что она мучительно решает, какой дать ответ. Для меня эта информация была важна, но я готов был и подождать, пока она не начнет доверять и не расскажет все сама.
— Точно не знаю как. Это просто произошло. И я не помню, что этому предшествовало. — В ее голосе слышалась неуверенность. — Просто открыла глаза и… оказалась рядом с той пещерой.
Я кивнул, принимая такой ответ.
— Что ты намерена делать? — решил уточнить на всякий случай.
— Не знаю. Если я не в тягость, хотела бы остаться с вами, пока не вспомню все и не решу, как быть дальше.
Я задумался. Не хотелось пугать Дину, рассказав ей всю правду о нашей связи, я бы предпочел дать ей время узнать меня получше, чтобы принять осознанно. Но и лгать ей не мог.
— Ты нам не в тягость. И лично я не уверен, что позволю тебе покинуть нас, даже если ты решишь это сделать.
Она хмыкнула и пожала плечами, явно не принимая всерьез мое предупреждение.
— Ты не похож на Дирога. Значит, ты не дорг? И вообще, много тут… других рас?
Какой интересный вопрос!
— Я — шаенг! И мы действительно отличаемся от доргов, поскольку являемся другой расой. Больше разумных созданий в нашем мире нет.
— А ваш мир, он как называется? — Дина смущенно отвела взгляд, прекрасно понимая всю странность таких расспросов.
— Ниар.
— А вы тоже можете изменяться? — Она затаила дыхание в ожидании моего ответа.
— Нет. Шаенгам это не требуется. У нас другие преимущества.
— А тут есть места, где проживает сразу много доргов и шаенгов?
— Дорги и шаенги не живут вместе. У доргов много поселений по всему миру, но этот континент самый малообитаемый. А шаенги живут в своих отдельных городах.
Дина задумалась. Ей явно хотелось развить эту тему и выяснить, почему мы не живем вместе, но она не решалась. Поэтому и переключилась на другое:
— А остальные континенты густо населены? Их вообще много, континентов?
— На Ниаре четыре, но один из них полностью скован льдами, а Пританис, на котором мы находимся сейчас, практически весь покрыт пустынями и тоже очень неудобен для жизни. Два же оставшихся… Да, на них много поселений.
Тут моя Связанная поняла, что незнание столь элементарных вещей является большой странностью, поэтому, дослушав меня, пожала плечами и с извиняющейся улыбкой пояснила:
— Все это я тоже почему-то… забыла. Может быть, головой ударилась.
И, окончательно смутившись, она замолчала.
Тут я уловил мысленный призыв друга и, поднявшись, сказал Дине, что пора собираться в путь.

ГЛАВА 7

Дина  

Мы продолжали свой путь. Днем совершали перелеты, а ночью отдыхали. Дирог или Нургх охотились, добывая нам еду. Ящер за все это время так ни разу ко мне и не обратился, и я подозревала, что это Нургх не позволяет ему. Шаенг порой выводил меня из себя своей бескомпромиссной манерой принимать решения за всех, и за меня тоже. Впрочем, его высокомерие искупалось заботливостью. Я ловила себя на мысли, что будет крайне сложно расстаться с таким мужчиной.
В полете мы много разговаривали. Я узнала, что Нургх может со всеми общаться мысленно, и мы тренировались делать это вдвоем. Меня в такие моменты очень беспокоило, читает ли он все мои мысли или только те, что я адресую ему. Ибо если читает…
Можно сгореть со стыда!
Взаимоотношения между нами установились удивительно теплые. Мне было так легко и спокойно с ним, словно мы были давно знакомы.
По мере нашего продвижения местность вокруг менялась, — казавшаяся бескрайней бурая пустыня наконец осталась позади, лишь изредка еще попадались песчаные проплешины. Растения поражали буйством красок, от ярких малиновых и фиолетовых деревьев до ржаво-желтой травы с крупными цветами самых поразительных расцветок.
Во время перелетов я порой часами всматривалась в расстилающуюся под нами землю. Теперь наш маршрут пролегал в основном над лесами, воздух стал более влажным, начали попадаться озера. В одном из них, во время очередной остановки, Нургх организовал мне ванну, каким-то непостижимым образом отделив часть воды и нагрев ее. Естественно, его я тоже заставила искупаться.
День пролетал за днем, а я ловила себя на мысли, что совершенно не скучаю по родному миру. Мне ведь не к кому возвращаться.
По какой бы причине я ни оказалась на Ниаре, но это шанс начать жизнь с нуля. Так мое решение стало окончательным.
Каждый раз на привале, пока Нургх занимался всеми бытовыми вопросами, я подходила ближе к деревьям, желая вдоволь насмотреться на чудо, которым для меня стала местная природа. Ароматы цветов радовали обоняние не меньше, чем обилие красок — глаза. Несколько раз мне удавалось даже заметить мелких зверьков, похожих на наших белок, и других грызунов. И каждый раз меня беспокоил вопрос: это просто животные или это дорги во втором обличье?
Я все больше и больше узнавала шаенга, но все так же практически ничего не знала о нем. На все мои вопросы о прошлом он давал скупые односложные ответы или вовсе отмалчивался, давая понять, что тема не обсуждается. Вот именно этот контраст между заботливой открытостью и суровой скрытностью удерживал меня от окончательного сближения с ним. Я боялась довериться своим ощущениям и оказаться бессовестно обманутой. В то же время присутствие этого мужчины рядом не оставило меня равнодушной. Я уже начинала задумываться над тем, каким может быть наше совместное будущее.
На пятые сутки путешествия мы приблизились к какому-то городу. Об этом мне сообщил Нургх. Ящер приземлился, а когда мы слезли, он перекинулся в того молодого человека, что смеялся надо мной. Нургх надел темный плащ с глубоким капюшоном и перчатки, принесенные заботливым Дирогом из предыдущего поселения. Под плащом он укрыл и свой сорг, который, как я уже знала, являлся исключительным оружием его народа и обладал какими-то скрытыми свойствами. Мне же выдали нечто напоминающее монашескую рясу, с таким же глубоким капюшоном, и велели надеть перчатки, хотя даже в них руки попросили спрятать в карманы. Вот в таком виде мы и приблизились к поселению.
Сам город доргов превзошел все мои ожидания. В первую очередь поразили его размеры — это был настоящий мегаполис. А во вторую — отсутствие каких-либо стен. Сразу начинались невысокие двухэтажные домики и простые деревянные навесы. Рядом с каждым жилищем была роща или хотя бы лужайка, примыкавшая непосредственно к дому, и создавалось ощущение, что город полностью находится в лесу. Так непривычно было идти по широким улицам, окруженным старыми деревьями или зелеными полянками, среди которых можно было заметить неприметные домики. Я впервые видела, как живут обитатели этого мира — пещеру Нургха я, по понятным причинам, в расчет не брала, — и была крайне изумлена.
— Они специально в лесу поселились? — не удержалась я от вопроса.
— Нет. Это старый город, за много поколений они вырастили его. Если будем в той части, где селится молодежь, ты увидишь совсем еще молодые деревья. И, Дина, будь внимательна, не растопчи кого-нибудь из местных жителей.
Я резко остановилась, уставившись на дорогу. Сама мысль о возможности наступить на какого-нибудь ужа, который тут же мог обернуться уважаемой старушкой, испугала чрезвычайно. А то я так увлеклась местной архитектурой, что совсем перестала обращать внимание на окружающих.
Оказалось, зря.
Приглядевшись, я заметила, что кругом, помимо уже встречавшихся мне темнокожих доргов, занятых обычными будничными делами, было много животных самых разных видов. С радостными визгами и рыками наперерез нам промчалась ватага какой-то разношерстной в буквальном смысле малышни. Стройная лошадка, гневно тряся гривой и угрожающе стуча передними копытами, загоняла в дом невысокую девочку. На ближайшем дереве три белки собирали орехи в большое лукошко, пристроенное в развилке.
— А как вы узнаёте, на каких животных можно охотиться? Или разумные живут только в поселениях? — Я мысленно задала Нургху давно мучивший меня вопрос.
Мое недоумение его явно озадачило.
— Их невозможно спутать. У них аура, излучение мозга, эмоции, сердцебиение, запах и поведение совсем разные. В общем, они совершенно не похожи. Со временем ты это сама поймешь.
— А нас они тоже чувствуют?
— У доргов хорошее обоняние, поэтому, конечно, они нас заметили. Но я умею подстраиваться под их восприятие, поэтому наши с тобой запахи они не воспринимают как чуждые, да и в городе всегда много путешественников.
— А где мы остановимся? Или можно просто выбрать любую полянку для ночлега?
— Видишь эти столбы? — И Нургх махнул рукой в сторону ближайшего деревянного колосса, украшенного странной резьбой. — Они обозначают собственность, а также указывают на личность владельца. Поэтому устроиться на чьей-то полянке нельзя. Мы остановимся на постоялом дворе.
Вскоре мы вышли к огромной поляне, посреди которой возвышалось массивное строение.
Вот уж действительно постоялый двор!
На лужайке, рядом с небольшими кожаными шатрами, располагались дорги, группами и поодиночке, как в человеческой, так и в иных ипостасях. Нургх нашел свободное место у края поляны, рядом со специально оборудованным кострищем. Стараясь сильно не озираться, я присела на деревянную чурку. Дирог переглянулся с Нургхом и отправился к центральному строению, вернулся он оттуда уже с каким-то рулоном и кольями. Передав все это Нургху, перевертыш снова ушел, как оказалось, за дровами для очага.
Решив поучаствовать в установке палатки, я встала и подошла ближе.
— Могу помочь?
— Нет, отдыхай, я сам справлюсь.
— Кстати, а в главном здании разве нет жилых комнат?
— На верхнем этаже живет семья владельца, а нижние заняты кладовыми с запасами и складами с инвентарем. Так же кухня и столовая, для тех, кто не желает есть под открытым небом. Ты где предпочтешь перекусить?
— Наверное, в столовой. — Мне было любопытно посмотреть, что внутри, и попробовать местную еду.

Нургх  

Ощущал я себя скверно. Странное предчувствие не давало покоя. Возможно, дело в том, что я давно отвык от общества других разумных существ? На всякий случай не снимал сорг и настороженно прислушивался. Дирог принес дрова, и, сложив их для вечернего костра, мы втроем направились обедать. Моя Связанная из-под темного капюшона бросала по сторонам любопытные взгляды. Какой же она еще, в сущности, ребенок!
Внутри свободными оказались два крайних стола. Заняв один, я сел так, чтобы оказаться спиной к посетителям — опасался нечаянно приоткрыть лицо во время еды. Дирог и Дина устроились напротив. К нам тут же подошел хозяйский сын, судя по запаху, выбравший второй ипостасью оленя. Мы заказали мясное рагу, творожную кашу и ягодный пирог с горячим напитком.
Я осторожно прощупал эмоции присутствующих. Каких переживаний здесь только не было: от утомленно-раздраженных до яростно-завистливых. Особенно негативно фонила компания из шести доргов у дальней стены.
Принесли обед, и мы сразу накинулись на горячую еду. Даже я получал от трапезы удовольствие, ведь провел многие годы, питаясь более грубой пищей, Дина же с восторженным интересом сначала осмотрела содержимое тарелок, а потом начала пробовать. Неспешно наслаждаясь обедом, мы с Дирогом мысленно обменялись мнениями о дальнейшем пути. У нас было два варианта, как выбраться с континента: быстро — через перемещающие ворота, расположенные в ближайшем городе шаенгов, или долго — на обычном морском судне.
— Уверен, что никто сейчас не ожидает твоего появления. Если будете осторожны, сможете неузнанными пройти через ворота, — настаивал на своем Дирог.
— Но если что-то пойдет не так, на выходе нас уже будут встречать! И ладно бы я был один, но рисковать Диной не могу, — категорично осадил я его.
— Учитывая, что уже начался сезон холодных ветров, мы можем и вовсе не найти корабль, который согласится выйти в дальние воды, — буркнул в ответ дорг.
Меня это тоже беспокоило. Но на такой случай я оставил крайнее средство, — личную убедительную беседу с капитаном.
Внезапно органы чувств окатило волной изумления и любопытства. Как бы невзначай повернув голову, я заметил взгляд одного из тех шести неприятных доргов, направленный в нашу сторону. Проследив его направление, увидел, что Дина, увлеченная наблюдением за хозяином корчмы, виртуозно разливавшим пенный напиток, сильно наклонилась вперед, и от этого ее коса выскользнула из-под плаща. При ярком освещении на темной ткани платья медные волосы просто пылали. Мне сразу стала ясна причина его изумления — все дорги обладали прямыми черными волосами. Я плавно поднял руку и убрал косу под капюшон, перекинув ее за плечо Дины.
Раздосадованный нежелательным вниманием, я мысленно сказал спутникам, что мы уходим. Дирог сразу встал, а Дина замешкалась. Она протестующе протянула руку и, подняв ко мне лицо, попросила:
— Давайте еще посидим.
Она и не заметила, что стала объектом чужого интереса.
Успев только категорично мотнуть головой, я ощутил быстрое приближение того самого дорга.
— Дорогуша, — громко воскликнул он, еще не дойдя до нас, — присоединяйся к нашей компании! Мы не торопимся и всегда готовы следовать пожеланиям такой милейшей особы.
Дина вздрогнула и сразу же вскочила. Дирог сделал шаг наперерез доргу. А я, сжав ладонь девушки, быстро повел ее к выходу. Это не смутило наглого преследователя. Оттолкнув ящера с пути, он резво схватил Дину за другую руку и потянул на себя, желая задержать. В моей крови мгновенно вспыхнул огонь бешенства. Я тут же выхватил сорг и провел им в воздухе невидимую черту. Тело дорга упало к ногам Дины, разрубленное пополам. В столовой воцарилась оглушающая тишина, и в ней я отчетливо слышал громкое дыхание девушки, у которой от ужаса сдавило горло.
Я подхватил на руки ее обмякшее тело и вынес наружу. Следом выскочил Дирог. В душе все еще клокотала ярость — мы сделали ошибку, явившись сюда.
Начинаю понимать, почему Связанным так редко позволяют покидать пределы наших городов.

ГЛАВА 8

Дина  

Даже не знаю, какими словами можно было описать мое состояние. Меня накрыло одновременно чувство вины и страх перед Нургхом.
Он же просто монстр!
Такую жестокую расправу над мужчиной в данной ситуации я считала недопустимой. Один миг, легкий взмах руки и… все! Я впервые видела вот такую смерть. И не ради защиты жизни.
Это самое настоящее убийство!
Причем Нургх отнесся к этому как к совершенно рядовому, не стоящему даже внимания событию. Доставив меня к нашей палатке, он обыденно поинтересовался моим самочувствием и предложил укутать в шкуру, если мне прохладно. Я была потрясена таким безразличием к собственному поступку. А еще корила себя за легкомыслие: послушалась бы сразу, и этой смерти не было бы.
Отпрянув от него, я отошла подальше. Он сначала двинулся следом, но потом сжал кулаки и застыл на месте. Мне же хотелось лишь одного — убежать и никогда больше его не видеть.
Со стороны главного здания послышался многоголосый рокот. Толпа доргов явно направлялась к нам. Нургх тоже их услышал и, бросив на меня предостерегающий взгляд, обернулся. Увидев в этом свой шанс, я поначалу робко, а потом все увереннее начала медленно отступать с поляны в лес. Воспользовавшись тем, что оба моих спутника были вовлечены в гневную беседу с хозяином постоялого двора и поддерживавшими его гостями, я достигла границы леса, развернулась и бросилась бежать. Неслась на пределе своих сил и возможностей, совершенно не задумываясь о направлении, дороге и нарушении границ личной собственности. Несколько раз с моего пути кто-то резко отскакивал, но это никак не сказалось на моей скорости. В душе было так мерзко, что хотелось просто раствориться в окружающем пространстве, забыть обо всех терзаниях. Остановилась я, только полностью обессилев, упала на колени и еле успела выставить руки, чтобы не хлопнуться лицом в грязь.
Хрипло и натужно дыша, я попыталась оглядеться. Увы, не успев толком ничего увидеть, почувствовала, как кто-то схватил меня сзади за шею. Резко подняв с колен, с меня грубо сдернули капюшон. Я услышала потрясенное ругательство и только тогда сообразила, что это не Нургх. Резко дернувшись, попыталась вырваться, но меня грубо рванули за косу и, схватив за руки, повалили лицом на землю, я даже вскрикнуть не успела. Руки грубо скрутили за спиной, в рот вставили кляп и, накинув на меня какой-то мешок, понесли.
Как же страшно! Своей истерикой я навлекла на себя еще большую беду. Как теперь вернуться к моим спутникам? Как хотя бы вырваться на свободу?! Мои мысли были прерваны диалогом этих подонков:
— Ты видел ее волосы? Понятно теперь, почему из-за нее этот, в капюшоне, схватился за меч.
— Да, сильный ублюдок! Жаль беднягу Фреза. Но надо поспешить, не хотелось бы мне нарваться на него снова.
— Думаю, он не скоро еще сможет кого-то преследовать. Это было отличным ходом — натравить на него хозяина. И так удачно, что девка сама сбежала нам в руки.
— Не будь самоуверен. Фрез тоже не придал значения реакции этого, в капюшоне. Видимо, не зря он скрывал свое лицо. Что-то в нем меня беспокоит, поэтому лучше бы ускориться. Девка определенно особенная, за нее можно запросить в пять раз больше обычного. Трайган, бери ее, Лирид, обернись, ящером вынесешь их из поселения, а мы выберемся волками. Сейчас лучше разделиться, встретимся в порту у дока.
Чем дольше я их слушала, тем с большим ужасом понимала, что попала в руки торговцев живым товаром. Меня мутило от страха. Я отчаянно хотела к Нургху и готова была простить ему убийство всей этой банды. Да что там, я сама бы убила их, если б могла!
Ощутив ставшее уже привычным чувство полета, я горько заплакала. Меня уносили все дальше и дальше от надежды на спасение. Решив, что лучше умереть, чем быть проданной, я стала отчаянно брыкаться и извиваться, в надежде, что дорг меня не удержит, а соскользнув с дракона, я наверняка разобьюсь. Но намерения мои не осуществились — меня ударили по голове, и я потеряла сознание.
Не знаю, как долго я была в отключке, но пришла в себя от ощущения шарящих по мне рук. Дернувшись, я поняла, что уже не связана, и открыла глаза. Надо мной склонились четверо доргов, выглядели они отвратительно — грязные, с похабными оскалами. С меня сорвали плащ и застыли, удивленно разглядывая мой спортивный костюм. Выдернув кляп, я громко закричала:
— Твари! Вам это не сойдет с рук. Мои спутники вас найдут!
— Да ну-у-у, — издевательски протянули в ответ, — как страшно! Нас найдет пара малахольных доргов.
— Один из них шаенг! — выкрикнула я в отчаянии.
Наступила тишина. На меня смотрели потрясенно.
— Да она это специально, чтобы напугать нас, — неуверенно произнес один.
— А если нет? Тот, в капюшоне… Мы же не знаем, кто он. Скорее тащите ее на корабль, пора сматываться отсюда.
Меня забросили на плечо и понесли, взбежав по трапу, забросили в какую-то дверь. Ударившись плечом и расцарапав руки о неструганые доски, я приземлилась на пол.
Осмотрелась. На небольшом возвышении стоял фонарь, в его тусклом свете я увидела еще несколько девушек. Все они были в порванной одежде, избитые, некоторые тихонько плакали.
Съежившись у стены, я напряженно думала и раз за разом отвергала возможные способы спасения. Если бы мы были не на корабле…
— Дина! — раздался в моей голове вопль.
Я подпрыгнула от неожиданности, напугав девушек рядом.
— Нургх! Ну наконец-то!
— Ты где?
— Не знаю, меня похитили. Сейчас я на корабле, но куда он плывет, не знаю.
— Жди меня.
Воспрянув духом, я даже улыбнулась. Сейчас для меня не было никого другого, кого бы я так же страстно желала видеть. Окрыленная надеждой, я решила подбодрить и напарниц по несчастью.
— Держитесь, помощь скоро придет!
На меня посмотрели с недоумением, решив видимо, что я тронулась умом от пережитого. Но все это мало беспокоило меня, я внутренне собралась, приготовившись продержаться до прибытия Нургха. Почему-то не сомневалась, что он обязательно найдет меня.
Время тянулось безумно медленно, мне казалось, что мы уплыли уже на немыслимое расстояние. К тому же Нургх больше не связывался со мной, и я старалась не думать о том, что не уточнила, на каком расстоянии мы можем общаться. В таких сомнениях прошло почти полдня, а потом я внезапно услышала над головой громкий шум. На палубе над нами явно что-то происходило: раздавались крики, топот ног и резкие хрипы. Дверь распахнулась, и ворвался здоровенный дорг. Он схватил меня за плечо и резко дернул вверх, загораживаясь мною.
— Я заберу тебя с собой, проклятая, — буквально провыл он, и я узнала голос моего похитителя.
Наверху же наступила абсолютная тишина. В следующий миг дверь слетела с петель, а в образовавшемся проеме показалась фигура моего голубокожего великана.
— Кто ты? — с дрожью в голосе прохрипел дорг.
Капюшон слетел с Нургха, открывая пылающие алые глаза. Дорг потрясенно дернулся.
— Проклятый Изгнанник! — обреченно прошептал он и с этими словами попытался всадить мне в горло кинжал.
Едва кончик кинжала соприкоснулся с моей кожей, как синее пламя охватило дорга и его оружие. Через секунду от него осталась лишь кучка пепла. Девушки разом испуганно закричали, а я, наоборот, от шока не могла вымолвить ни слова.

Нургх  

Меня трясло от бешенства. Мало того что Дина сбежала, так она еще и умудрилась попасть в плен к самым отвратительным головорезам, которые в лучшем случае ее бы убили. Она и теперь упорно не желала меня слушать. Не обращая внимания на испуганных доргинь, я на мгновение прижал ее к себе и вдохнул такой уже родной запах. Потом вынес на палубу.
Не желая снова пугать ее видом мертвых доргов, бывших командой этого корабля и по совместительству отвратительной бандой похитителей и работорговцев, я сжег в магическом огне все, что осталось от их тел. И сейчас лишь жалкие кучки пепла, развеиваемые морским ветром, напоминали о них. Чувствуя, что сдерживаюсь из последних сил, я решил отложить разбор полетов со своей Связанной до той поры, пока немного не остыну. Я укрыл ее плащом и оставил на палубе, грозно наказав оставаться на месте и ни во что не вмешиваться.
— Дирог! — рявкнул я, мысленно призывая непутевого ящера. — Немедленно спускайся, необходимо заняться кораблем.
— Я, между прочим, не водо-, а воздухоплавающее, — услышал в ответ. — Как ты вообще собираешься управлять кораблем без команды? Обязательно было убивать всех?
— Насчет корабля не беспокойся — что бы с ним ни происходило, воды нас не примут. А вот с теми, кто остался в живых, разбираться предстоит тебе.
Дирог вместе с нашими пожитками приземлился на палубе и сразу перекинулся. Первым делом подбежал к Дине — узнать, как она себя чувствует и что произошло. Чем заслужил от меня мысленный пинок. Потом, получив от нее инструкции насчет спасения девушек, направился к крошечной каюте.
Я перегнулся через борт корабля, взывая к родной стихии. Договорившись с водами о том, что наше суденышко заботливо доставят куда следует, решил осмотреть корабль и остался доволен. Запас пресной воды был солидный, продовольствия достаточно. В крайнем случае я мог наловить рыбы. На этом корабле мы вполне могли добраться до цели путешествия. Все складывалось не так уж плохо.
Беспокойство вызывала только возможная реакция на события на постоялом дворе. Вся эта шумиха, понятая должным образом, сразу бы указала любому шаенгу на мое присутствие. Сначала, не сдержавшись, я убил дорга, а потом и вовсе озверел, когда Дина меня оттолкнула. Не повезло тем несчастным, которые решили воздать мне справедливое, по их мнению, возмездие. Но я защищал мою Связанную, поэтому был в своем праве, а как это виделось другим, мне было безразлично. Отведя душу на этой зарвавшейся кучке агрессивных доргов, я мысленно ударил по их крови волной огня. Дружно взвыв от боли, мои противники повалились на землю. И в тот же миг я осознал, что не чувствую Дины рядом. Мысленно приказав Дирогу собирать вещи, я вихрем сорвался с места. Ее запах, размытый множеством других, терялся несколько раз. Ах, как мне не хватало связующих браслетов, которыми в нашем народе обменивались совершившие Обряд! Эти браслеты постоянно притягивались друг к другу, и носившие их всегда чувствовали партнера. Эта связь была вне времени и расстояния.
Наконец я совсем потерял ее в месте пленения. Попытался связаться мысленно, но она не отвечала на призывы. Отсутствие хоть какой-то реакции порождало предположения одно хуже другого. Я даже сам боялся представить, что сделаю с ее похитителями, когда доберусь до них. Одно утешало — моя магическая защита не позволит ее убить. Я как безумный метался по поселению, до заикания пугая всех встречных доргов своей стремительностью и грубостью, не обращая внимания, на чью территорию вторгался или по чьему хвосту пробегал. Когда наконец смог ее услышать, еле сдержал крик радости. Теперь уничтожение банды стало лишь вопросом времени.
Я решил, что пришла пора раскрыть Дине истинное положение вещей: мы объединены на всю жизнь. Спасенные девушки под руководством Дирога привели в порядок каюту капитана и отвели туда мою Связанную. Я решительно толкнул дверь и шагнул внутрь. Но не успел сказать и слова, как девушка бросилась навстречу и обняла.
— Никогда больше не убегай от меня, — сурово сказал я ей, нежно прижимая к себе.
— Постараюсь, — улыбнулась Дина. — Прости меня за то, что разозлилась, и за то, что втянула всех нас в эти передряги. Не предполагала, что мое упрямство может иметь такие последствия, и очень благодарна, что не оставил в беде. — И она страстно меня поцеловала.
— Дина… — Я замолк, мучительно подбирая нужные слова. — Ты должна понимать… Тогда, в пещере, я не просто так появился. Это было следствием Зова, который ты отправила мне через воду Источника. И когда ты пошла из той пещеры следом за мной, это означало… В общем, ты приняла меня как свою судьбу. И это необратимо. Такова древняя магия нашего народа. С того момента, как я тебя принял, ты стала моей Связанной.
— Как это — приняла судьбу? И что значит быть Связанной?
— Мы теперь неразделимы. Мы вместе навсегда, наши жизни связаны — погибнет один, умрет и другой. Это древний как сам мир Обряд. Дорги по договору с нами приводят к определенному водоему на место вызова Жертву — выбранную девушку. Она отправляет Зов, и если есть шаенг, предназначенный ей, он его обязательно получит. И явится к Жертве. А потом все зависит от ее выбора: или примет девушка его как свою судьбу и согласится связать души, станет его Связанной, или не примет… И тогда погибнет — Источник ее уже не отпустит. А шаенг этот больше никогда не получит Зова.
— Какой же это выбор? Это несправедливость! Девушке остается только безропотно согласиться на все.
— В большинстве случаев Жертвы предпочитают смерть, — глухо ответил я.
Глаза Дины потрясенно раскрылись.
— Поэтому нас совсем мало, а Связанных оберегают как величайшую ценность, — добавил я.
— Но почему они отказываются?
— Из страха. Чтобы выжить, моему народу пришлось стать сильнейшим среди воинов и магов. Иначе нас бы давно уничтожили и поглотили дорги. Наша репутация и оберегает нас, и лишает нас невест одновременно. Мы магическим путем добились долголетия, живем веками, но при этом рождение в связи двоих сыновей является редчайшим событием, чаще всего сын один. И мой сын, Дина, будет и твоим сыном также.
— Так, — возмущенно заявила мне Связанная, — не будем забегать вперед! Я еще не решила, как отнестись к Обряду, а ты мне уже про детей говоришь. И, кстати, почему это сразу сын? Я вот всегда о дочери мечтала, обязательно с моим цветом волос и папиными глазками. Хотя…
Тут Дина замолчала, бросив растерянный взгляд на мои белые глаза.
— Дина, — неживым голосом прошептал я, — девочки у нашего народа не рождаются, в этом-то и вся проблема.

ГЛАВА 9

Дина  

Теперь мне многое стало понятным — и его собственнические замашки при посторонних, и подкупающая нежность наедине. Но чтобы вот так, сразу и на всю жизнь, без права на ошибки и без перемен… Я, конечно, хотела найти вторую половинку, но данный способ был уж очень радикальным. Мне трудно было принять такое положение вещей сразу, хотелось повременить, обдумать, все взвесить. Но все было уже решено за меня, и именно это казалось самым обидным. В душе я уже некоторое время назад решила для себя, что влюбляюсь в Нургха и хочу остаться с ним.
А что до их древних обрядов и традиций… Посмотрим еще. Я, в отличие от дорговских жертв, никакого страха не испытывала, но и покорно смиряться не собиралась. Эти шаенги просто еще не переходили дорогу настоящей русской женщине. Устрою им тут тихой сапой Октябрьскую революцию, чтоб знали, что женщина — это звучит страшно!
Уже устраиваясь спать, мы продолжали обсуждать эти чуждые мне взгляды. Мне требовалось время и полная информация поэтому вопросу, чтобы смириться и понять, как действовать дальше.
— А по какому принципу вообще выбирается Жертва?
— Раз в тысячелетие в каждом нашем роду появляется Знающий, предсказывающий многие события. Чаще всего Жертву определяет он. Бывали случаи, когда одинокий шаенг указывал на понравившуюся ему девушку, но это редкость, так как при появлении шаенгов в поселениях доргов все женщины стараются прятаться. К сожалению, даже Знающий не всегда точно может сказать, какое решение примет выбранная Жертва или как можно переубедить ее.
— А сколько у вас родов? И часто ли выбирают Жертву?
Я хотела выяснить все детали, чтобы найти решение проблемы. Почему-то я была уверена, что это возможно.
— Всего четыре рода. Каждый живет на своем континенте, в отдельном городе под магическим куполом. На планете четыре континента, два из них наиболее благоприятны для жизни и заселены доргами, тот, что мы покинули, практически не заселен из-за пустынь, ну, а еще один континент полностью покрыт льдами. На нем находится город моего рода. Каждый род ежегодно требует Жертву. Одну.
Тут же я ухватилась за эту тему и, решив разузнать больше о его прошлом, приготовилась задать очередной вопрос. Но Нургх, очевидно разгадав мои намерения, перебил:
— Дина, прошу тебя, расскажи, откуда ты? Я должен знать.
— Мм… Пообещай, что не сочтешь меня сумасшедшей и поверишь, каким бы невероятным ни казался мой рассказ.
— В этом ты можешь быть уверена. Всегда.
— Хорошо. На самом деле, как сюда попала и почему, я и сама не знаю. Закрыла глаза в своем мире, открыла уже в пустыне возле той пещеры. А мир… Мир у нас другой. Наша планета называется Земля, и рас, подобных вам, у нас нет. Собственно, у нас живут обычные люди без каких-либо магических способностей. И выглядит наш мир иначе, у нас развивают технику, поэтому такого, как у вас, взаимодействия с природой нет. И… и там я никому не нужна. Недавно умерла моя бабушка, а больше у меня никого не было.
Внимательно слушавший Нургх заметно расслабился при последних словах, прижал меня сильнее и прошептал:
— Ты нужна здесь, Дина. Очень нужна. Мне. Без тебя я теперь не смогу существовать, да и не захочу.
Мы потянулись друг к другу, безмолвно предлагая и обещая все то, что боялись сказать вслух. Поделившись сокровенным, мы шагнули на новую ступень наших отношений. И отныне действительно стали единым целым.
Нургх и наша любовь стали для меня откровением. Настолько прекрасно быть с мужчиной, для которого ты единственная, самая-самая! Его первые, безумно нежные, даже робкие прикосновения взорвали мою душу, вызывая фейерверк ощущений и эмоций, заставляя в экстазе поджимать пальцы ног и выгибаться дугой, стремясь плотнее прижаться к нему, ощутить всем телом.
А как он на меня смотрел! Как ласкал взглядом, касался руками, губами, языком, изучая мое тело. Словно я — совершенство, самое драгоценное и прекрасное, что он когда-либо видел. Мне было легко в его объятиях. Я не ощущала под собой ни жесткой корабельной койки, ни грубой простыни, нет, я словно парила в воздухе, растворяясь в надежных руках, в ощущении близости сильного тела, которое сейчас дрожало от сдерживаемой страсти, разжигаемой моими прикосновениями.
Мы сидели на кровати, прижавшись друг к другу, и целовались, целовались, целовались… А наши руки и губы вели свой разговор, касаясь, сплетаясь, лаская разгоряченные тела. Внутри меня что-то скрутилось, напряженно замерев в самом низу живота в ожидании такой желанной развязки. Кожа стала нереально чувствительной, жадной к прикосновениям. Я извивалась в руках моего восхитительного мужчины, терлась о его мускулистое, немного влажное от испарины тело, стремясь максимально слиться с ним, унять этот жар кожи и желание ощущать его везде и сразу.
Нургх прижимал меня в себе, слегка покусывая за плечи, впиваясь губами в мой подбородок и шею. Его руки, начав с неуверенных, изучающих касаний груди, освоившись, гладили уже все мое тело, зарывались в волосы, притягивая к себе мою голову, порой даже несколько жестко сжимая стиснутые в кулаке пряди. Но я была не против, мне даже хотелось этих жестких рывков. Они отвлекали меня от всепоглощающего желания. Я безумно хотела моего шаенга, хотела именно такого, каким он был, — безмерно нежного, но и порывисто-грубоватого, любимого и только моего!
Не имея больше сил сдерживаться, я медленно потянула его на себя, опускаясь на кровать. Нургх немного отстранился и помог мне устроиться, а после принялся выводить на моей груди и животе только одному ему известные узоры. Меня уже колотило от эмоций, хриплые стоны один за другим срывались с губ, руки комкали простыню, собирая ее складками вдоль тела, ноги то и дело подрагивали и сгибались в коленях.
— Дина-а-а, — пришел мысленный стон от Нургха, — сейчас умру.
— Я тоже, — так же мысленно ответила я, судорожно выдыхая.
Решительно вскинув руки, я притянула его к себе, одновременно обхватывая ногами. Приподняв бедра, я встретила мужчину, не желая больше продлевать эту сладкую муку и стремясь к ощущению полного слияния. Мы оба, позабыв обо всем, погрузились в водоворот этого вечного движения — основы самой жизни.
Меня с головой накрыло ощущением сжигающей страсти и безграничного наслаждения, я ощущала себя песчинкой, с каждой приливной волной все больше и больше погружающейся в глубины водоворота, пока наконец ощущение эйфории не поглотило меня без остатка.
Медленно возвращаясь к реальности, я лежала и счастливо улыбалась, разглядывала потолок и прислушивалась к тяжелому дыханию мужчины. Нургх, уткнувшись лицом мне в грудь, а руками опершись в кровать по бокам от меня, пытался прийти в себя.
— Связанная, — тихонько прошептал он, — ты самое прекрасное и бесценное, что есть в моей жизни. Спасибо тебе, что согласилась принять меня как свою судьбу.
Я, не имея сил для ответа, лишь мысленно послала ему волну любви и ласково провела по светлым волосам. Прекраснее момента в моей жизни не было! Люблю его! Именно с этой мыслью я заснула.
Рык Нургха и последующее за этим возмущенное сопение за дверью заставили меня открыть глаза.
— Вы так все плавание проспите! А между тем уже полдень и пора обедать. Мы с девочками все приготовили, только вас и ждем. И почему это мне приходится за ними присматривать, чем я так прогневал судьбу? — донеслось из-за двери недовольное бормотание Дирога.
Я уже приготовилась удержать любимого от убийства непутевого друга, но, взглянув на его лицо, поняла, что убийство откладывается. Он широко улыбался. Кажется, я впервые видела его улыбку.
— Доброй зари, Связанная моя, — нежно прошептал он, пропуская сквозь пальцы мои локоны.
На обед мы пошли. Значительно позже, но пошли. Стоял прекрасный день — небо было ясным, а океан спокойным. Хотя на движении нашего суденышка последнее не сказывалось — непонятно как, но мы достаточно быстро двигались вперед.
Ожидавшие нас дорги расположились на палубе. Мне наконец-то удалось рассмотреть остальных похищенных девушек. Совсем еще юные, в грязной, порванной одежде, на лицах и открытых участках тела у многих виднелись синяки и кровоподтеки. И все три — темнокожие, с плоскими носами и прямыми черными волосами. Я начала понимать, в чем причина ажиотажа, вызванного моей рыжей и кудрявой шевелюрой.
После вчерашних событий девушки с большим оптимизмом смотрели в будущее и вели себя соответственно. Еще на подходе мы услышали смех. Впрочем, улыбки девушек мгновенно таяли и сменялись выражением панического ужаса при виде шаенга.
Да-а-а, тут предстояла большая психологическая работа. И я была намерена начать ее прямо здесь и сейчас. Меня переполняли идеи, как можно в положительную сторону изменить ситуацию с выбором этих «жертв», да и насчет Обряда кое-какие мысли появились. Хотя тут я решила события не форсировать, так как еще не разобралась в механизме его действия.
Улыбнувшись девушкам и подмигнув печальному и голодному Дирогу, я высказала беспокоящую меня мысль:
— Может быть, нам стоит искупаться, раз возможности помыться нет? Ну и постирать одежду. И стоит поискать на корабле, вдруг да найдется что-то пригодное для носки.
— Дина, воду для купания я обеспечу. Пустых бочек достаточно, и я могу немного опреснить морскую воду. Пить ее все же нельзя, но для купания и прочего вполне подойдет. — Нургх просто окрылил меня своими словами.
— Отлично, вот после еды и займемся этим. — Я взглянула на девушек.
Они потрясенно прислушиваясь к нашему с Нургхом непринужденному общению, но не прореагировали на мое предложение, боясь, кажется, даже дышать от страха. Ну что ж, нужна шоковая терапия — получите! И прежде чем присесть к импровизированному столу, я резко обернулась, притянула Нургха к себе и поцеловала. Он сначала опешил, но быстро сориентировался и с энтузиазмом ответил. Так, забыв о присутствующих, мы страстно целовались, пока со стороны Дирога не раздался разочарованный стон:
— Вот знал я, что это кончится плохо…
— Не завидуй, — вместе ответили мы, оторвавшись друг от друга. — Кстати, Дирог, если ты мне скажешь, что среди собранных тобою вещей есть и моя сумка, то… я и тебя поцелую, — добавила я.
Дорг немедленно подавился первым проглоченным куском.
— Дина, — сипло прошептал он, покосившись на шаенга, — все твои вещи Нургх велел собрать в первую очередь. И вообще, если хочешь, я твою сумку всегда носить буду, только не целуй меня.
Расхохотавшись, я решила больше его не дразнить и принялась за еду, кушать хотелось действительно сильно. Стало даже совестно: девушки вообще неизвестно когда ели в последний раз, а еще нас ждали. Я однозначно преисполнилась самых твердых намерений поспособствовать устройству их судеб.
Вымыться после всех этих перипетий с побегом и последующим пленением было истинным наслаждением. Нургх, как и обещал, организовал нам горячую воду, а в моем случае еще трепетно и ласково вымыл. И как я могла считать его чудовищем?

Нургх  

Уже давно понял, что для моей Связанной возможность помыться с комфортом, кажется, искупала все мои ошибки. Вымылся и сам, очевидно, теперь это станет нормой для меня. Пора уже было вернуться к цивилизованному поведению.
Я вспомнил о конечной цели путешествия, и это внезапно вернуло меня к суровой реальности. Нас ожидала огромная и неразрешимая проблема — мое прошлое, от которого роковым образом зависело и наше будущее. Как разрешить ситуацию, я не знал, но, только вернувшись, я смогу понять, что делать дальше.
Время, проведенное на корабле, стало самым счастливым для меня. Воды стремительно несли судно вперед, все бури и шторма обходили стороной, не причиняя вреда. В нашей с Диной каюте царила любовь, узнавая друг друга, мы укрепляли нашу Связь. Для меня не было ценнее награды, чем ощущение Дининого счастья. Находясь ежедневно рядом, вскоре я стал чувствовать и перемену в эмоциях спасенных девушек. По отношению ко мне страха стало меньше, а порой проскальзывало любопытство и даже удивление.
Но мысли о будущем омрачали мою радость. Раз за разом прокручивая в уме события прошлого, я понимал, что должен рассказать обо всем Дине, подготовить ее к реакции моего народа. Но мне было страшно. Теперь я знал, что могу потерять, и перспектива разрушить то, что сейчас было между нами, ужасала меня. Я не желал вновь ощутить ее отвращение, боялся оттолкнуть навсегда. Но правда могла всплыть в любой момент. Так в итоге и произошло.
В тот вечер Дина расспрашивала девушек об обычаях и привычках их народа. Они долго обсуждали, как у доргов принято ухаживать, выбирать спутника жизни.
— Дина, а как ты можешь быть вместе с Проклятым Изгнанником? Тебе не страшно? — задала внезапно одна из них роковой для меня вопрос.
Дина тогда лишь улыбнулась и сказала, что все совсем не так, как кажется со стороны. Но позже, когда мы были одни, она вернулась к этой теме.
— Нургх, помнишь главаря шайки, похитившей меня? Он же тогда сразу узнал тебя.
— Шаенги редко бывают на территориях доргов, а я долго жил там и создал себе… определенную славу. К тому же у меня есть отличительная черта. — Внутренне я уже приготовился к самому худшему.
— И что это за черта?
— Мои глаза. Они абсолютно белые.
— А разве так не у всех шаенгов? — прошептала Дина, приникнув ко мне.
Я отчаянно прижал ее, вдыхая аромат волос, стремясь сохранить эти ощущения навсегда. Возможно, скоро у меня не будет ничего, кроме этих воспоминаний.
— Нет. Такие глаза могут быть только у изгнанного родом, — решил я признаться. — У шаенгов из разных родов разный цвет радужки. Моя раньше была светло-голубой.
Очевидно решив успокоить меня и снять напряжение, Дина с иронией заметила:
— Надо было всем изгнанникам собраться и объединиться в свой род — белоглазых!
Я замер, не зная, как объяснить страшную истину.
— Дина, — еле слышно прошептал я, — объединяться некому. За время существования нашей расы только единожды род проклял и изгнал своего сына.
Дина потрясенно замерла. Положив руки мне на грудь, над самым сердцем, она спросила:
— Но… за что?
Стыдясь смотреть ей в глаза, я медленно отступил, повернулся и подошел к двери. Уже взявшись за ручку, произнес:
— За убийство членов рода. Я убил родителей.
Ну вот и все. Все сказано. Я резко дернул дверь на себя и вышел из каюты.

ГЛАВА 10

Дина  

Нургх стремительно покинул каюту, казалось, даже сбежал. Меня же будто парализовало. Я забыла, как двигаться, как дышать, как думать. Просто не верилось в то, что услышала. Накатило какое-то опустошение. Перед глазами встала сцена в столовой постоялого двора: взмах — и рядом падает разрубленное пополам тело. Да, я понимала, что он может убить. Легко. В любой момент. Но…
В душе жила уверенность, что не просто из жестокости, а лишь когда уверен в необходимости этого.
Или я ошибаюсь в нем? Что, по сути, я знаю о Нургхе?
Вот только сегодня он приоткрыл часть своей души и сразу же поставил под сомнение все мои представления о нем. Никогда не считала, что любовь должна быть слепа. Смогу ли я быть рядом с мужчиной, способным уничтожить близких?
Но были ли они близки? Что вообще я знаю о его семье? И как произошла эта трагедия? Прежде чем делать выводы, надо разобраться в ситуации. Стоило ли сегодня еще раз вернуться к этой теме? Да! Надо разобраться с этим нарывом, иначе мы не сможем доверять друг другу. И я решительно отправилась на палубу.
Нургх стоял на корме, глядя куда-то в бесконечность. Вся его фигура выражала напряжение. Казалось, даже окружающий воздух резко потяжелел и давил мне на плечи. Ноги, словно скованные цепью, еле двигались. Я шла к нему и не знала, как начать этот разговор. Мне страшно было услышать его ответы. Встав рядом, молча посмотрела на его руки. Он так сильно сжимал ограждение, что пальцы, казалось, свело судорогой.
— Я имею право знать, как это случилось, — наконец выдавила из себя. — Вы… поссорились?
Нургх медленно повернул голову и пристально посмотрел мне в глаза. Не знаю, что он хотел в них увидеть, но вдруг печально усмехнулся и негромко сказал:
— Мы, наверное, никогда не ссорились. У шаенгов особое отношение к детям и к семьям вообще. Это слишком ценно для нас. Это самое ценное, что есть у любого шаенга.
Нургх замолчал, видимо пытаясь совладать с эмоциями. Внезапно он судорожно вздохнул и прошептал:
— Никто не спрашивал меня о том, что случилось. Если честно, я даже не знаю, как ответить. Я и сам не понимаю… День накануне ничем особенным не запомнился. Мы провели его вместе — я, родители и мой брат. Да, наши родители были счастливы, а их связь одарена двумя сыновьями. Кажется, мы были последней крупной семьей в нашем роду. Хотя, возможно, за время моего изгнания появились другие. Моя семья… Мы были очень близки. Отец считался величайшим воином и магом, он сам учил и тренировал нас с братом. Будучи главой рода, он готовил меня как свою будущую смену. — Голос Нургха сорвался, и он надолго замолчал.
— В ту ночь я спал в своей комнате, — продолжил он неожиданно. — Внезапно сквозь сон я почувствовал, что кто-то находится рядом, а потом уловил свист клинка, рассекающего воздух, и ощутил обжигающее прикосновение металла. За миг до того, как мне отсекли бы голову, я успел отклонить чужое оружие и схватил свой сорг. Клинок все же задел мое лицо по касательной. А я, не медля, взмахнул своим…
— Это был твой отец?! — Сказать, что я была потрясена, значило ничего не сказать. — Но почему? Шрам у тебя на лице от той раны?
Нургх опять долго молчал, прежде чем ответить.
— Да, от нее. В юном возрасте, пока взросление не завершится, регенерация у нас слабее. Поэтому след от шрама со мной на всю жизнь. И да, это был мой отец. Дина, я не знаю, почему он так поступил. Я многие годы думал об этом, но так и не смог понять его мотивов. Когда, ударив скорее рефлекторно, я вскочил с кровати, было уже поздно что-то делать. Он оказался мертв, умер мгновенно. Я практически перерубил его пополам. Потом я просто ничего не соображал от ужаса, не знал, что мне теперь делать.
— А мама? — уже предвидя ответ, шепотом спросила я.
— Мама… Совершившие Обряд связывают свои жизни, Дина. В прямом смысле связывают. Поэтому, как только умер отец, мама последовала за ним. Дина, и наши с тобой жизни теперь связаны так же.
— Тебя из-за этого изгнали? Ты же защищался! А возможно, твой отец сошел с ума? Ну бывает же такое. Просто до этого случая вы внимания не обращали на мелочи, а тут случился кризис.
— Дина, ты не понимаешь. Шаенги никогда не убивают друг друга, мы слишком малочисленны, для нас каждая жизнь бесценна. Никогда прежде подобного не происходило. Я сам до сих пор не могу в это поверить, — угрюмо бросил Нургх. — А касательно его сумасшествия, то это невозможно. Мы же сильные маги, мы неподвластны болезням. Потому-то мой поступок так потряс весь род. Я не просто убил отца, своего соплеменника, я убил сильнейшего мага и самого доброго, самого отзывчивого представителя нашего рода. Отец был потрясающим шаенгом, все уважали его и преклонялись перед его умом.
Меня не отпускала мысль, что уж как-то все это нереально звучит.
— И что, никто за тебя не заступился? Не дали возможности оправдаться? А твой брат? — Меня переполняло возмущение.
Нургх резко обхватил мои плечи и, прижав к себе, прошептал мне в волосы:
— Эта смерть потрясла всех. Соплеменники стали относиться ко мне с омерзением. Кто бы стал разговаривать со мной, если даже видеть меня всем было невыносимо? Я стал причиной такого горя. Не важно, что вынудило меня это сделать, важен был сам факт. Это неприемлемо для моего народа. А что до брата… Он младше, и он был просто раздавлен случившимся — в один миг потерял всю семью. Повторяю: для нас нет преступления страшнее.
Дина, теперь ты понимаешь, с кем связана? Я не просто чудовище, я проклятое и вечно гонимое чудовище. И все знают об этом. Даже дорги. О моем поступке объявили везде. Мои соплеменники жаждали моей смерти, но не уничтожили лишь из-за наших законов. Но за мою голову была назначена огромная награда. Этого оказалось достаточно, чтобы сотни и сотни доргов готовы были идти на смерть, пытаясь убить Проклятого. Моя жизнь превратилась в бесконечную бойню. Я стал как всеми гонимый зверь. Не было места на Ниаре, где бы я чувствовал себя безопасно. Так прошли последние столетия. Вечное ожидание нападения. Вечный ад.
Нургх замолчал, так и не выпустив меня. Я слушала отрывистый стук его сильного сердца, а моя душа разрывалась от отчаянной жалости к тому мальчику, что в один миг стал чужим для всех. Я не знала, чем уж так гениален был его выдающийся папаша, но жизнь своим детям он загубил качественно.
— Зачем мы направляемся к ним? — Внезапно меня озарила эта очевидная мысль. — Мы должны, наоборот, стремиться быть дальше.
— Дина, Обряд связал наши души и жизни. Как только это случилось, ты стала самым простым способом моего уничтожения. А я обязан защитить тебя, потому что самое важное для меня — ты. И ради тебя я готов даже вернуться. Это мои соплеменники поймут, — каждая Связанная для шаенгов неприкосновенна.
Что можно было возразить? Я не знала этого мира, его законов и не подозревала о его опасности. Мне оставалось только положиться на выбор Нургха. С другой стороны, у меня появилась возможность разобраться с их брачным Обрядом. Впрочем, все это теперь отходило на второй план, первоочередной моей целью стал поиск причин трагедии, происшедшей в прошлом Нургха. Если мы не сможем разобраться в гибели его отца, мы обречены быть вечными изгоями.

Нургх  

Моя зеленоглазая Связанная в очередной раз меня поразила: вместо отвращения и ненависти, которые я привык ощущать по отношению к себе, она исполнилась сопереживанием и сочувствием. И, что самое необычное, — искренним желанием помочь. Я был не тем человеком, который принимает жалость к себе как данность, но Дина видела все так, как я и сам желал бы воспринимать, но боялся себе в этом признаться. В глубине души всегда жило сознание какой-то несправедливости, но я не мог даже надеяться на понимание. Я был благодарен Дине уже только за то, что она выслушала меня. Она была единственной, кто это сделал.
Заснуть этой ночью мне не удалось. Прошлое вновь и вновь вставало перед глазами. Но сегодня впервые я воспринимал это как трагическую, но все же случайность. Большую часть жизни я провел, чувствуя себя жестоким убийцей, сегодня же впервые задумался о себе как о жертве чьего-то злого умысла или странного стечения обстоятельств. И если это действительно был умысел, то не совершаю ли я роковую ошибку, направляясь туда с Диной? Я не мог предсказать, какой прием нас ожидает. И сможем ли вы вообще попасть в город моего рода.
Визгард — последний рубеж нашей обороны — был тщательно скрыт. Попасть туда можно было лишь через пропускные пространственные ворота Орбдуха — города Янтарного рода. Причем пройти ворота можно было лишь при условии согласия принимающей стороны. Дадут ли нам разрешение на посещение Визгарда? Не уверен в этом. Там должен жить мой брат. После изгнания я запретил себе даже думать о возможности его увидеть. Мы были очень близки, любили друг друга, как и все в нашей семье. Но что стало с ним после той ночи? Как он относится к случившемуся, ко мне? Ответы на эти вопросы смогу получить лишь от него. Конечно, при условии, что он вообще захочет разговаривать со мной.
Нежно прижимая к себе давно заснувшую Дину, я задавался вопросом, который уже не раз мучил меня с момента Обряда: заслуживаю ли я такое счастье, достоин ли его? А вдруг это все же ошибка?.. Нет, даже мысли такой я уже не мог допустить! Потерять ее было немыслимо, непереносимо, в миллионы раз больнее, чем терпеть все оскорбления и насмешки, произнесенные в мой адрес.
Приближалась заря, и я решил, что больше пользы от меня будет, если раздобуду нам к завтраку рыбы. Выйдя на палубу, увидел, что не единственный встречаю сегодня зарю. Дирог с одной из девушек, обнявшись, стояли на палубе. При моем появлении она насторожилась и теснее прижалась к доргу. Прислушавшись к их чувствам, я понял, что стал очевидцем рождения новой пары. Как же у них все просто! Дирог, внимательно вглядевшись в меня, кивнул.
— Не спится? — спокойно поинтересовался он.
— Да. Сейчас достану рыбы на завтрак.
— Нургх, нам далеко еще до материка? — с каким-то затаенным напряжением вдруг спросил перевертыш.
Я остановился и вгляделся в его глаза.
— Через двое суток мы будем в порту Треста, а оттуда сразу же направимся в Орбдух, — ответил я, ожидая продолжения.
— И что ты намерен сделать с девушками?
— Высадить их на берег для начала, а там… Ну, пусть остаются в Гресте или направляются, куда захотят.
Девушки эти мне и даром не были нужны. Хотя я понимал, что после того как они побывали в плену, будущее их было весьма сомнительным — у доргов непорочность ценилась превыше всего.
— А я? Меня же не пропустят с вами в город шаенгов, — все так же настойчиво допытывался дорг.
Я действительно не планировал брать Дирога в путешествие, это похищение изменило все мои планы.
— А какие у тебя идеи по этому поводу?
— Нургх, я… В общем, мы с Ниел хотели бы остаться тут. Гиптория — большой и хорошо обжитый материк, на севере есть город Крайк, там у Ниел близкие родственники. Мы могли бы направиться туда. Ты позволишь? — Дорг затаил дыхание.
— Конечно. Я только рад за вас. И тем более, запретить тебе я не могу. Ты друг мне.
Я ощутил искреннее облегчение Дирога.
Надо бы поговорить с оставшимися двумя девушками, возможно, у них тоже есть какие-то планы. Но лучше попросить об этом Дину. С этими мыслями я перегнулся через борт, обращаясь к водам.

ГЛАВА 11

Дина  

Проснувшись, я поняла, что опять проспала до полудня. Решив не портить настроение мыслями о том, что изменить была не в силах, я умылась и вышла на палубу. Не успела сделать и пары шагов, как Нургх оказался рядом и, взяв меня за руки, пытливо посмотрел в глаза. Я поцеловала его, давая понять, что за ночь свое отношение к нему не изменила. Шаенг сразу ощутимо расслабился.
— Пойдем обедать, Связанная моя, — тихонько прошептал он мне на ушко. — Дирог нашел себе подругу, представляешь? Может быть, ты поговоришь с остальными девушками и узнаешь, что они планируют делать по прибытии? А то вряд ли они поделятся планами со мной.
— Конечно, — сразу согласилась я, — у меня на этот счет уже давно появились некоторые мысли.
Нургх озадаченно взглянул на меня, но я решила пока не посвящать его в свои далеко идущие планы, лишь загадочно улыбнулась. Я присоединилась к обедавшим девушкам. Нургх отошел, видимо, чтобы не мешать моим расспросам.
— Что собираетесь делать дальше? — Я решила сразу брать быка за рога.
Молодые доргини как-то погрустнели и неуверенно пожали плечами.
— Мы вот, к примеру, направляемся в Орбдух, — продолжала я. Как раз вчера, прежде чем заснуть, я расспросила Нургха о цели нашего плавания. — Хочу предложить вам присоединиться к нам.
На меня потрясенно посмотрели не только девушки, но и Нургх. Он стоял у борта и явно все слышал.
— О чем вы говорите? Нас что, убьют? — внезапно гулким шепотом спросила одна.
— С чего вы взяли? Меня же Нургх не убил и, если вы обратили внимание, даже не делал попытки, — весело рассмеялась я в ответ.
— Ну вас-то понятно, вы такая красивая и необычная. Но если нас заберут к шаенгам… От них ведь еще ни одна Жертва не возвращалась! — В голосе уже отчетливо были слышны нотки истерики.
— Поверьте, то, как относится ко мне Нургх, — это типичное поведение шаенгов с женщинами. — Обе доргини посмотрели на меня как на сумасшедшую. — Не знаю, что ждет вас одних в этом незнакомом городе, без защиты и поддержки, но уверена, если вы наберетесь смелости и пойдете с нами, то сделаете лучший выбор из всех возможных.
Плечи обеих девушек поникли, они тесно прижались друг к другу и обреченно смотрели перед собой.
— Хорошо. Выбирать нам действительно нечего. Что тут погибнуть, что там. Раз вы обещаете свою поддержку, лучше положиться на нее, — робко решилась одна.
— Все будет в порядке. Вас больше никто не обидит. Пусть сейчас вы мне не поверили, потом поймете, что я была права, — обнадежила я их.
Остается еще самой проникнуться уверенностью в собственных словах. Но я уже дала себе обещание помочь этим бедняжкам всем, чем смогу. Ну и пусть, что они напуганы до колик. Именно рядом с перепуганной женщиной мужчина может ощутить себя настоящим защитником. А шаенги к защите слабого пола явно относятся очень серьезно.
Закончив с едой, я отправилась на поиски Дирога. Нургх тут же плавно скользнул следом.
— Дина, зачем ты решила взять их? — мысленно спросил он.
— Нургх, прошу тебя, скажи мне только: их убьют?
— Нет, конечно. Но, скорее всего, не пустят внутрь города.
— Отлично. Поглядим тогда по ситуации. Если не позволят войти, проводим их обратно. Но я буду надеяться, что их пустят и они кого-нибудь встретят себе в пару. И даже не заикайся мне про Зов и Обряд, не хочу слышать ни про какое магическое обоснование. Я уверена, что и без Обряда гормоны и физиология свое возьмут. Ты обратил внимание, какие они миленькие, особенно та, что ниже ростом?
Мой возлюбленный, обхватив огромными руками, нежно прижал меня к груди и погладил по спине.
— Дина, я никого, кроме тебя, не вижу.
— Подхалим, — чмокнула его в щеку.
Решительно сменив направление, я за руку увлекла любимого в каюту.
— Расскажи мне про Орбдух. Как мне себя вести там?
— Дина, я много веков там не был, поэтому не уверен, что мои знания не устарели. Орбдух — город на скале, под огромным защитным куполом. Под куполом всегда лето. Но его нельзя пересечь незаметно. Там живут шаенги с золотистыми глазами, это отдельный род. Возглавлял его Соордж. Когда я был изгнан, он уже давно перешагнул за половину жизненных лет, сейчас же он должен быть близок к тысячелетнему возрасту, если вообще не умер. Соордж очень честолюбив, но предан роду и своей семье фанатично. Кстати, он Знающий. У него есть сын Ригард, он младше меня на несколько лет. Что касается твоего поведения… сложно сказать. Я не знаю, как нас примут, поэтому прошу не снимать капюшон, пока не попрошу, и не высовываться вперед.
Нургх опять притянул меня к себе, положив подбородок мне на макушку. Я чувствовала, что он переживает из-за меня, но понимала, что другого пути у нас нет, а значит, придется его пройти.

В оставшееся до конца плавания время мы, словно договорившись, больше ни о чем серьезном не говорили. Оба, не зная, что нам предстоит впереди, решили посвятить последние часы пребывания на корабле только друг другу, чтобы сохранить их в памяти как драгоценные воспоминания о времени, когда мы могли быть самими собой и не задумываться о будущем.
Вечером следующего дня воды плавно внесли наш кораблик в небольшую бухту немного севернее портового города доргов. Перекинувшись, ящер отнес на берег Ниел и все наше совместное имущество, а также оставшиеся запасы. А меня и девушек Нургх перенес в магически созданном облаке. Как бы мне ни хотелось увидеть еще один город доргов, наученная горьким опытом, я согласилась, что лучше переночевать на берегу, а на следующий день продолжить путь, минуя поселение. Дирогу, впрочем, пришлось лететь в город — им с Ниел была нужна теплая одежда, а также дополнительные припасы для путешествия.
Наступил уже второй месяц сезона сильных ветров, и было ощутимо холодно. Нургх сразу же заставил меня завернуться в шкуру орхана, и временами я ощущала волну обжигающего тепла, прокатывающуюся по венам, — это шаенг согревал меня своей магией. Теперь никто меня не убедит, что такой заботливый и внимательный мужчина может быть гнусным убийцей. Нашим же спутницам, в отличие от меня, избалованной горожанки, дополнительный обогрев не требовался — они перекинулись в юркую белочку и двух пушистых лисичек и по мере возможности принялись помогать шаенгу готовить лагерь и организовывать ночлег. Возможно, разумнее было бы переночевать на борту суденышка, но за время путешествия все так соскучились по твердой земле, что готовы были мириться с дополнительными сложностями.
Дирог вернулся как раз к ужину, состоявшему из печеной рыбы, кореньев и орехов, найденных девушками в лесу. Дорг не только разжился дополнительным добром, но и принес какие-то новости. По тому, как мужчины внезапно дружно замолчали, я поняла, что шаенг и перевертыш общались мысленно. Выждав, я мысленно спросила Нургха о том, что так обеспокоило ящера.
— В городе много разговоров о появившемся в ближайших лесах неизвестном монстре. Он убил уже многих, а все отправившиеся за ним охотники не вернулись. Горожане подумывают обратиться за помощью к ближайшему роду шаенгов.
— Может быть, нам стоит задержаться тут, а не отправляться в путешествие сразу?
— Дина, поверь, мне не страшен ни один монстр. Я сам — то еще чудовище.
Покончив с ужином, наша небольшая компания под веселый треск костра стала готовиться ко сну. Завтра нам предстояло разделиться и продолжить путь уже в разных направлениях. Дорги предпочли звериные ипостаси. Поэтому у меня появилось ощущение, что спать я собираюсь не просто на природе, а в вольере зоопарка. Если учесть, что Нургх, перед тем как укутать меня в привычные уже шкуры и свои объятия, по периметру нашего лагеря навесил охранные маяки, засыпала я с чувством абсолютной безопасности.
Проснулась внезапно. Грядущая заря только начала рассеивать черное марево ночи. На сей раз я быстро поняла, что меня разбудил изменившийся стук сердца обнимавшего меня мужчины. Это что, дежавю? Замерев, я вслушалась в окружающие звуки, но быстро поняла свою неспособность хоть что-то распознать, поэтому решила просто ожидать дальнейшего развития событий. И они не заставили себя долго ждать.
Нургх медленно поднялся и встал рядом со мной, прикрыв глаза и словно принюхиваясь. Приподняв голову, я заметила яркие глаза ящера, внимательно наблюдавшего за шаенгом, и остальных «зверюшек», сбившихся в кучу возле нас. Очевидно, всем, кроме меня, картина была ясна. Я в этом мире точно комплекс неполноценности заработаю. Лечиться придется.
Мои мысли прервало появление еще одного действующего лица. Метрах в сорока от нас из зарослей выбралась огромная фигура. Если Нургх казался мне великаном, то это существо было раза в три крупнее. Гигантская жуткая тварь стояла на двух ногах. На руках длинные когти сантиметров по тридцать. Морда массивная, чуть выдвинутая вперед, в пасти — громадные темные зубы, сквозь всклокоченную светлую шерсть горели желтые безумные глаза.
Тварь издала жуткий рык. Нургх поднял светившиеся бледно-голубым огнем руки, но не сдвинулся с места. Он словно бы напряженно о чем-то думал. Или… говорил?
Неужели он общается с этой чудо-юдой?!
Боясь пропустить хоть что-то, я прижала к себе колени и не отводила глаз от представшей передо мной картины. Внезапно Нургх громко зарычал, в ответ на это монстр кинулся вперед. Из ладоней шаенга вырвалось яркое пламя и окутало тварь. Шаенг одним прыжком оказался рядом с монстром, схватил его за верхнюю челюсть и резко дернул вверх, отрывая голову.
Я пыталась вспомнить, как дышать, и поймала себя на мысли, что сейчас Нургх, развернувшийся ко мне лицом с чужой головой в руке, выглядит не менее ужасающе, чем любой монстр. В чем-то он все же прав.

Нургх  

Перед рассветом я внезапно ощутил присутствие соплеменника. Я попытался настроиться на излучение его ауры, чтобы определить местоположение и намерения — меня что, уже ждут и хотят уничтожить без рассуждений? В ответ ощущалась лишь всепоглощающая ненависть. Мои попытки мысленно заговорить были встречены яростным всплеском гнева. Что бы это значило? Я приготовился к нападению, отслеживая передвижения «гостя». Внезапно он замер, примерно на границе появления нашего запаха. Я ощутил, как разум неизвестного на мгновение открылся от удивления и до меня донесся мысленный крик: «Женщины! Уничтожить!»
Я вскочил, принюхавшись, и понял, что шаенг уже давно находится в полной боевой трансформации. Зачем? Что угрожает ему тут? Вновь попытался заговорить:
— Брат, не нападай. Я буду защищать женщин. Почему ты тут один?
Ответа не последовало, но меня накрыло болью и тоской, идущей от него.
— Ты нуждаешься в помощи? Чем тебе можно помочь? — снова послал я вопрос, надеясь все же понять, как он тут оказался.
И снова глухая стена ненависти и ни одной разумной мысли. Лишь желание уничтожить. Издав злой рык, пришелец бросился в сторону доргинь. Мне ничего не оставалось, как атаковать его в ответ, отрезая от девушек. Убежать они не смогут — полностью подавлены страхом, да и скорость, с которой способны перемещаться шаенги, делает побег лишь кратковременной отсрочкой гибели. Создав вокруг нападавшего огненную завесу, я прыгнул наперерез. И тут, видимо от боли, разум его немного прояснился, и ко мне пришла четкая мысль:
— Убей меня, брат! Умоляю…
И столько чувства было в этой просьбе, столько страдания и такая отчаянная надежда!.. Стараясь не задумываться о том, что делаю, я резко схватил его за голову и оторвал ее. Последним, что я почувствовал за миг до его смерти, была благодарность.
Кем он был? В чем причина его состояния? Даже я после многих веков изгнания и практически животного существования не выглядел так обреченно. Что довело его до безумия и как вообще шаенг мог оказаться в таком состоянии? Возможно, это тоже изгнанник? Хотя нет — радужка глаз пылала янтарем. Но почему он сам нападал и молил о смерти? Что произошло за эти века с моим народом, если мне встретилось подобное чудовище?
— Это тот самый монстр, о котором слышал Дирог? — разобрал я мысленный вопрос все еще напряженной Дины.
Я положил тело в огонь, отдавая тем самым последнюю дань соплеменнику, и направился к воде, желая смыть с себя кровь и копоть.
— Думаю, да. Но это не монстр, Дина. Это один из шаенгов в боевой трансформации. Я говорил тебе о том, что нам не нужны животные личины, причина как раз в этом.
— Но почему он убивал доргов? И зачем напал на нас?
— Сам задаюсь этими вопросами. Произошло что-то необъяснимое. Не знаю, как это возможно, но он был безумен. Отсюда и агрессия. Но что довело его до такого состояния, не представляю. Он сам умолял меня убить его.
Моя Связанная совершенно расслабилась, и я уловил ее мысленное ворчание о том, что мы с нашими традициями, обрядами и прочими глупостями вообще обречены на деградацию и полное вымирание. Возможно, в чем-то она и права.
Спать дальше ни у кого желания уже не было, мы молча позавтракали и отправились в путь. Дирог и Ниел явно стремились скорее покинуть место боя и оказаться в более безопасном небе, поэтому, не затягивая с прощанием, мы расстались. Две доргини, согласившиеся отправиться с нами в город шаенгов, и до ночного нападения относились ко мне с суеверным ужасом, теперь же… Они не отходили от Дины ни на шаг, стараясь даже не смотреть в мою сторону. Не представляю, зачем Дина решила вести их в Орбдух, если они даже рядом с одним шаенгом так нервничают? В отличие от недавно образовавшейся парочки доргов, нам предстояло двигаться на юг, вдоль широкой реки, в устье которой мы и расположились лагерем. За время привала я сделал большой плот, на котором нам предстояло двигаться выше по течению, вплоть до самого Орбдуха.
Плот, движимый водами, плавно нес нас навстречу судьбе. Река протекала по красивому каньону, стены которого были полностью покрыты сиреневыми деревьями, чью яркость лишь подчеркивала лазурная вода. Девушки, впервые оказавшись на этом материке, заинтересованно осматривались. Вчетвером мы удобно расположились на плоту и наслаждались ярким дневным светом и теплом светила. Разговаривать никого не тянуло — сказывалось утреннее происшествие. Каждому из нас было о чем подумать, поэтому на плоту стояла тишина.
Так прошел первый день нашего речного плавания. К вечеру ощутимо похолодало, и я накинул Дине на плечи белую шкуру. Чтобы не тратить время на поиск места, где плот мог пристать к берегу, и охоту, поужинать решили имеющимися запасами. Мы могли спокойно плыть и ночью — воды плавно несли нас сами.
Почувствовав волну разочарования, я мысленно обратился к Дине:
— О чем грустишь, Связанная моя?
— Да вот пожалела, что не догадалась днем искупаться, пока было тепло, — пожаловалась Дина.
— Хм… Давай, если попадется подходящее место, организую купание, — пообещал я, внутренне улыбаясь, — все же Дина без воды не может.
Мысленно обратившись к водам, узнал, что вскоре, через пару поворотов, будет небольшая заводь. Именно туда я и направил наш плот.
— Можешь готовиться, скоро мы достигнем подходящего места, там искупаешься, — обрадовал Дину.
Она тут же предупредила девушек о возможности помыться.
Заводь оказалась достаточно большой и частично была укрыта свисающими ветвями деревьев. Пологий берег зарос кустами, их красные цветы источали нежный сладковатый аромат. Вода искрилась в лучах гаснущего светила.
Создав плотный водяной барьер и отделив заводь от основного русла, я нагрел воду до температуры, приятной телу. Оставив девушек ближе к плоту, мы с Диной отплыли к части заводи, укрытой деревьями. Связанная моя нежно обвила мою шею руками и, тесно прижавшись, коснулась губ. Меня накрыло волной нежности, любви и ласки, и я с удовольствием растворился в ней, совершенно забыв об окружающем мире.
Насладившись купанием и друг другом, к плоту мы вернулись, когда уже совсем стемнело. Доргини спали, свернувшись среди вещей. Мы тихонько взобрались на плот и, укутавшись в шкуры, приготовились ко сну. Убрав барьер, отделявший заводь от реки, мысленно поблагодарил воды за предоставленную возможность искупаться и попросил нести плот дальше.
Сон никак не шел, хотелось просто лежать, наслаждаясь близостью Дины и нежностью, переполнявшей сердце. Вдруг я что-то почувствовал и замер, пытаясь понять, что меня насторожило. Даже не на мысленном уровне, а скорее на эмоциональном… И тут в памяти всплыл давний разговор с отцом о том, что каждый шаенг способен ощутить зарождение жизни своего ребенка, о том, как это ощущение остается с ним навсегда, пока будет жив его наследник. Я потрясенно вслушивался в новые ощущения, появившиеся вместе с искрой новой жизни, и уже понимал, что эти переживания, эту ночь я не смогу забыть никогда. Так, глядя на звезды и обнимая Дину и нашего будущего малыша, я пролежал до зари.

ГЛАВА 12

Дина  

Проснулась я в потрясающем настроении. Серьезно, так хорошо себя в этом мире с утра еще ни разу не чувствовала. Нургх и молча внимавшие его указаниям девушки занимались сортировкой наших вещей. Моя банная сумка стояла аккуратно собранная. Мы что, близко? Я подскочила от одной этой мысли и села, сдергивая с себя шкуру. И тут увидела у себя в ногах букет потрясающе красивых желтых цветов, нежных и хрупких. И где он их раздобыл?
— Мур-р-р, — послала мысленный вопль восторга.
Нургх взглянул на меня с недоумением, но потом понял, что я довольна.
— Связанная моя, — пришел нежный шепот.
— До города еще далеко?
— К вечеру будем у купола.
Учитывая, что я снова встала далеко за полдень, осталось совсем немного. Какая там нас ждет встреча? Увидев всего одного шаенга в боевой трансформации, я от страха чуть заикаться не начала, а скоро предстоит вступить на территорию их рода. Да еще надо как-то убедить их, чтобы и девушек впустили. Денек предстоял очень непростой.
Умывшись, я захотела есть. Нургх тут же выдал мне запеченный окорок какого-то неведомого зверя и сочные стебли, по вкусу похожие на бананы с орешками. Видимо, он успел уже побывать на суше. Подкрепившись, я решила с оптимизмом смотреть в будущее.
По сравнению со вчерашним днем река выглядела значительно шире — берега уже невозможно было рассмотреть в деталях, они просто сливались в далекие фиолетовые полосы.
Интересно, какое расстояние мы преодолели за ночь?
Нам с девушками предстояло надеть нечто наподобие рясы с капюшонами и держаться позади Нургха, не мешая ему вести переговоры.
Купол я заметила издалека. Он напоминал мутную целлофановую пленку и просвечивал насквозь — то, что находилось внутри, не было видно, но вот то, что позади, проглядывало словно в тумане. Метров за сто до купола Нургх подвел плот к берегу, и мы сошли, разобрали вещи и двинулись в сторону города шаенгов. Было очень тревожно, но вместе с тем и любопытно — как оно там, внутри.
— Мысленно ко мне не обращайся, пока я не скажу, — пришла сосредоточенная мысль. — И что бы ни случилось — не бойся. Вам однозначно ничем не навредят.
Обнадежил! Можно подумать, если навредят ему, мне полегчает.
Подойдя вплотную к куполу, Нургх коснулся его рукой, вспыхнули искры. Я оглянулась на девушек. Даже мне было видно, что их просто трясло от страха. Почувствовав вибрацию, я резко повернулась к куполу и увидела, как сквозь него начинают проходить шаенги — высокие, бледнокожие, пепельноволосые и желтоглазые. Каждый с обнаженным сортом. Не произнося ни звука, они мгновенно окружили нас. Один из них, с морщинистым лицом, искаженным яростью, остановился прямо перед Нургхом.
— Соордж, ради моих спутниц… — При этих словах окружавшие нас мужчины как-то неуловимо вздрогнули, и все внимание, до того прикованное к Изгнаннику, переключилось на нас. — Будем говорить вслух.
— Как смеешь ты вообще ожидать, что с тобой будут говорить? Как посмел ты явиться к нам?!
Оглушительный вопль стал последней каплей для перепуганных доргинь, и девушки как-то разом обмякли. Стоящие позади нас шаенги подались вперед, не позволяя им коснуться холодной почвы, чуть погодя обе уже оказались на руках мужчин. Причем стоявшие рядом как-то особенно напряженно всматривались в своих более удачливых соседей.
— Я не мог не вернуться, так как получил Зов и обрел Связанную! — прозвучал решительный голос Нургха.
Шаенги вздрогнули. Потрясение, недоверие и даже зависть отразились на лицах большинства. Соордж так вообще побелел и потрясенно отступил на шаг.
— Ты? Как это возможно? Почему так несправедливо… — донеслось до меня его бормотание.
— Отец, — вперед выступил один из более молодых шаенгов, — это меняет ситуацию. Мы не можем допустить, чтобы Связанная осталась без защиты рода.
— Ее мы впустим, но его — никогда, — с еще большей ненавистью выплюнул глава рода.
— Отец, одумайся, — очевидно, это был Ригард, — а если он погибнет? Не наш род изгнал его.
Отступив назад, молодой шаенг бросил на меня тоскливый взгляд. Напуганная перспективой насильственной разлуки, я резко подалась вперед, хватая Нургха за руку и прижимаясь к его плечу. При этом прядь моих волос снова выскользнула из-под капюшона, привлекая всеобщее внимание.
— Огненные волосы! — с резким криком Соордж кинулся ко мне, протягивая руку к моему капюшону, но был остановлен ставшим на его пути Нургхом.
— У нее льдистые глаза?
— При чем тут ее глаза и волосы? Мы прошли Обряд. Она — моя Связанная и должна быть защищена! Я не прошу вас принять нас в род, мы будем пытаться попасть в род льдистоглазых, — категорично осадил его мой шаенг.
— Ты надеешься вернуться в род? — Взгляд главы обеспокоенно метался между мной и Нургхом, и в итоге он принял решение: — Хорошо, мы пустим вас в город.
— А кто с вами еще? — вновь вмешался Ригард.
— Эти девушки вместе с Диной. Она хочет, чтобы их тоже пустили в Орбдух, — уже спокойно пояснил Нургх.
Его ответ вызвал очередное волнение в рядах шаенгов.
— Хорошо.
У меня появилось ощущение, что девушки Соорджа совсем не волновали, но вот от меня он глаз не отводил, словно надеясь рассмотреть сквозь капюшон. Этот шаенг не вызывал у меня доверия, почему-то появилось нехорошее предчувствие.
Махнув рукой, глава рода развернулся и растворился в куполе. За ним последовали остальные шаенги, два из них до сих пор держали доргинь. Нургх подхватил меня на руки и последним шагнул за черту. Никакого дискомфорта при пересечении купола я не ощутила. Оказавшись внутри, потрясенно распахнула глаза: это было не просто лето — настоящий рай.
Перед нами расстилалась бесконечная степь. Легкий ветерок колыхал желтые травы, среди которых яркими пятнами выделялись цветы. Над ними пылало алое закатное небо.
— Лучше закрой глаза, — прошептал Нургх мне на ухо, прежде чем стремительно броситься вперед.
У меня только ветер засвистел в ушах, и мелькнула мысль о том, как хорошо, что девочки в обмороке. Нам потребовалось совсем мало времени, чтобы добраться до города. Он был совершенно не похож на селения доргов. Здесь были стены и достаточно четкие улицы. Большинство домов представляли собой круглые башенки в три или четыре этажа. Бросалось в глаза большое количество воды — рядом с каждой башенкой обязательно был фонтан, ключ или озерцо. Привлекали внимание и сады с деревьями, усыпанными спелыми плодами. Что это за плоды, я не знала. Растений было так много, что казалось, будто кругом все цветет и благоухает. Почти все здания были увиты цветущими лианами. Все это создавало ощущение умиротворяющего покоя, но никого из местных жителей я не увидела, а единственными звуками, наполняющими город, были звуки природы.
Мы, а также те два шаенга, что несли доргинь, остановились возле одной из башенок, видимо следуя полученным инструкциям. Нургх осторожно поставил меня на ноги, и мы вошли внутрь. Бережно уложив пришедших в себя девушек на мягкие диваны, шаенги робко им поклонились, коснувшись лба раскрытой ладонью, — я уже знала, что этот жест у доргов означал приветствие. Так же молча оба развернулись и покинули нас.
— Располагайтесь и устраивайтесь по собственному желанию. Скоро будет ужин, — сказал Нургх.

Нургх  

Давно уже столько противоречивых чувств не раздирало мне душу. С одной стороны, бешеный восторг от давно забытого ощущения близости подобных мне, с другой — гнев и ярость, вызванные поведением Соорджа. Я понимал его отношение ко мне и готов был с ним смириться, но не с его явной заинтересованностью Диной. Его слишком большой интерес к ней вызывал беспокойство.
Оставив обеих доргинь осматривать нижние комнаты, мы с Диной отправились на верхние этажи. Дина совсем не испугалась подъемника, наоборот, попросила меня объяснить, как регулировать его движение. Добравшись до третьего этажа, я отвел Дину в спальню, рядом с которой была купальня, сам же решил, пока она будет купаться и отдыхать, дождаться шаенгов, которые должны-были принести ужин и новости от главы рода.
Спустившись вниз, я показал обеим доргиням, как пользоваться подъемником, и сообщил, что они могут располагаться в комнатах на втором этаже и смело пользоваться в жилище всем, чем пожелают. Вот их реакция была ожидаемой: страх, волнение и удивление. Тут вернулись шаенги, неся три корзины с едой.
— Глава рода завтра ожидает тебя и твою Связанную на беседу, — спокойно сообщили они.
Опустив корзины на стол, оба оглянулись и несколько замешкались.
— Мы можем спросить у твоих спутниц, нуждаются ли они в чем-либо? — пришел неожиданный мысленный вопрос.
Взглянув на их плечи, я не увидел связующих браслетов, но не был уверен, что стоит разрешать им общаться с явно перепуганными девушками. Видимо, они ощутили мое недоумение и нежелание и поспешно добавили:
— Мы не хотим пугать их, лишь уточним, всем ли они довольны, — смущенно проговорил один.
— Почему они согласились прийти с вами? — с небольшой заминкой произнес второй.
— Мы спасли их из плена. Домой вернуться они не могут, а одни погибнут. Дина взяла их с собой, полагая, что здесь они смогут обрести себе пару и защиту, — с сомнением в голосе произнес я.
Мои органы восприятия ошпарило резкой волной потрясения и последующей надежды, на второй план отошли даже настороженность и пренебрежение по отношению ко мне.
— А это возможно? На чем основывается их выбор пары? — Еще один робкий вопрос, и спрашивающий смущенно отвел глаза.
— Зачем вам это знать? Вы должны ждать Зова.
И опять меня захлестнули чужие эмоции: тоска, боль и отчаяние. Я уже понял, что сейчас услышу:
— Мы оба уже получали Зов…
Что я мог ответить на это? Огромное, ни с чем не сравнимое горе. Сейчас, пройдя через Обряд и обретя Дину, я понимал это. Не представляю, как они могут жить после провала, как находят силы выглядеть живыми. Но я знал, что помочь им невозможно. Стоило ли еще больше терзать их души призрачной надеждой и недосягаемой мечтой? Я просто не имел права на это.
— Наверное, не стоит. Это только еще больше напугает их.
Оба сразу как-то сгорбились, опустив взгляд в пол. Молча кивнув, направились к выходу. Меня практически засосало в водоворот беспросветного отчаяния и обреченности. Я совсем забыл, живя один, как это удушающе сложно для эмпата — находиться в окружении множества эмоций. Как они все существуют тут? Как выдерживают столько чужих эмоций? А если представить контраст между эмоциями тех, кто обрел Связанную, и тех, кто не прошел Обряд… И вторых было большинство. Мне стало жутко. Покинув окружение себе подобных ребенком, я никогда не задумывался об этой стороне нашей жизни. Мой детский мир был наполнен любовью родителей, светлыми и радостными чувствами. Я даже не представлял, насколько все меняется во взрослом мире. Кажется, я начинал понимать, отчего даже всесильные маги могут сойти с ума. Не сдержавшись, я задержал визитеров:
— Постойте. Вам надо поговорить об этом с моей Связанной. Она почему-то уверена, что даже не прошедшие Обряд могут создать пару и обрести Связь при условии постоянного общения… если оба понравятся друг другу. Но я не уверен в этом. И не знаю, что они делают, чтобы понравиться. Хотя моя Связанная была очень счастлива, когда я по совету доргинь подарил ей букет цветов. Но и обнадеживать вас я не хочу.
Оба не ответили, но слушали мою сбивчивую тираду, замерев и буквально не дыша.
— Окажите мне честь, сообщив ваши имена. Я предупрежу мою Связанную.
— Воорт.
— Михст.
Я кивнул в ответ. Но совсем неожиданным для меня стало их тихое:
— Спасибо, брат.
Постоял минуту после ухода янтарноглазых, пытаясь прийти в себя. Вот и начало возвращения, вот и мой народ… Так ли уж плохо жилось мне, изгнаннику, будучи изолированным от этого всего?
Я взглянул на корзины и пошел звать Дину и доргинь ужинать. День выдался тот еще, и надо бы хорошо отдохнуть перед завтрашним.

В башне главы рода Янтарных 

— Отец, что нашло на тебя сегодня? Что за дикое поведение по отношению к Связанной?
— А ты считаешь это справедливым? Ты, мой единственный сын и наследник рода, не прошел Обряд и обречен на мучительное угасание, тогда как Проклятый Изгнанник…
— Отец, прошу тебя, не будем обсуждать эту тему. Я просто не могу! А что касается справедливости, то не нам решать, кого какой ждет путь и кто чего заслуживает. Все произошедшее с ним — и в прошлом, и сейчас — очень неоднозначно.
— Он убийца отца и матери! Что тут неоднозначного ты находишь? Впрочем, сейчас это только на руку нам. Мы должны избавиться от Нургха, не лишая его при этом жизни. Мне было Видение, давно, еще до того, как ты получил Зов. Я никак не мог понять его до сегодняшнего дня, поэтому не говорил тебе.
— Отец, о чем ты?
— Ригард, говорю тебе не как отец, а как Знающий нашего рода. Я видел, что ты обретешь Связь с женщиной с огненными волосами! И ты прекрасно знаешь, что видения Знающих всегда сбывались.

ГЛАВА 13

Дина  

Искупавшись в огромной ванне с горячей водой, я прилегла на кровать. Вошел Нургх, присел рядом и, взяв меня за руку, мягко произнес:
— Дина, эти двое шаенгов, что принесли доргинь, обратятся к тебе за советом по поводу общения с девушками. Это я направил их к тебе. Они оба не прошли Обряд. Не уверен, что нам стоит вмешиваться, но они очень страдают. Вдруг ты окажешься в силах помочь им. Хуже сделать уже невозможно. Их имена Михст и Воорт.
Слова моего шаенга обнадежили. Именно на это я и рассчитывала, когда приглашала девушек присоединиться к нам. Займусь теперь сватовством, Ханума мне в помощь!
— Ты готова попробовать местную еду?
Голос Нургха звучал весьма интригующе, поэтому я быстро встала и с энтузиазмом ему кивнула. Спустившись вниз, мы застали наших спутниц, в полном недоумении изучавших содержимое корзин. Я заглянула тоже.
И что это такое?
Проявив женскую солидарность, вопросительно уставилась на шаенга. Он усмехнулся и сказал:
— Пробуйте!
— И что нам пробовать? — Все корзины были заняты какими-то непонятными белесыми шариками размером с хорошее яблоко.
— А что захотите, то и пробуйте, — подмигнул он, опять озадачив нас.
Вот вредина!
И тут меня осенило. Я посмотрела на одно «яблоко» и подумала об обожаемом мною винограде (увы, тут мне пока ничего похожего не попадалось). И — вуаля! Вместо сомнительного вида плода передо мной возникла роскошная кисть кишмиша. Радостно взвизгнув, я схватила ее и тут же отщипнула парочку ягодок на пробу. Мм… рот затопило потрясающим сладким соком. Теперь уже на меня заинтересованно смотрели все. Протянув виноград, я предложила им угоститься. Новинку оценили.
И что тут началось! Эклер, жареная курица, копченый угорь, киви, слабосоленая семга, мороженое, корнишончики… И даже биг-мак! И это только у меня. У девочек тоже было много всего вкусненького. Мы дружно принялись за ужин, делясь деликатесами и знакомясь с новыми вкусами.
Уфф… Вот это наелась! И за завтрак, и за обед сразу. Прощай, талия. Вот это я понимаю — великие маги! А еще переживают, что не понравятся девушкам. Да их с руками оторвут, как только выяснят, Как они в хозяйстве полезны.
После еды клонило в сон. Нургх подхватил меня и доставил прямо в постель. Заснула, кажется, еще до того, как разделась и коснулась головой подушки.

Утро началось рано. Меня подняли, отправили умываться и собираться на аудиенцию к главе рода. Лично у меня энтузиазма эта встреча не вызывала, поэтому я решила хотя бы вкусным завтраком себя порадовать. Намечтала из «яблочек» кефирчик и круасанов, потом, подумав, организовала Нургху пару громадных бутербродов с бужениной и кружку сладкого ароматного чая. Ну и молодец я!
Любимый завтрак одобрил, и мы тут же договорились, что будем друг друга угощать любимыми блюдами. Закончив с едой, мы уже собрались выходить, когда я вспомнила, что надо написать девочкам записку, чтобы нас не потеряли. На улице, напротив входной двери, был маленький фонтанчик. Нургх подвел меня к нему и, переплетя свои пальцы с моими, опустил их в воду, о чем-то задумался или, может быть, мысленно разговаривал со своей стихией. Внезапно повернул ко мне голову и сказал:
— Дина, запомни следующее: в случае непредвиденных обстоятельств ты можешь вот так, опустив в воду этого фонтана руку, мысленно позвать моего лучшего друга детства Киена или моего младшего брата Маартха. Надо опустить руку в воду и мысленно произносить имя, пока не услышишь отклик. Поняла? — серьезно добавил он.
Я так же серьезно кивнула в ответ.
— Как бы они ко мне ни относились, но моей Связанной помогут. До определенной степени ты можешь доверять им.
Я снова кивнула. Понять, чем вызвано его беспокойство, было нетрудно — меня тоже насторожило поведение Соорджа. Внутреннее напряжение было таково, что я совершенно не обращала внимания на город, окружавший нас.
Подойдя к расположенной рядом башне главы рода, мы на миг встретились глазами и мысленно поцеловались. Потом решительно вошли внутрь.
Помимо Соорджа нас, как и вчера, ожидал его сын. Оба янтарноглазых пристально уставились на меня, разглядывая с нездоровым интересом. Мне стало крайне неуютно. Нургх грозно рыкнул, призывая хозяев к вежливости.
— Она не из доргов. Кто она и где ты нашел ее? — прозвучал в ответ злой вопрос.
— Соордж, я в последний раз повторяю, что это моя Связанная! И это все, что вам следует знать о ней. Я прошу тебя связаться с моим родом и запросить разрешение на наше перемещение через ворота.
Повисло тягостное молчание. Глава рода буравил меня глазами, а его сын, нахмурившись, о чем-то думал. Так прошло несколько минут, наконец, он ответил:
— Пусть женщина уйдет. Мы будем говорить только с тобой. Это непростой и долгий разговор.
Нургх колебался. Я чувствовала его нежелание отпускать меня. Все же, кивнув, он мысленно произнес:
— Дина, возвращайся. И помни об именах.
Очень захотелось топнуть ножкой и отказаться, но я понимала, что это по-детски. Возможно, они действительно будут обсуждать что-то конфиденциальное. Ободряюще улыбнувшись любимому, я повернулась к двери. Ригард плавно двинулся за мной, произнеся в пространство:
— Я провожу, чтобы не заблудилась.
Учитывая, что наша башенка была совсем рядом, я несколько растерялась. Но, решив, что это вежливость шаенгов, не стала спорить. Молча сопроводив меня до входной двери, Ригард внезапно скользнул ладонью по моей руке и прошептал:
— Не переживай, все сложится к лучшему.
Озадачив меня этим сомнительным утешением, он повернул назад. Я решила потребовать разъяснений и удержала шаенга:
— Постой. Если ты не занят, я хотела бы поговорить с тобой.
Не знаю почему, но было ощущение, что мое присутствие причиняет ему боль. Опять этот вчерашний тоскливый взгляд, полный беспросветного отчаяния. Но, мгновенно справившись с собой, он спокойно ответил согласным кивком.
В нашу башенку я вошла переполненная самыми мрачными предчувствиями и удивленно застыла на пороге. Передо мной предстала забавнейшая картина: встревоженные и взволнованные доргини в полном недоумении уставились на стоявших напротив шаенгов, в руках у которых было по целой копне цветов. Ясно! Мужчины пошли в наступление. Решив их морально поддержать, я с улыбкой сказала:
— Доброй зари! Какие очаровательные букеты, так приятно получать с утра подобные сюрпризы, да, девочки?
Те в ответ пробормотали что-то невразумительное.
— Надо скорее поставить их в воду, чтобы не завяли, — и жестом я показала доргиням, чтобы брали цветы и уносили.
Оба шаенга как-то неуверенно мялись напротив меня, изредка бросая напряженные взгляды на стоявшего позади Ригарда. Решила начать разговор первой:
— Нургх передал, что вы хотели поговорить со мной?
Ригард молча, с явным желанием не мешать беседе, отошел к дальнему окну и застыл там, глядя на улицу.
— Да, — с облегчением произнес один из неопытных ухажеров, — он сказал, что вы считаете возможным не прошедшим Обряд найти свою пару. Мы бы хотели пообщаться с девушками, но они слишком боятся нас.
Так как я стояла лицом к шаенгам, за спины которых удалился Ригард, я заметила, как он при этих словах словно окаменел.
— Я не могу утверждать с абсолютной уверенностью, но логика подсказывает, что такая возможность есть, если лучше узнать друг друга в спокойной обстановке. Если вы понравитесь друг другу, что вам сможет помешать быть вместе?
— Но как же древняя магия Обряда? Ведь только она позволяет обретать Связь.
— Ну, магия ведь нужна не для того, чтобы влюбиться? Возможно, она требуется для призыва или для возможности появления детей в межвидовой Связи, но понравиться друг другу и без магии можно. Вам это странно слышать, потому что вы живете в таком обществе, где нет представительниц противоположного пола. Но в обычной ситуации так и происходит — мужчина и женщина знакомятся, общаются, узнают друг друга, потом влюбляются и решают создать пару. Без всякой магии и Обряда.
Ответом мне были широко распахнутые от удивления глаза. Ну чисто дети! Воины, маги, а элементарного не знают. Надо в корне менять их систему воспитания.
— Полагаете, детей в такой паре без Обряда не будет? — смущенно уточнил шаенг.
— Ну, это можно проверить только практическим путем, — усмехнулась я. — Важно уже то, что вы не будете одиноки. Запаситесь терпением, будьте внимательны, заботливы, и девушки перестанут вас бояться, постепенно привыкнут. Я сама очень бы хотела, чтобы они обрели спутников жизни. Главное — не торопитесь и не старайтесь действовать силой.
Надо дать им время осмыслить новую информацию, поэтому я решила сменить тему:
— Вы уже завтракали? Может быть, присоединитесь к нам? — Что-то аппетит у меня разгулялся, наверное, на нервной почве. — Ригард, к вам приглашение тоже относится.
— Нет, благодарю. Я зайду позже, — глядя в сторону, медленно ответил шаенг и стремительно направился к двери.
В этот момент вернулись обе доргини, и мы всей большой компанией расселись за столом, каждый со своим завтраком. А кто-то и с повторным. Обе девушки явно терялись в обществе шаенгов, да и сели по бокам от меня. Ну ничего, вода, как известно, камень точит. А это как раз их стихия. Восторженные и восхищенные взгляды, которые молодые (на вид, по крайней мере) шаенги бросали на девушек, последних равнодушными не оставили. Поэтому они изредка, украдкой, но кидали на них ответные взоры. Понаблюдав за ними, я поняла, что Воорту нравится невысокая Свана, а Михсту более стройная Киель. Оба янтарноглазых с такой трепетной предупредительностью вели себя с девушками, подробно расспрашивая их о прошлом, что невольно вернули мои мысли к Нургху. Как же я не люблю ждать в неизвестности!
Девушки предложили отправиться на прогулку и заняться изучением города, но мне совсем не хотелось развлекаться. Настроение было хуже некуда, даже первые успехи в сватовстве не радовали.
— Отправляйтесь с Воортом и Михстом. Они и знают тут все, и от любой опасности защитят, — уверенно предложила я.
Девушки сразу оробели и явно решили передумать с прогулкой, когда более решительный Михст вдруг предложил:
— Можно не просто погулять, но и сходить в торговые зоны. Выбрать ткани для одежды или украшения.
Вот это он правильно придумал — какая женщина от шопинга откажется! Доргини все же набрались смелости и согласились пойти, хоть и крепко взявшись за руки для храбрости. Выглянув в окно, я увидела, что они так и шли рядком — девушки в центре, а шаенги по сторонам.

Нургх  

Проснулся я рано. Слишком много неоднозначных мыслей бурлило в голове.
Осторожно прижав к себе Дину, лежал и думал, какие возможности для подстраховки у нас есть. В первую очередь я волновался за Связанную и нашего малыша, так как уж очень она Знающего заинтересовала, словно нужна ему была. Вот только зачем? Надо Дине рассказать про ребенка, но, учитывая ее возмущение Обрядом, я боялся представить ее реакцию. Да и неизвестно, как в ее мире вообще к детям относятся. Я четко понял лишь, что там они не такая редкость, как у нас.
Рассказывать о таком важном событии впопыхах за завтраком, спеша на встречу с главой рода, тоже не хотелось.
Решено! Расскажу, как только вернемся. Отведу ее на целебное озеро за городом и там расскажу.
При мысли об озере всплыли воспоминания о Киене и Маартхе. В детстве мы часто упрашивали отца отпустить нас к янтарноглазым, чтобы искупаться и порыбачить в этом волшебном озере. Киен, хоть и был из рода рубиновоглазых, но немалое количество времени проводил в гостях у нас. Иногда к нам и Ригард присоединялся, хотя он гораздо младше.
Киен! Как же я сразу не подумал? Именно он или брат — те шаенги, к которым Дина всегда может обратиться. Отдавая дань нашей детской дружбе, они не могут отказать моей Связанной. Хоть какой-то, а все же вариант.
Пора было будить Дину и собираться. У шаенгов принято все важные встречи и беседы проводить сразу после зари, на свежую голову. Моя Связанная явно не была сторонником раннего пробуждения, или же ей передалось мое напряжение, но Дина оставалась сдержанна и сосредоточена. Обстановку немного разрядил вкусный завтрак — Дина опять удивила меня едой своего мира. Надо уже и мне познакомить ее с кухней шаенгов.
Выйдя из башни, я подвел мою Связанную к фонтану. Он не только наполнял силами обитателей жилища, но и служил ключом к огромной водной сети нашей планеты, через которую можно было связаться с любой точкой мира и найти кого угодно. Соединив наши ладони, я обратился к водам с просьбой признать Дину и, если она попросит, помочь ей. Но сам надеялся, что до этого дело не дойдет.
Мы отправились к башне главы рода, готовые к любому варианту развития событий. В Орбдухе, в отличие от прочих наших городов, было принято делать башни разных цветов — не ярких, скорее пастельных оттенков, но различных по расцветке. Башня главы рода отличалась легким зеленоватым оттенком. Располагалась она практически по соседству с башней, в которой поселили нас. Кстати, «наша» в лучах светила переливалась нежно-лимонным цветом. Благодаря такому многообразию расцветок Орбдух выглядел очень празднично.
Помимо Соорджа нас ожидал и его сын. Это было к лучшему, ибо старый глава рода еще вчера показался мне несколько неадекватным. Оставалось надеяться, что Ригард сможет повлиять на него. Приглядевшись, я обратил внимание на отсутствие связующих браслетов у молодого шаенга. Все еще не получал Зов или?.. Вглядевшись в ауру, отметил преобладание темных оттенков тоски, печали и боли. Получал…
Что же происходит с нашим народом?
Теперь мне стала понятна ярость Соорджа — он обожал Ригарда, всегда желал ему самого лучшего. И надо сказать, Ригард рос достойным шаенгом, во многом даже превосходя ожидания отца. И тут — провал Обряда. Какой удар для отца — видеть неизбежное и скорое угасание единственного сына, не имея возможности ничем помочь ему. Я мог бы понять его, если бы не были затронуты интересы моей Связанной.
Соорджа, как и вчера, переполняла ярость, но сегодня она ощущалась как нечто холодное и скрытое. Это настораживало. Ригард же фонил какой-то растерянностью, смесь из сомнения, страстного желания и надежды распирала его.
Что они задумали?
Это стало ясно, когда старый шаенг потребовал, чтобы Дина ушла. Мне было тревожно оставлять ее одну в незнакомом месте, и ощущение опасности усилилось. Ригард отправился проводить ее, оставив нас вдвоем. Значило ли это, что он не заодно с отцом?
— Нургх, ты сознаешь, кем являешься для своего народа? Только появление с тобой Связанной вынудило меня согласиться на твое присутствие на нашей территории. Ты мне отвратителен. Вдвойне. Так как получил то, чего лишен мой сын! — неожиданно резко и откровенно произнес Соордж.
Ответить мне было нечего, я знал, что это правда. Но меня неприятно поразило, что он сказал о Дине просто как о Связанной, но не как о моей Связанной.
— Ответь мне, ты ожидал Зова? Мог предполагать для себя такую возможность? Ты не задумывался о том, почему тебе встретилась эта Связанная? — все так же холодно глядя на меня, вопрошал старик.
Соордж был Знающим. Очевидно, у него было Видение о Дине, именно в этом и причина его интереса. Душа заледенела от страшного предчувствия еще до того, как Соордж сказал:
— Она Связанная моего сына. Я видел ее с ним одной парой. У них будет наследник.
Застыл, уставившись на Знающего. Он что, точно безумен? Даже если забыть о том, что образовавшуюся в результате Обряда Связь разорвать невозможно, то ожидаемое дитя уже однозначно говорило о том, что мы истинные Связанные друг для друга. Но как тогда объяснить Видение? Я был совершенно растерян. И чего, собственно, Соордж намеревался от меня добиться своим заявлением?
— Ты полагаешь меня безумным? Напрасно! Есть способ, не навредив женщине, избавиться от тебя. И тогда Ригард ее получит! — Нескрываемое торжество в голосе главы рода вывело меня из себя.
Глухо зарычав, я рявкнул:
— Ты действительно безумен, старик! Отсюда и твое Видение. И если ты полагаешь, что я позволю от себя избавиться в угоду твоим диким планам, ты сильно заблуждаешься!
— Это территория моего рода, здесь я сильнее, — с жутким фанатичным смехом Знающий распахнул пылающие алым глаза.
В этот же миг я ощутил миллионы маленьких ручейков желтой воды, выступивших прямо сквозь каменный пол, стремительно приблизившихся ко мне. Мгновенно сплетясь в крепчайший магический каркас, они окружили меня высокой непроницаемой стеной, медленно сдавливая и отбирая силы, лишая сознания. Состояние вечной нежизни! Жуткая гадость — до последнего вдоха погружает в безжизненный сон. В нем ты еще не мертв, но уже и не жив. И проснуться невозможно — состояние необратимо, стоит лишь ему завладеть тобой. Я чувствовал, как последний воздух выдавливается из груди, а разум погружается в вечную тьму. Используя сразу весь свой резерв сил, на пределе возможностей воззвал к его крови и попытался подчинить себе тело старика. Да, я маг крови, и с этим придется считаться! Я приказал покорной моей воле крови устремиться к мозгу, разрывая все на своем пути и снося все преграды. Он умрет раньше, чем успеет покончить со мной!
— Остановитесь! Вы оба ошибаетесь! — Сразу и мысленный вопль, и отчаянный крик Ригарда.
Размытая тень метнулась ко мне, разрывая плетение отца и хватая за горло:
— Не убивай его, умоляю…
Мы оба — я и Знающий — рухнули на колени, пытаясь отдышаться и прийти в себя.
— Отец, — продолжал взывать Ригард, — ты чуть не лишил нас последней надежды! А ты, Нургх, — суровым голосом, не глядя в мою сторону, добавил он, — тебе не достаточно было потерять своего отца?
— Сын, что ты наделал? Больше мы не сможем застать его врасплох, — возвращая способность дышать, сипло прошипел Соордж.
— Отец! Я понял все. Я думал о твоем плане. Но они же явно Связанные, она выбрала его своей судьбой. Ты не можешь не чувствовать ее чувств к нему. Она не перенесет его утраты. Твое Видение… мы как-то неверно его понимаем. Почему вчера ты спрашивал о цвете глаз? Почему?!
Подобравшись, я был готов отразить нападение любого из них, но слова Ригарда заставили и меня задуматься.
— Глаза… В моем Видении она была с глазами цвета льда. Не знаю, как это возможно. Но это была она, я уверен, сын! И вы были связаны, с нашими браслетами на руках. Ты обнимал ее, и вы смеялись, разглядывая личико малыша. Ты был так счастлив! Видения никогда не обманывают. Сын, зачем ты вмешался? Что теперь будет…
Ригард стремительно обернулся, ища моего взгляда. Его глаза горели янтарным огнем.
— Ты понимаешь?! — срывающимся голосом, дрожа, словно от ледяного ветра, прошептал он. — Огненные волосы, как у Дины, и льдистые глаза, какие были у тебя!
Ригарда затрясло, как при ударе молнии. Он тоже рухнул на колени, спрятав лицо в ладонях. Волны огромной, просто невыносимой радости расходились от него. Меня его поведение поразило — не задумываясь о том, как уязвим сейчас, он повернулся ко мне спиной.
О чем он говорит? Может быть, они все тут безумны? Это что, и есть деградация, о которой говорила Дина? Что стало с моим народом? Как это — огненные волосы Дины и мои льдистые глаза?
Тут в памяти всплыл разговор с Диной в первый вечер на корабле, когда я рассказал ей про Обряд. Она тогда заметила, что мечтает о дочери, которая унаследует ее волосы и глаза отца.
— Девочка… дочь… — От волнения мой голос тоже сорвался на шепот.
По телу Ригарда прокатилась судорога, а Соордж, внезапно осознав смысл нашего разговора, замер с открытым ртом. Мы все втроем страстно желали, но боялись поверить в чудо. Даже мысль об этом казалась настолько невероятной, что страшно было произнести ее вслух.
Именно такими — потрясенными, скорчившимися на полу — нас и обнаружил вбежавший в залу молодой шаенг. Изумленно окинув нас взглядом, он остановил его на главе рода и отчетливо произнес:
— Двое из других родов пришли через пропускные ворота!

ГЛАВА 14

Дина  

Только я собралась подняться в спальню, как тело словно сдавило в жестких ледяных тисках. Не имея возможности даже вдохнуть, я почувствовала, как начинаю проваливаться в темноту. Тут же меня резко отпустило.
Что происходит?
И сразу поняла — Нургх! На него напали! Первым порывом было броситься обратно, но какая от меня может быть помощь? Только попаду под раздачу и ему же сделаю хуже. Уже выскочив на улицу, я стояла в смятении, не зная, что предпринять. Взгляд остановился на фонтане. Конечно! Нургх же сказал, как я могу помочь. Я бросилась к воде, опустила в нее руку и мысленно завопила:
— Киен! Маартх! Меня зовут Дина, я Связанная Нургха. Мы в Орбдухе. Нужна ваша помощь, прошу, помогите!..
Не зная, правильно ли я делаю, все продолжала звать и звать, пока совсем не обессилела и не опустилась на землю. Я прислонилась к борту фонтана, чувствуя, что проваливаюсь в забытье. Вот и волнение с перенапряжением сказались!
Пришла в себя я уже в спальне, на кровати. Рядом суетились обе доргини, пытаясь то ли обтереть мне лицо, то ли утопить. Состояние мое, судя по ощущениям, было скверным.
— Где Нургх? Он не вернулся? — прокашлявшись, просипела я.
— Воорт пошел за ним. Мы только что вернулись с прогулки и увидели вас у фонтана. Испугались. Михст принес вас сюда, а Воорт отправился за Нургхом. Как вы себя чувствуете?
— Жить буду, — вяло ответила я, напряженно прислушиваясь к шагам за дверью.
— А мы так здорово прогулялись! Этот город очень красив, ничего подобного раньше не видели. Жаль, что вы не пошли. Их торговые зоны — это что-то невероятное, — подавая мне стакан воды, щебетала Свана. — Напрасно мы боялись. Эти двое шаенгов совсем не страшные. Но к остальным нам все равно страшно подходить и даже смотреть на них. Вы оказались правы — Воорт и Михст нас не обидели, и мне даже кажется, что мы им очень понравились. Ой, а еще они нас завтра на озеро пригласили! Сказали, в нем надо обязательно искупаться. Можно сходить?
— Девочки, конечно, можно. И не спрашивайте меня, сами решайте.
Тут наконец-то распахнулась дверь и вошел Нургх. Живой и невредимый.
— Дина? Что случилось? — Эмоции в голосе зашкаливали.
Доргини, переглянувшись, вышли из комнаты и оставили нас вдвоем.
— Лучше скажи, что с тобой? На меня нахлынуло что-то страшное, почти задушив. Я почувствовала, что это происходит с тобой. Это Соордж, да? Он пытался тебя убить? Ты понял, что ему надо?
— Связанная моя, все хорошо! Мы уже все выяснили. Больше он не будет пытаться навредить никому из нас, можешь верить мне, — ласково гладя меня по лицу, прошептал пристроившийся рядом шаенг.
Я ощутила уже знакомую волну тепла, прокатившуюся по венам. Сразу же почувствовала себя легче — перестала кружиться голова, дыхание стало свободнее, а усталость как рукой сняло.
— Ой, — я даже подскочила, — Нургх, я же с перепугу кинулась к фонтану звать на помощь! Только так и не поняла, услышали ли меня…
— Мм… так вот что за парочка шаенгов из разных родов явилась через ворота! — Увидев мой недоуменный взгляд, любимый пояснил: — Перед приходом Воорта главе рода как раз доложили о появлении в городе двух гостей. Значит, мы скоро их увидим. Остается надеяться, что встреча не будет неприятной.
Мы оба замолчали, обдумывая предстоящую встречу с близкими ему в прошлом шаенгами. Я очень надеялась, что они отнесутся к нам более терпимо, чем Соордж. Иначе… Представляю, как больно будет Нургху, если лучшие друзья детства продемонстрируют отвращение и ненависть по отношению к нему.
— Дина, — ворвался в мои мысли голос Нургха, — вечером сходим на озеро? Там потрясающе красиво, особенно закат светила.
— С удовольствием! Я так и не смогла увидеть город, никого из его жителей не встретила. Это, кстати, нормально?
— Дина, мы живем до тысячи лет. Время для нас движется медленнее, и бытовые мелочи имеют ничтожную ценность. У нас редки большие празднества или сборища. Мы слишком восприимчивы к окружающим эмоциям, поэтому предпочитаем уединение своих жилищ и узкий круг общения самых близких. И не забывай — нас гораздо меньше, чем доргов, поэтому ты ни в одном из наших городов не застанешь присущей большим поселениям суеты и столпотворения. Мы тут первый день, ты еще встретишь местных жителей. И, кстати, как впечатления девушек?
— О-о-о, тут все просто замечательно складывается! Они уже вполне освоились с присутствием Воорта и Михста, сегодня вместе гуляли, а завтра собираются на озеро. Я уверена, они смогут найти путь друг к другу, — с улыбкой обнадежила я его.
В ответ меня одарили растерянным взглядом. Понятно, ему трудно сразу принять, что все его представления об отношениях полов полный бред, но и я, в свою очередь, с трудом могла представить, что доживу до тысячи лет. Чем я займу такую прорву времени? Это в голове не укладывалось. Буду оптимисткой! Да, мы разные, но это не значит, что мы не сможем понять друг друга. Это касается и отношений шаенгов с доргинями.
— Начинаю верить, что ты действительно наша надежда на спасение, — задумчиво пробормотал Нургх, явно в ответ на свои мысли.
Осторожно постучав, в дверь быстро вошла Свана.
— Скорее спускайтесь вниз, господин! — испуганным голосом протараторила девушка. — Там целая толпа шаенгов, и все с мечами, и жуткие такие… Один вообще с кровавыми глазами!
Мы резво подскочили с кровати и направились вниз. Свана, настороженно прислушиваясь, шла позади.
Гостиная нашей временной башенки в самом деле была переполнена. Здесь были Соордж и Ригард, двое охранников, замерших у входной двери с клинками, Михст и Воорт, за спинами которых укрылась. Киель, и еще двое незнакомцев. Свана, осторожно обходя чужих шаенгов, проскользнула к подруге. Присутствующие мужчины пристально проследили за маневром юной доргини, заставив глаза Михста ревниво полыхнуть янтарем.
Не успела я сосредоточить взгляд на незнакомцах, как Ригард резко шагнул ко мне и встал напротив.
— Ундина! — торжественно начал он, ошарашив меня тем, что успел выяснить мое полное имя. — Прошу простить меня за то, что вынужден отвлечь вас от гостей, но хочу обратиться к вам с огромной и искренней просьбой.
Что это с ним? К чему эта торжественность? Да и папочка его в другую крайность ударился — от вчерашней нездоровой ненависти во взгляде не осталось и следа, зато теперь он глядел на меня с каким-то восторженно-патетическим трепетом. Не знаю даже, что и лучше. Надо срочно выяснить, что там между ними произошло.
— Я прошу вас принять мою искреннюю дружбу, — опустившись на колено и глядя мне прямо в глаза, твердо произнес Ригард. — Можете всегда и в любых обстоятельствах рассчитывать на мою поддержку и помощь. В знак искренности моих намерений прошу вас принять этот талисман вызова. Нажав на желтую бусину в центре, вы сможете мгновенно призвать меня на помощь. Дина, если вы или ваши… близкие окажутся в опасности, сразу же сделайте это!
Я вопросительно взглянула на стоявшего рядом Нургха, он задумчиво кивнул. Протянув руку, я позволила Ригарду застегнуть тонкую цепочку с янтарным камешком на запястье.
— Спасибо, Дина!
— И отныне вы, Нургх и Дина, желанные гости нашего рода. Можете жить на нашей территории, сколько хотите, и приходить, когда пожелаете, — купол и ворота пропустят вас без запроса. Эта башня отныне — ваша собственность в Орбдухе. — Услышав слова Соорджа, я поняла, что сегодня просто день сюрпризов.
Осталось выяснить, в чем причина такого благодушия, а до тех пор подожду радоваться этому внезапному рогу изобилия. Хотя Нургх вполне спокойно на все реагировал.
— Приглашение нашего рода распространяется также на ваших гостей, — задумчиво взглянув в сторону наших доргинь, добавил Ригард. — Теперь мы вас оставим, давая возможность заняться гостями.
Развернувшись, он направился к выходу. Около прибывших шаенгов он твердо и недвусмысленно подчеркнул:
— Эта пара отныне находится под покровительством нашего рода!
Соордж и стража вышли следом за Ригардом. Странные они все сегодня. И Ригард… Тоски и боли в его взгляде я больше не замечала, только твердая уверенность.
Наконец я смогла рассмотреть незнакомцев, которые все это время внимательно наблюдали за происходящим.
Ближе стоял младший брат Нургха. Я сразу узнала его — они были очень похожи. Наверное, именно так мой любимый выглядел до того, как его жизнь коренным образом изменилась, а на лицо лег отпечаток пережитого горя, изгнания, трудностей и борьбы за выживание. Стройный сильный юноша (хотя я знала, что ему более четырехсот лет), с бледно-голубой кожей, прекрасными светло-пепельными волосами и льдисто-голубыми глазами, прорезанными вертикальным зрачком. Он был очень красив, но до мужественной харизмы и уверенного обаяния старшего брата ему было далеко. Мне он интуитивно сразу же понравился, и я утвердилась в своем мнении, когда наши взгляды встретились и его лицо осветила широкая улыбка.
А вот второй… Если Маартх был открыт и откровенно рад нашей встрече, то по абсолютно непроницаемому лицу Киена ничего понять было нельзя. Вся поза его выдавала скрытое напряжение. Он не казался таким юным и прекрасным, как Маартх, но поджарое мускулистое тело, необыкновенно мудрые рубиновые глаза и пепельные волосы притягивали взор. На его левой скуле была необычная татуировка рубинового цвета, обнаженный торс пересекала перевязь сорга. Передо мной стоял уже умудренный опытом мужчина, настоящий воин. Была в нем какая-то звериная грация, что-то заставляющее ощущать напряжение. Этим он был схож с Нургхом. Прищурившись, рубиновоглазый пристально рассматривал нас, взгляд его, казалось, проникал в самые глубины души.

Нургх  

Еще спускаясь вниз, я начал прислушиваться к эмоциям в гостиной, пытаясь разобраться в этой мешанине чувств нагрянувших гостей. Соорджа переполняло раскаяние, Ригард, впервые с момента нашей встречи, был умиротворен и на что-то решительно настроен, радость и предвкушение, выплескивающиеся из Маартха, я узнал сразу, а вот Киен был полностью закрыт, экранируя себя от внешнего восприятия.
Поступок Ригарда и его предложение Дине меня не удивили. Это его извинение за попытку разлучить нас. К тому же он был прекрасным воином и сильным магом, такой защитник Дине не повредит. Хотя я не мог не заметить и более далеко идущих планов в его действиях. Что ж, Видение Знающего со счетов не сбросишь; оставалось надеяться, что будущее все расставит по местам. Предложение Соорджа также было своевременным. Теперь, независимо от результата моей попытки вернуться в род, без защиты и поддержки мы не останемся. Учитывая ожидание рождения новой жизни, это было крайне важно.
На брата и давнего друга я старался пока не смотреть. Было тревожно и волнительно. И если в брате я уже не сомневался, по его эмоциям было ясно, что он с трудом сдерживается от желания броситься ко мне, то вот скрытность Киена вызывала опасения. Так не хотелось портить сегодняшний день, ощущая отвращение со стороны лучшего друга. Наконец официальная часть завершилась, и нас оставили с прибывшими шаенгами. Брат сразу радостно улыбнулся Дине. Киен же отошел к окну и отвернулся, давая нам возможность пообщаться в семейном кругу, или же…
Брат очень вырос и возмужал. Скользнув взглядом по его рукам, я увидел связующий браслет. Пока он был первым среди встретившихся мне после возвращения, кто прошел Обряд. Я был счастлив за него.
— Брат, — с трудом сдерживая волнение, произнес я, — так рад видеть тебя! Так рад, что ты прошел Обряд и не одинок.
— Нургх, я тоже рад, что наконец-то дождался нашей встречи. А что до Обряда… Скажу правду — я его не проходил, в смысле, не получал Зов, — несколько смущенно озадачил нас ответом Маартх. — Зоель я встретил случайно, когда выполнял задание Совета возле поселения доргов. На нее напал старх, покалечив ногу и разодрав спину когтями. Она смогла взобраться на дерево. Оттуда я ее и снял, когда убил старха. Она была почти без сознания от боли и страха. Я же не знал, как помочь. Отнести ее в город побоялся — ее бы точно убили за одно появление на моих руках. Нашел небольшую пещеру, отнес ее туда, ухаживал, пока она не поправилась. Сначала Зоель жутко боялась, а я не знал даже, как вести себя с ней. Но потом все наладилось. Она такая милая, я быстро понял, что не смогу с ней расстаться. Когда она поправилась, я ей все рассказал. Упросил уйти со мной, заявив, что иначе она обречет меня на гибель от тоски. Зоель согласилась, хотя боялась ужасно. Первый год в Визгарде вообще из башни ни разу не вышла. Я надел ей браслет, а всем сказал, что получил Зов, потому и задержался — был с обретенной Связанной. И, кстати, у нас двое сыновей! А недавно старший заметил, что засветились твои браслеты. Мы были рады узнать, что ты жив и даже нашел Связанную. Но опасались, что это опять подстрекнет желающих тебя уничтожить. Я хотел сразу же броситься на поиски, но задержался, помогая Зоель подарить миру вторую жизнь, — счастливо улыбаясь, поведал брат.
Его рассказ вызвал всеобщее потрясение. Гостиная погрузилась в полную тишину. Не только мы с Диной, но и янтарноглазые шаенги с доргинями, и даже Киен, повернувшийся к нам с широко раскрытыми от шока глазами, — все затаив дыхание слушали эту невероятную историю.
— Ура! — первой издала вопль радости Дина и посмотрела на меня. — Я же говорила, что можно и без Обряда обрести пару! И теперь ясно, что и в такой Связи рождаются дети.
— Дина, хорошо, если так, но считается ли эта пара Связанной? Представь, что будет с Маартхом, если Зоель умрет, не прожив и ста лет? И как поступить, если придет Зов? Брат, ты думал об этом?
— Нургх, когда я надел связующие браслеты на нас — они вспыхнули, как и полагается для Связанных. И знаешь, я предпочту прожить сто лет с Зоель, чем тысячу одному! Ты не представляешь, что чувствуют провалившие Обряд. Мучительно даже находиться рядом с ними, а уж каково им самим… Сейчас почти все, получившие Зов, возвращаются без Связанных. Я так боялся этого! Если получу Зов, все сделаю, чтобы спасти Жертву, но только время покажет, как все сложится. Нам с Зоель вместе хорошо, и, что бы ни было дальше, я рад, что встретил ее.
Я заметил, как Дина украдкой подмигнула янтарноглазым, внимательно смотревшим на нас. Если б она представляла, какая буря надежды и неверия сейчас бушевала в их душах! Даже если она поможет только этим двоим, ее вклад уже будет огромным. Этому примеру последуют многие, потерявшие надежду. Главное, чтобы мои опасения не подтвердились. Но тут брат прав — время покажет.
Воорт и Михст встали, намереваясь покинуть нас. Им требовалось время и тишина, чтобы осознать услышанное, окончательно поверить в возможность счастливого будущего для себя. Попрощавшись, оба двинулись к выходу. Я мысленно попросил их не рассказывать об услышанном, чтобы не сломать жизнь паре Зоель и Маартха. Оба шаенга сразу поклялись молчать. Следом к себе поднялись и девушки, понимая, что мы хотим пообщаться с гостями.
— Что с родом, брат? Есть надежда, что нашей паре разрешат вернуться?
— Во главе встал Совет мудрейших, пытаются как-то справляться, но до отца им далеко… — начал Маартх и внезапно осекся, поняв, что сказал.
Повисла напряженная пауза. Мне стало горько. Чувствуя смущение брата, я понимал, что произошедшее той ночью всегда будет стоять между нами. Но Маартх удивил меня.
— Знаешь, в то утро мне не дали тебя увидеть, я пытался, я всем говорил, что ты не виноват, но меня никто не слушал, — грустно сказал Маартх, касаясь рукой меня, — хотя я точно знаю — это правда. Мама накануне предупредила меня: если мне скажут, что ты совершил убийство, я не должен верить! И чтобы всегда ждал твоего возвращения! Я тогда ее не понял, не придал значения словам, посчитал неудачной шуткой… Потом я не раз вспоминал их.
Маартх грустно замолчал. Да, наше прошлое навсегда останется с нами грузом пережитого. Пусть его не изгнали из рода и ему не пришлось вести жизнь проклятого изгоя, борясь за существование, но ему тоже пришлось нелегко — остаться одному после двадцати одного года жизни (младенческий возраст для шаенга!) в любящей семье и не сломаться.
— Вы никогда не думали о причинах этого происшествия? — внезапно, так и не обернувшись, прервал паузу Киен.
Мы все дружно уставились на его спину. Он медленно обернулся и обвел нас взглядом, остановившись на Дине.
— Связанная, ты просила о помощи. Она еще нужна тебе? — все так же не обращая на меня внимания, он обратился непосредственно к Дине.
Она озадаченно молчала. Мы все почувствовали ее недовольство, даже негодование.
— Нужна! — резко обрубила она.
Киен несколько минут молча вглядывался в лицо Дины, игнорируя наше присутствие, потом подошел ближе.
— Хорошо, так и будет, — не отпуская ее взгляд, ответил он, и, резко повернувшись ко мне, легко ударил кулаком в плечо. — С возвращением! Сам не ожидал, но рад видеть тебя. И… задумайтесь о причинах вашей семейной трагедии.
Озадачив нас таким странным поведением, он развернулся и вышел на улицу. В гостиной повисло потрясенное молчание. И это Киен? Он определенно сильно изменился! Дина изумленно смотрела вслед шаенгу, за которым уже захлопнулась дверь, а потом повернулась ко мне и с недоумением спросила:
— Он всегда такой?
— Мы много веков не виделись. Кто знает, как он провел эти годы, что пережил, взрослея. Не мне судить о его поведении. В детстве он был довольно скрытным, но мы тогда доверяли друг другу. Буду просто счастлив, если доверие вернется.
— В одном он прав — в вопросе гибели вашего отца мы должны обязательно разобраться, а для этого надо попасть в Визгард. Маартх, это возможно?
— В сопровождении меня — да. Поселитесь в нашей башне. Но вам придется предстать перед Советом, и вот тут нельзя гарантировать, что они вас не прогонят.
— Что ж, опять будем действовать по ситуации. Отправляемся завтра? — спросил я.
Все согласно кивнули. Предложив Маартху устраиваться в любой из свободных комнат, мы с Диной отправились на озеро. Я чувствовал ее нетерпение и понимал, что она захочет узнать о причинах, изменивших отношение Соорджа и Ригарда. Нам предстоял непростой разговор!

ГЛАВА 15

Дина  

День выдался неоднозначный.
Сначала напряжение утренней встречи, потом переживания за Нургха и визит его брата с другом детства. Последний произвел на меня двоякое впечатление. С одной стороны, ненависти и отвращения не было, но особого желания вернуть прежнюю дружбу я тоже не заметила. Явно намекая, что его побеспокоили напрасно, спросил, нужен ли мне еще. Меня так возмутило это подчеркнутое игнорирование Нургха, что принципиально, из вредности, сказала, что нужен, хотя язык просто жгло предложение катиться туда, откуда пришел. Однако он внезапно очень панибратски двинул Нургха и во всеуслышание объявил, что рад его видеть. И сразу же ушел! Да-а-а… Непростой и непредсказуемый характер, найти с ним общий язык будет непросто. А придется. На его намеки о гибели отца братьев я обратила внимание.
Мысль о купании сейчас вдохновляла. Было по-летнему тепло и солнечно. Мы медленно шли среди увитых цветущей зеленью разноцветных башенок к озеру. По пути попался сад, и я рассмотрела, что эти их «кулинарные яблочки» росли на деревьях. Вот что значит магическая селекция! Вырастил себе деревце — и хлопот не знаешь с пропитанием.
— Нургх, — внезапно вспомнила я мелькнувшую мысль, — а что за тату на лице у Киена?
— Это указание окружающим, что по специализации он сильнейший маг-целитель. Вдруг кому-то понадобится его помощь. Моя специализация — магия крови, а у него — целительство. Хотя магией нападения и защиты он владеет тоже отлично. Нас всех учил мой отец, а он был сильнейшим в своем поколении, — немного грустно закончил Нургх.
Начинало смеркаться. Мы подошли к повороту тропинки, за которым, по словам Нургха, открывался вид на озеро. Он попросил меня закрыть глаза. Доведя до нужного места, разрешил их открыть. И я увидела зрелище, которое, наверное, запомню на всю жизнь! Озеро было потрясающим — с искрящейся водой, окутанное сказочной дымкой. Создавалось ощущение, что мы одни в этом мире. Вода казалась неподвижной, а вдалеке на горизонте виднелся небольшой остров.
— Это озеро Познания. Существует легенда, что тот, кто попадет на остров, сможет получить ответ на любой интересующий вопрос. Увы, мы, сколько ни пытались, не смогли его достичь — остров всегда виднелся где-то вдалеке, не приближаясь и не отдаляясь от нас.
— Надо будет и мне попробовать, — тут же загорелась я идеей, — а то вопросов без ответа — масса! Кстати, один из них: что случилось сегодня между тобой и Соорджем?
— Дина, это очень важный вопрос. В первую очередь для нас с тобой. Шаенги обладают способностью ощущать свое дитя с самого момента зарождения. — И он замолчал, видя мое потрясение. — Милая, я так боялся, что ты расстроишься…
— Да я не то чтобы расстроилась, но просто не ожидала. Сейчас это не очень своевременно. И так непонятно, как все в вашем мире устроено, а тут еще и ребенок… Хотя у вас это такая редкость. А когда? — Бормоча что-то несуразное, я пыталась прийти в себя после шокирующей новости.
— В заводи на реке, по пути сюда, — улыбнулся Нургх.
Я невольно тоже улыбнулась, вспоминая наше купание, а потом опомнилась: я же совсем не представляла, как у них беременность протекает! Или все будет как у людей? Хорошо все же, что я медицинский работник. Без оборудования, правда, даже диагностику не провести. Только два дня — а у меня паника, словно рожать уже завтра.
— А роды кто принимает? И следить за развитием малыша каким образом?
— К Киену можешь обратиться, он посмотрит. Обещал же помощь. А появлению жизни обычно Связанный помогает, с магической поддержкой все просто проходит, не переживай. И, Дина, это еще не самая главная новость. Вернее, новости.
Если это не главная, то мне уже заранее надо в обморок падать!
— Ну? — уже не зная, чего ожидать, затормошила я Нургха.
— Дина, как бы это невероятно ни звучало, но, кажется, это… девочка. Вернее, у Соорджа было Видение, что Связанной Ригарда станет наша дочь. По крайней мере, мы все решили, что это наша дочь. Похожая на тебя, с твоими волосами и глазами, какие были у меня до изгнания.
— Что-о-о? — возмутилась я. — Что значит «наша дочь станет Связанной Ригарда»? Она еще родиться не успела, а ты уже зятя нашел?!
В бешенстве я дернула подаренную цепочку и надавила на камень. В то же мгновение перед нами возник полуодетый Ригард с оголенным сортом в руке, вторая ладонь пылала магией. Оглядевшись, он остановился напротив злющей меня и спросил:
— Что случилось?
— Убью, — заорала я в ответ, — тебя! Сейчас! Немедленно снимай это с меня!
И я сунула ему под нос запястье с цепочкой. Ригард отступил на шаг, опуская сорг и недоуменно вглядываясь в меня, потом опять спросил:
— Дина, что случилось?
Нет, этот двуличный расчетливый извращенец еще и Иванушкой-дурачком решил прикинуться!
— Случилось то, что не надо никакого покровительства вашего рода, помощи, и дружбы твоей, и башни… И сними с меня этот подарок! А главное — не надо рассчитывать, что тебе моя дочь достанется! И не надо мне говорить, что ты об этом не думал!
С каждым моим словом шаенг нервно вздрагивал, отступая, а на последней фразе плечи и вовсе поникли, он опустил голову вниз и замолчал. Его лицо было скрыто от меня рассыпавшимися пепельными волосами.
Нургх осторожно обнял меня за плечи, прижимаясь подбородком к волосам.
— Дина, ты не права. Ригард не рассчитывает получить нашу дочь, это только было в Видении Соорджа. А видения Знающих всегда сбываются. Ну, раньше всегда так было. Но никто не знает, что произойдет на этот раз. Девочка — это настоящее чудо для нас! Но суть не в этом, это Видение вовсе не означает, что судьба девочки предопределена, и Ригард полностью претендует на нее без учета нашего или ее мнения. Такое в принципе невозможно. У нашего народа вообще подобное не случалось, так как девочки не рождаются. Наша дочь будет жить своей жизнью, без влияния или вмешательства Ригарда, пока не вырастет. И Видение лишь дало ему надежду, что он сможет завоевать ее привязанность. Речи о том, чтобы насильно сделать дочь его Связанной, вообще не идет. Уверен, конкуренция у него будет огромная. — И, уже повернув голову в сторону Ригарда, добавил: — Я сам в первую очередь за этим прослежу! И не допущу давления на своего ребенка, не принимая в расчет никакие Видения. Ясно?
Ригард резко отвернулся в сторону, так и не давая возможности рассмотреть свое лицо.
— Дина, клянусь тебе собственной жизнью, никогда с моей стороны по отношению к вашей дочери не будет никакого давления или принуждения. Да, я надеюсь, что смогу ее добиться, но намерен сам заслужить ее привязанность и быть достойным ее выбора. Что касается моей дружбы и защиты, то, повторяю, предлагаю ее искренне. С твоим появлением у меня родилась надежда спасти мой род от гибели. Определило мое решение то, что ты сделала для Воорта и Михста. Мы необратимо движемся к концу. Из их поколения был еще один не прошедший Обряд, он не выдержал… Агрессивное безумие стало его концом. Я боялся, что вскоре и они последуют за ним. Да и сам… — Голос его, звучавший все глуше и глуше, совсем стих, но, помолчав, он продолжил: — Ты права. Даря талисман вызова, я принимал в расчет, что не только ты можешь быть в опасности, но и ваша дочь. Но в моем желании защищать и ее нет ничего собственнического. Я бы защищал ее в любом случае, как и любой другой шаенг. Она — наше будущее, наша надежда. Сейчас я говорю не как одинокий шаенг, а как будущий глава рода. Я буду защищать ее даже в том случае, если Видение… не сбудется. Когда она вырастет, предложу ей такой же талисман, и она сама решит — принимать его или нет.
Я обессиленно молчала. Было стыдно за свои слова, было горько от его признания, было страшно от его правды. В какой же дурдом я попала!
— Почему у вас так? Откуда вообще ваша обреченная раса? И почему однополая? Должны же вы хоть что-то о себе знать? Есть предания, книги, старики, хранящие рассказы прошлого? — спросила я в пустоту.
— Дина, — опять вмешался Нургх, — не будем сейчас начинать этот разговор, это все очень непросто. Но обещаю, что все объясню тебе.
— Прости меня, — грустно прошептала я Ригарду. — Ты будешь первым, к кому я обращусь, если буду нуждаться в помощи.
Он молча провел рукой по моим волосам и исчез. И вот откуда они все тут такие понимающие? А я-то… Гормоны у меня, что ли? Повернулась лицом к груди Нургха и прижалась к любимому. Он обнял, осторожно гладя по спине.
— Стыдно мне, заставила его всю душу вывернуть.
— Переживет. То ли еще будет. Пойдем купаться.
Вода сняла все напряжение. Я расслабилась на поверхности, и волны слабо колыхали мое безвольное тело. Хорошо как!
Нургх, коварно поднырнув, ухватил снизу за талию и утянул в воду. Отфыркиваясь, я пыталась его забрызгать, но куда мне до мага водной стихии! Воду вокруг меня взметнули, превратив в водяной крутящийся столб со мной на вершине. И этот водоворот ка-а-ак понесся по озеру! Ух и навизжалась я! И ведь понимала, что не уронят, а дух захватывало.
Накупавшись, набесившись, сбросив напряжение, мы отправились в свою башню. Завтра нас ожидала конечная цель пути — город льдистоглазых. Еще предстояло обсудить наш отъезд с доргинями и решить, как с ними поступить — оставить тут или взять с собой.

Обе девушки, узнав о решении уехать завтра, растерялись.
— Буду откровенна, я предпочла бы оставить вас тут, так как не уверена, что мы все не окажемся в большой опасности, — сообщила я им.
— Но как мы здесь будем… одни? — неуверенно произнесла Свана.
— Вы слышали слова главы рода и его сына — вы можете сколько угодно здесь находиться. Можете считать башню своим домом. К тому же вы не одни останетесь, Воорт и Михст составят вам компанию, когда пожелаете. И как только у нас все прояснится, мы вернемся за вами, если вы все еще будете нуждаться в этом. А пока изучите город, привыкнете к его жителям и, возможно, решите, чем хотите заняться. В случае крайней надобности попросите шаенгов, чтобы нас позвали. Они смогут.
— А то, что Маартх рассказал про Зоель… Действительно ли мы можем выбрать их в пару? — смущенно спросила Киель.
— Действительно. Но вы не спешите, присмотритесь, обдумайте, а то назад пути уже не будет.
Вот не хотелось мне остаток жизни выслушивать, что если бы не я…
Переглянувшись, девушки решились:
— Хорошо, мы останемся.
Здорово, что они вдвоем, им не так страшно будет.
С этим разобрались.

Нургх  

Утром я решил не будить Дину, а дать ей выспаться после вчерашних волнений, сам же спустился вниз и сразу услышал стук в дверь. Уже понимая, кто к нам пожаловал с утра пораньше, пошел открывать Воорту и Михсту дверь. Я сразу сообщил им, что сегодня мы уезжаем. Оба, услышав это, замерли, а Михст хмуро спросил:
— Все?
— Ваши ненаглядные доргини остаются. Пока. Хочу попросить вас присмотреть за ними и в случае необходимости — помочь. Если возникнут проблемы, свяжитесь через Источник и сообщите, чтобы мы могли вмешаться.
— Об этом и просить не надо. Мы будем оберегать их и помогать. После истории твоего брата мы только укрепились в своем намерении завоевать их! Он ведь прав — лучше сто лет вместе, чем тысячу в безнадежном одиночестве, — категорично заверил меня Воорт. — Они еще не встали? Мы хотели на завтрак на природе их пригласить.
Тут очень своевременно послышался топот, и со стороны подъемника в гостиную вбежали девушки.
— Мы так и подумали, что вас услышали, — радостно, без капли страха, улыбнулись они.
Оба шаенга при их появлении тоже засветились от счастья.
— Позавтракать на природе хотите? — воодушевленный их появлением, спросил Михст.
Довольные парочки удалились, а я в очередной раз поблагодарил стихии за то, что они мне и всем нам послали Дину. Вот и еще четверо в этом мире обрели Связь и счастье благодаря ей!
Брат, похоже, еще спал. А я рассчитывал расспросить его об общих знакомых и о роде в целом. И тут уловил мысленный вопрос Киена:
— К вам уже можно?
— Жду, — мысленно ответил я.
— Что это вчера было? — первым делом спросил я его, едва открыв дверь.
— Дина обиделась? Знаю, что был груб, но пребываю не в лучшем состоянии — все чаще накатывают приступы агрессии, особенно в отношении женщин. Тихо, но верно схожу с ума от одиночества и разочарования после провала Обряда. Услышав вчера ее призыв, сначала не поверил, решил, что опять накатило безумие. Столько времени ничего о тебе не знал, боялся, что тебя уничтожили. И тут не кто-нибудь, а твоя Связанная! Невероятно… Поверь, брат, ты очень везучий. Я согласился бы быть трижды Изгнанником, будь у меня шанс обрести Связь.
— Да сам не знаю, кого благодарить за нее. Но ты уверен, что будешь поддерживать меня? Пойдешь против мнения рода, признавая меня равным? — обеспокоился я за друга, пока мы подходили к диванам.
— У меня нет сомнений в твоей невиновности — я знаю это достоверно.
— Как?
— После гибели твоего отца и твоего изгнания не только твой мир рухнул. Для меня ваша семья всегда была как родная. Я был так растерян, но и поверить в твою вину не мог. — Он положил руку мне на плечо. — В отчаянии пришел в Орбдух, на озеро, и поплыл на остров. Я продолжал плыть и плыть к нему, чуть не умер от переутомления, но смог добраться.
Я изумленно смотрел на вновь обретенного друга. Это же невероятно, что он смог это сделать! Я всегда думал, что это просто красивая легенда.
— И что на острове?
— Запрещено делиться мудростью, полученной там. Но, поверь, я знаю, что ты не виноват в произошедшем. И уверен, тебе тоже предстоит узнать правду. Это связано с немалой опасностью, поэтому я хочу отправиться с вами в Визгард. Постараюсь себя контролировать либо не попадаться на глаза Дине.
— Ты же слышал рассказ Маартха? Не думай, что для тебя все потеряно. Дина смогла привести с собой двух доргинь, и они добровольно сейчас общаются с двумя янтарноглазыми, возможно, согласятся стать их Связанными. Дина в этом уверена. Поэтому держись, надежда есть, брат! — Я крепко сжал его плечо.
Рубиновоглазый в ответ лишь тихонько и как-то безнадежно вздохнул.
— И еще у меня к тебе есть личная просьба. Дина ждет новую жизнь. Ты можешь посмотреть? Сдержишься? — пытливо вглядываясь в друга, неуверенно спросил я.
— Брат… Как же я рад за тебя! Вы оба достойны этого. Я справлюсь!
— Знаешь, есть одно невероятное обстоятельство, но попрошу тебя поклясться, что сохранишь его в тайне. — Получив клятву, я продолжил: — В это невозможно поверить, но мы думаем, что у нее будет девочка.
— Как?!
— Соордж видел Связанную Ригарда еще до того, как тот провалил Обряд. Она была с волосами Дины и моими глазами. Поэтому мы и сделали такое предположение. Ты посмотришь наверняка, поэтому и предупреждаю, чтобы ты сдержался.
Киен застыл, совершенно потрясенный, не сводя с меня взгляда. Я чувствовал его боязнь поверить в то, что он услышал.
— После рассказа Маартха я всю ночь не спал, размышляя на берегу озера, боясь поверить в этот шанс. Но то, что ты сообщил мне сейчас… Это вообще непостижимо. Мы обязаны уберечь Дину любой ценой! Узнав об этом, вас примет любой род. Теперь понимаю вчерашнюю прозорливость янтарноглазых.
— Уберечь? О чем ты?
— От любых опасностей, Нургх.
Тут мы оба услышали шум подъемника — кто-то спускался вниз.

ГЛАВА 16

Дина  

Проснулась я поздно. Что-то совсем совой-сплюхой стала. Зато аппетит был зверский. Быстренько умывшись, я отправилась вниз.
В гостиной я обнаружила Нургха в обществе его хамоватого друга. Сегодня он не выглядел таким высокомерно неприступным, скорее озадаченным.
— Доброй зари! Уже поели? — приветствовала я их.
Мой любимый шаенг тут же обнял меня и с улыбкой сказал:
— Светило уже почти в зените, но ты еще не последняя. Маартх тоже до сих пор отсыпается. Видимо, заботы о ребенке дело непростое, раз он впал в спячку при первой возможности. Поесть я так и не успел, все гостей принимаю, — улыбнувшись в сторону рубиновоглазого, он повел меня к столу.
— Киен, присоединишься?
— Благодарю, но нет. Я прогуляюсь, мне надо подумать. Позовешь, когда будете готовы к осмотру, — уже на пути к выходу добавил гость.
— Нургх, может быть, я его пугаю? — в шутку спросила я.
— Мы сейчас многое обсудили. Он не прошел Обряд и… Помнишь того шаенга возле моря? Киен тоже начинает ощущать безумие и боится навредить тебе. Поэтому и избегает. Но он решил пойти с нами в Визгард и согласен помочь с наблюдением за малышом. Не сомневайся в нем! Он на нашей стороне, сказал, что даже смог добраться до острова на озере Познания, чтобы выяснить, что же тогда со мной случилось. Увы, рассказать о том, что узнал, он не может.
Еще один бедняга. А ведь мужчины-то нормальные. Ну, за редким исключением, если вспомнить Соорджа. Но как же им всем не повезло с этим их магическим мировоззрением! Эх, кого бы ему в пару подыскать? Вот освоюсь в этом мире — открою брачное агентство. Буду иметь бешеный успех.
— Девушки ушли с шаегами на природу. Я договорился, они за ними присмотрят.
— Хорошо. Хочешь еды из моего мира?
Нургх воодушевленно кивнул и был вознагражден тарелкой борща, стейком из говядины с овощным гарниром и чаем с куском пирога. Себе организовала салатик, йогурт и кефирчик с булочкой. Хорошо-о-о!
После завтрака Нургх предложил позвать Киена и провести осмотр.
— А как он его делать будет? Раздеваться надо?
— Зачем? — изумился шаенг. — Просто над тобой поводит ладонями и посмотрит магическим зрением.
— Тогда зови скорее!
Тут и Маартх появился, еще щурясь со сна. Отправили его поесть и, пообещав скоро к нему присоединиться, поднялись в спальню. Туда же подошел и Киен.
Я удобно устроилась на кровати и приготовилась к УЗИ по-шаенгвски. Киен был собран и спокоен. Склонившись надо мной, он поднял испускавшие розовый свет ладони и плавно подвел их к моему животу. Не касаясь одежды, замер, прикрыв глаза. Стоявший рядом Нургх ободряюще мне улыбнулся. В молчаливом ожидании прошло несколько минут, а потом вдруг ладони шаенга резко полыхнули алым, и Киен, отшатнувшись, изумленно открыл глаза. Он так и застыл в полусогнутом состоянии, с вытянутыми руками, уставившись в пустоту.
— Что с ребенком? — воскликнули мы испуганно.
— Ты его предупредил? — тут же обратилась я к Нургху, намекая на возможный пол ребенка.
— Да, он в курсе, — обеспокоенно ответил будущий папа и, схватив друга за руку, снова спросил: — Что с ребенком?
— Дети в полном порядке, — каким-то деревянным голосом ответил Киен.
— Дети?! — снова одновременно воскликнули мы.
— Да, их двое. Две девочки. — Сжав виски руками, рубиновоглазый медленно съехал по стенке на пол.
— А такое бывает? — неуверенно спросил Нургх.
— У нас случается, — ответила я. — У меня это наследственное. Как же я сразу не подумала о такой возможности!
— Поразительно у вас все устроено. Я же думал, что быть счастливее уже нельзя. Дина, не знаю, как выразить мой восторг. Я не мог даже мечтать о Связанной, но еще и двое детей… Стихии очень милостивы ко мне! Спасибо, Дина!
— А что с Киеном? Это всегда для него так мучительно? — показав глазами на все еще корчившегося у стены шаенга, спросила я. — Может, ему помочь как-то надо?
— Да такой осмотр почти и сил не требует. Сам не пойму, что с ним, — наклоняясь к другу, ответил Нургх.
— Киен? Что с тобой? — осторожно коснулся ладони шаенга Нургх.
— Ее аура отозвалась. Я ощутил Связь, магию единения. Не представляю… — несвязно бормоча, Киен тяжело поднялся и вышел из спальни.
Все! Меня достали эти их порядки! Беременности третий день, а они уже не то что пол определили, а уже и суженых застолбили. Подскочив с кровати, я рявкнула на Нургха:
— Даже не заикайся мне ни о каких Связях для наших девочек! Слышать и знать об этом ничего не желаю! Все, разговор окончен!
Он спокойно погладил меня по волосам, потом прижал к себе.
— Конечно, все это не важно. Главное, чтобы они просто были у нас. Чтобы вы были у меня, — твердо заверил любимый.
Все же потрясающий мне достался мужчина!
В дверь постучали, и раздался голос Маартха:
— К вам пришли! Это Ригард. Я его впустил, он хочет видеть Дину.
И кто там мне говорил, что шаенги ведут замкнутый образ жизни и предпочитают уединение? Ни минуты покоя, не жилище, а проходной двор! Пришлось топать вниз, хотя видеть Ригарда мне сейчас не особенно и хотелось. Надеюсь, он почувствует всю мою «радость» от его визита.
— Приветствую! Вот платье. Думаю, появление в Визгарде — это повод выглядеть максимально заметно, поэтому советую надеть его вместо твоего черного балахона, — по-деловому начал шаенг.
— А зачем выглядеть заметно? — недоуменно захлопала я глазами.
— Это город бывшего рода Нургха. Если в нашем роду его избегают и презирают, то там — ненавидят и желают уничтожить. Ничего не забыто, и гибель главы рода ему не простили. Чем больше факторов будет отвлекать внимание от него, тем лучше. И, кстати, поэтому я отправляюсь с вами. Давно собирался с визитом к льдистоглазым. — Ригард оскалился.
Ого! Да с нами собирается серьезная группа поддержки! Хотя удовольствие иметь рядом Ригарда и Киена казалось мне сомнительным. Но приходилось думать и о безопасности, если они там действительно такие… злопамятные.
Внезапно Маартх, который вслед за мной спустился вниз и теперь с дивана наблюдал за разговором, подскочил на месте и замер, прислушиваясь к чему-то внутри себя.
— Надо возвращаться! Зоель зовет, что-то случилось, она волнуется. Я должен идти прямо сейчас, — взволнованно проговорил он. — Нургх! Собирайтесь скорее.
Я схватила платье и понеслась переодеваться. Наряд, по моим меркам, был шикарный — настоящее платье принцессы. Оно было насыщенного изумрудного цвета, с широкой юбкой, узкой талией из-за вшитого корсета, глубоким декольте и пышными короткими рукавами. К платью прилагались длинные перчатки и туфли в тон. Ничего нелепее для путешествия вообразить было нельзя. Если б время не поджимало, устроила бы скандал Ригарду и заставила его самого это надеть. Какой он все же заносчивый! Быстро затолкав балахон в банную сумку, к уже находящимся там кроссовкам и спортивному костюму, я забросила ее на плечо, приподняла подол юбки и потопала в гостиную. Там меня уже ждали полностью готовые мужчины — Нургх, Маартх, Ригард и Киен.
— Надо записку девочкам оставить.
— Уже, — ответил Нургх, разглядывая меня.
— Да-а-а уж, думаю, нас и вовсе не заметят рядом с Диной… — протянул довольный собой Ригард.
— Только вот волосы заплести не успела, — пожаловалась я.
— Распущенные даже лучше, — успокоил мой шаенг.
Кивнув напряженному Маартху, Нургх подхватил меня на руки и направился к выходу. Мы все стремительно двигались к пропускным воротам. Впереди ждал Визгард!

Нургх  

Что случилось со Связанной Маартха? Я ощущал огромную тревогу брата. Она там одна с детьми, а он вынужден задерживаться из-за нас. Мы всей четверкой стремительно неслись к воротам. Там Маартх встал в проходе, не давая воротам закрыться, ожидая, когда мы все пройдем.
Глаза сразу ослепило таким знакомым с детства ярким блеском — теплый оазис жизни окружали вечные льды. Но времени осмотреться не было — Маартх, едва оказавшись по эту сторону ворот, рванул к городу. Мы, не отставая, бежали следом. Пару раз меня коснулись эмоции удивления, сменившиеся узнаванием и яростью. Да, Визгард давно перестал быть мне домом!
Вбежав в город, мы, не сбавляя скорости, бросились к родительской башне, в которой теперь обитал брат со своими близкими. Башня была на этаж выше остальных и вызвала у меня такое родное чувство узнавания — здесь я провел детские годы. Первым к двери приблизился Маартх и, сняв касанием ладони охранную магию, шагнул внутрь. Следом за хозяином вошли и мы. Дина, до этого прижимавшаяся лицом к моей груди, повернула голову, осматриваясь. Я осторожно опустил ее на ноги.
Можно было не сомневаться, что наше стремительное и нежеланное появление уже замечено и мы в самое ближайшее время можем ожидать реакции местных жителей. В широкую комнату вбежал рослый мальчик, который, увидев незнакомых мужчин, резко замер и подобрался. Но, разглядев отца, расслабился и громко крикнул:
— Мама! Папа вернулся!
Малыш бросился в отцовские объятия, вызвав у меня порыв радостного восторга — меня тоже это ожидало. Придерживая сына, Маартх кивнул нам, указывая на диваны, а сам направился вглубь башни. Но навстречу ему уже шла миловидная доргиня с ребенком на руках. Маартх облегченно вздохнул, обнимая их второй рукой.
— Зоель, вот мой брат и его Связанная, а также их друзья! Они останутся у нас. Почему ты звала? Что произошло?
— Приветствую желанных и долгожданных гостей, — смущенно улыбаясь нам, сказала Зоель и обратилась к Маартху: — После твоего ухода я несколько раз ощущала рядом с башней чье-то присутствие. Сегодня ночью, пока мальчики спали, в другом теле выбралась в сад за башней, чтобы осмотреться.
При этих словах Маартх сильно нахмурился, недовольно покачав головой.
— На окраине сада, — продолжала доргиня, не обращая внимания на реакцию шаенга, — были двое. Я побоялась подобраться ближе, но смогла разобрать, что они говорили о тебе, ушедшем на встречу с Изгнанником. Я испугалась, что по возвращении на вас могут напасть, поэтому попросила сразу вернуться.
Мы все с напряженным вниманием вслушивались в ее слова. Значит, наше нахождение в Орбдухе не тайна, что, в принципе, было объяснимо — жители ближайших городов очень тесно общались. Очевидно, неприятностей следовало ожидать даже раньше, чем предполагали.
— Зоель, — забирая малыша себе, попросил Маартх, — покажи гостям, где они могут расположиться. А я пойду пообщаюсь с фонтаном, узнаю, пытались ли нанести вред в его зоне влияния.
Шепнув Дине, чтобы шла с Зоель, я направился следом за братом. Встав рядом, мысленно спросил:
— Каково влияние Совета? Они смогут не допустить вооруженной агрессии в городе?
— Не уверен. Отца уважали, ему верили, на него надеялись… Ты же помнишь, он всю жизнь искал способ изменить магию Обряда. Старейшины Совета не пользуются и половиной этого доверия. К тому же они все имеют Связь и сыновей. Это вызывает зависть. Тебя здесь реально ненавидят, а сейчас столько отчаяния и злобы в душах, что могут не сдержаться. Не уверен, что вчетвером мы устоим против большого количества нападающих. Да и если Совет решит вас вышвырнуть, со стражами не справимся. Патовая ситуация!
— Брат, боя нельзя допустить. Рискуя собой, ты рискуешь Зоель! Дина ждет новую жизнь, я не могу сейчас погибнуть. Это крайне важно! Это невероятно, но у нас будут две девочки, Киен сегодня смотрел.
— Девочки?! — спросил брат потрясенно.
— Именно. Поэтому так важно не допустить бойни.
— Нургх, зачем вы пошли сюда сейчас? Надо было укрыться до появления жизней. Пойти на такой риск! С другой стороны, если это открыть, ваши жизни станут неприкосновенны. Пока…
— Вот именно — пока. Я не пожелаю своим детям стать причиной гибели родителей, а также попасть в руки тех, кто уж точно пожелает их заполучить и пойдет на все. Нет, мы должны держать это в тайне. У нас одна возможность — надо разобраться с прошлым, доказать мою невиновность. Иначе мы всегда будем на грани, не сможем стать полноценной частью рода и равными, заслуживающими доверия.
— Возможно, стоит обратиться к Знающему.
— Кто это сейчас?
— Все тот же — Гристн. Помнишь его?
Как можно забыть лучшего друга отца, практически ставшего мне дядей? Шаенга, который, глядя, как меня изгоняли, молча стоял в стороне. Хотя он и не обвинял, как другие.
— Он же должен быть невероятно стар?
— Да, ему осталось меньше года, уже и кожа потемнела. Но он жив. Возможно, к его словам прислушаются.
Фонтан внезапно загудел, привлекая наше внимание. Брат сразу опустил в воду руку и застыл, глядя на меня неверящими глазами:
— Совет взывает к стихиям, пытаясь заблокировать охранную магию нашего Источника! Сейчас к нам явятся!
Мы направились к башне. Малыш все так же сидел на руках отца, дергая его за сережку-амулет. Вернувшись, застали всех в гостиной. Зоель с Диной тихонько разговаривали о второй ипостаси доргини, шаенги же спокойно отдыхали.
— Ждем первых гостей, — предупредил Маартх. — Зоель, ты и дети лучше поднимитесь наверх.
Доргиня печально кивнула, пристально взглянув на Связанного. Он ответил уверенным кивком.
Взволнованная Дина подошла ко мне и встала рядом, взяв за руку. Напряженное ожидание было почти осязаемым.
В дверь постучали. Маартх открыл и впустил незнакомого шаенга.
— Изгнанный и его Связанная, выйдите из жилища, если не желаете нанести вред его жителям. Вас ожидает Совет, — спокойно произнес страж.
Переглянувшись, мы согласно кивнули и впятером последовали к выходу: я, Ригард, Киен, Дина и Маартх. На лужайке перед башней за фонтаном находились десять стражей — наш «почетный эскорт». А вот за ними — целая толпа пылавших негодованием шаенгов. При появлении Дины все потрясенно замерли, изумление и неверие исходили от них.
Воспользовавшись временной растерянностью в рядах недоброжелателей, мы сразу направились к башне Совета. Первым шел пригласивший нас страж, потом Дина и мы с Маартхом по сторонам от нее, за нами — Ригард и Киен. Отряд стражей шествовал позади нашей компании, а уже за ними, в некотором отдалении, потянулись и местные жители.
Помимо чувств ненависти и презрения, льющихся в мою сторону, нашлось даже несколько желающих выкрикнуть ругательства вслух:
— Проклятый Изгнанник!
— Отцеубийца!
— Позор рода! Проклятый!
Дина при этих выкриках вздрагивала и сильнее сжимала мою ладонь, я ощущал ее бешенство. Меня же подобное уже давно не задевало, я привык.
Так мы и дошли до башни Совета. Войдя внутрь, оказались в просторном зале. Главный страж махнул нам рукой, призывая двигаться дальше, пока мы не оказались перед Мудрейшими, сидевшими на резной скамье. Жители города тоже входили в зал и становились у противоположной стены.

ГЛАВА 17

Дина  

Я чувствовала себя мартышкой в зоопарке — все меня рассматривали и обсуждали. Не надо быть эмпатом, чтобы понять, какие чувства руководили местными шаенгами. Ненависть и злость явно читались на их лицах. Еще и оскорбления выкрикивали. Я еле сдерживалась, чтобы не остановиться и не рявкнуть в ответ. Только мысль о том, что могу их этим спровоцировать, удерживала от решительных действий. Но сдерживала я себя с трудом.
Совет Мудрейших состоял из трех пожилых шаенгов, я надеялась, не таких одиозных, как Соордж. Они как-то утомленно взирали на нас, словно чего-то ожидая. Тут в зал вошел еще один старик и остановился немного в стороне от Мудрейших. Он пристально смотрел на Нургха. Было очевидно, что они знакомы. К чему бы он тут?
— Мы приветствуем на нашей территории наследников двух родов! Отдаете ли вы себе отчет, что показываете себя равными с тем, кто был изгнан нашим родом за тяжелейшее преступление? — начал один старец.
Оба сопровождавших нас шаенга кивнули.
Так Киен тоже наследник рода? Одни «прынцы» кругом, а я еще перспективным родством возмущалась, — мелькнула у меня ехидная мысль.
— От лица моего отца я заявляю, что эта пара Связанных под покровительством нашего рода, — официально обозначил свое присутствие Ригард и добавил, обращаясь к толпе сзади: — Тот, кто причинит паре вред, — понесет наказание от янтарноглазых!
Это заявление было встречено недовольным роптанием, но Ригард окинул всех спокойным взглядом и отвернулся.
— От имени моего отца и нашего рода я требую изучения событий, послуживших причиной изгнания, а также признания Нургха невиновным с последующим снятием всех обвинений и отменой наказания, — четко произнес Киен, и зал осветил алый всполох.
— Они находятся на нашей территории незаконно. Доступ не получали, и мы имеем полное право поступить с ними по собственному желанию, вплоть до уничтожения. Что касается второго вашего требования, то детальное изучение событий было сделано, — медленно произнес один из Мудрейших.
— Приглашение одного из рода уже считается незаконным проникновением? — презрительно протянул Ригард. — И насчет наказания — вы можете только прогнать их, попытка уничтожить спровоцирует конфликт с нами. Это вам надо? И любопытно было бы узнать об этом «детальном изучении событий».
— Ситуация с поступком Маартха будет рассмотрена отдельно, не будь он прошедшим Обряд, тоже отправился бы в изгнание! — резко выкрикнул молчавший до этого старый шаенг под одобрительный гул толпы.
— Ну что ж… Раз род льдистоглазых так обширен, что готов изгонять всех подряд из своих рядов, то наш род всегда готов пополнить свои ряды новыми шаенгами, — ответил взбешенному старцу Ригард.
Да он еще кошмарнее папочки станет! Хотя вот о расследовании мне тоже хотелось узнать.
— После изгнания Нургха был допрошен охранительный Источник башни, — раздался спокойный голос стоявшего в стороне шаенга.
— И что же? — Цепкий взгляд Ригарда остановился на мужчине.
— Источник подтвердил слова Проклятого: отец той ночью пытался убить его. Молодой шаенг не видел нападавшего и, спасая свою жизнь, ответным взмахом сорга зарубил его насмерть.
Толпа сзади потрясенно замолчала.
Вот оно как! Никто не посчитал необходимым обнародовать эти сведения, и они стали новостью для пылавших праведным гневом жителей.
— А какие вопросы задавались Источнику? — прозвучал резкий голос Киена.
— Какое вообще это имеет значение? Кого интересуют вопросы Источнику? Факт неоспорим — он убил соплеменника, за что и был наказан. Если бы погиб он — изгнан был бы его убийца, — опять вмешался тот же злобный Мудрейший.
— Вот именно! — внезапно эмоционально выкрикнул Киен. — Какая предсказуемая реакция: убил — изгнали. Гарантированный способ избавиться от мешающего шаенга.
Меня эта мысль тоже посещала, еще когда Нургх рассказывал на корабле об отце.
— Источник спрашивали, известно ли ему о причинах, по которым глава рода напал на сына, — все так же спокойно старый шаенг ответил на ранее заданный вопрос. — Источник отказался отвечать.
— Источник кому подчинялся?
— Главе рода. Это сильнейший Источник города, никто не имеет достаточно сил, чтобы добиться от него ответов.
Ригард вопросительно взглянул на Маартха. В ответ тот покачал головой:
— Не полностью. Он делает все, о чем я прошу его, но на вопросы об этом несчастье не отвечает.
— Как мотивирует?
— Я не тот, кому, оставили это право.
Нургх! Конечно же ему Источник должен все открыть! Мы же только что были рядом! Но эта мысль, очевидно, пришла в голову не только мне.
— Изгнанный, у тебя есть право ответить. Совет примет решение относительно вашей пары через три дня, а до этого момента ты можешь находиться в заключении в башне Совета, отдельно от Связанной, или в башне брата вместе с ней. Но ты лишен права общаться с Источником, — прозвучало решение.
И почему они так не хотят, чтобы правда всплыла?!
— Я выбираю второй вариант. — Мне стало понятно, почему он молчал все время.
— Стражи, Источник у башни главы рода взять под постоянное наблюдение! — отдал приказ уже ненавистный мне Мудрейший.
К нам подошел тот же страж и почему-то поклонился мне, затем жестом указал нам, что пора удалиться. Возвращались мы в том же порядке, но гневная толпа нас уже не сопровождала, а мои спутники выглядели крайне задумчиво.
В гостиной башни нас встретила взволнованная Зоель. Повезло мне с родственниками в новом мире — что Маартх, что Зоель мне очень понравились. Жаль только, что мы им столько волнений и тревог доставляем. Решила немного поднять всем настроение и, подмигнув Нургху, вызвалась организовать ужин. Напридумывать, конечно. Кроме Нургха, никто еще еды из моего мира не ел, поэтому удивлю новинками. Я накрыла большой стол, на котором, как на скатерти-самобранке, чего только не было. Пусть еще не ясно, что будет дальше, но отметить семейное воссоединение стоило. Тем более в такой приятной компании. То, как Ригард и Киен перед Советом наши интересы отстаивали, меня впечатлило.
— Зоель, приглашай всех к столу, — позвала я, закончив приготовления.
Проголодавшиеся шаенги ждать себя не заставили. Незнакомая кухня имела бешеный успех — все, от взрослых до нашего старшего племянника, напробовались так, что еле из-за стола встали. Подумав, я попросила у Зоель корзину, напредставляла простой, но сытной еды, и вынесла на улицу. Там, окружив фонтан, теперь несли охрану стражи. Стоять им здесь предстояло минимум трое суток. Сделав несколько шагов в их направлении, я заставила их насторожиться, поэтому остановилась, поставила корзину на землю и отошла назад. Обернувшись, увидела Нургха, который вышел следом за мной. Он грустно улыбнулся и сказал:
— Дина, они не будут есть, побоятся.
Меня эта мысль просто сразила. Не подумав, я обернулась и растерянно попыталась их убедить, обращаясь все к тому же главному стражу, пристально наблюдавшему за мной:
— Все свежее и вкусное! Мы только что поели, а вы тут вынуждены… Не думайте, что отравлено.
Окончательно стушевавшись, я убежала в башню.
Ну и идиотка я! Бедняги, наверное, решили, что мы надумали их отравить, только бы до Источника добраться!
— Не переживай, — пришла мысль Нургха, — плохого они не предполагают, твою искренность все почувствовали.
— Кстати, я все забываю спросить, — так же мысленно обратилась я, — а почему род возглавляет Совет? Один ведь наследник предыдущего главы остался? Или они из-за тебя и Маартха не принимают?
— Дело не в желании Совета. И быть только сыном главы рода недостаточно. Стихии выбирают главу, его должен признать главный Источник. Он Маартха в качестве главы не признал, значит, силы у него недостаточно.
— Получается, любой шаенг рода может стать главой?
— Да, но чаще становятся наследники, так как способности к магии наследуются от отца.
Вот надо подумать об этом на досуге. Может, именно в этом их проблема с девочками. Или в том, что доргини-перевертыши, по сути, другой вид. Интересно, какими будут наши девочки — как я, без способностей, или как папа?
— Нургх, а может, Совет тебя к Источнику не пускает вовсе не из желания скрыть правду, а просто не собираясь делиться властью?
— Да зачем им эта власть? Особенно сейчас, когда Связанных почти не обретают. Очень сложно управлять в такое время.
Ну-ну… Может, Нургх так и думает, но я считаю, что власть очень портит. И Мудрейшим наше появление было не в радость, уж тому противному старейшине так точно!
— А кто был тот шаенг, что рассказал про допрос Источника?
— Это Знающий рода.
Вдруг Нургх загадочно улыбнулся и произнес уже вслух:
— Дина, я хочу сделать тебе подарок. Маартх, где они?
— В библиотеке! — улыбнулся брат.
И все присутствующие в гостиной сразу заулыбались, словно знали, о чем идет речь.
Как же я люблю приятные сюрпризы!

Нургх  

Дина в очередной раз меня удивила. Да и не только меня. Изумление стражей, вызванное ее приходом с корзиной еды, было непередаваемым! Мало того что внешность у нее необычная, так я уверен — за все столетия жизни никто корзиной еды их не одаривал. У нас это вообще дико, это такая мелочь, любой себе, что захочет, создаст. Хотя Дина и тут оказалась на высоте — содержимое корзины для всех стало абсолютным сюрпризом. И я ошибся, ее искренность и доброжелательность сделали свое, и содержимое корзины съели до последней крошки.
Но сейчас я наконец-то мог совершить то, чего так давно желал, — скрепить нашу Связь браслетами. Чтобы быть связанными не только духовно, но и физически. Да и очевидность Связи для окружающих была не последним фактором — теперь любой, увидев на ней браслет, сразу поймет, что Дина связана.
Я забрал из библиотеки браслеты, прихватил Динину сумку и вернулся в гостиную. После ужина, так любовно устроенного моей Связанной, настроение у всех поднялось, и появилось ощущение, что мы сможем справиться со всеми трудностями.
— Мы — купаться, покажу Дине нашу реку! — объявил я всем и подмигнул брату. — Как действовать дальше, подумаем с утра, на свежую голову.
Ригард и Киен оба уже валялись на полу, оседланные сыновьями Маартха и Зоель, и наслаждались кусочком семейной жизни. Да и пока они играют с детьми, родители смогут побыть вместе. Так что всем хорошо! Как вообще здорово, когда вся семья и близкие друзья дома! Раньше я об этом не задумывался.
Мы с Диной выскользнули за дверь и, не обращая внимания на любопытные взгляды стражей, направились к реке. Есть там место, которое я очень любил раньше, вот туда я и повел Связанную. Там был небольшой водопад и речка с желтой искрящейся водой, вокруг росли айзалии, цветущие крупными ярко-малиновыми цветами с легким приятным ароматом. Оглянувшись кругом и присмотревшись к воде, Дина вдруг сказала:
— Мне кажется, именно это место я видела во сне.
И задумалась, глядя на меня.
— Дина, это мое тайное место, раньше я очень любил тут бывать. И я рад, что могу именно здесь обменяться с тобой связующими браслетами.
Достав из сумки пару наших семейных реликвий, которые могли принадлежать лишь старшему сыну, я аккуратно приподнял рукав платья Дины на правой руке и надел браслет.
— Теперь ты мне, — протянул я ей браслет большего размера и подставил руку.
Дина, погладив ладошкой черненую вязь гравировки, надела браслет на мое плечо. Как только она отвела руку, оба браслета вспыхнули бледно-голубым светом и исчезли, оставив вместо себя татуировки, обхватывающие наши плечи и в точности повторяющие узор на браслетах.
Я прижал Дину к груди и сказал:
— Ты мое самое большое сокровище, смысл моей жизни!
Она молча обняла меня в ответ, и мы замерли, наслаждаясь этим мгновением единения, прислушиваясь и запоминая свои ощущения.
— Дина, это не просто браслеты, это физический якорь нашей Связи. Отныне, даже если мы расстанемся, нас будет тянуть друг к другу, пока мы снова не воссоединимся. Помешать этому не может ни время, ни пространство. Так что отныне мы везде найдем друг друга.
Коснувшись губ моей Связанной, я прошептал:
— А теперь снимай это сногсшибательное платье, и идем купаться. Вода в реке поющая, хочешь послушать?
Динино любопытство было соизмеримо только с ее непредсказуемостью — она тут же кинулась стягивать платье и в одном нижнем белье бросилась к воде.
Стоит нырнуть в эту реку, и вместо непонятного гула и давления в ушах раздается потрясающей красоты мелодия. Мы долго — и вместе, и поодиночке — самозабвенно наслаждались этой водной музыкой, прежде чем выбраться на берег.
Закутавшись в полотенце, Дина старательно отжимала воду из своих длинных волос, а я отошел на несколько шагов, чтобы нарвать ей букет айзалий. Время словно бы замерло для нас, отделив от всего остального мира в этом потрясающем месте.
Но напрасно я так расслабился, забыв о врагах. Только благодаря натренированным рефлексам, заставившим меня резко податься назад, удалось разминуться с летящим в меня клинком. Я мгновенно собрался и развернулся в сторону нападавших, уже распознав там пятерых шаенгов. Вот и началось — бывшие соплеменники пытаются меня устранить. Совершая стремительные непредсказуемые рывки, я бросился вперед, одновременно воззвав к их крови, — оружия с собой не было, поэтому оставалось только положиться на физическую силу, навыки и магию. Кровь двоих отозвалась сразу и, захватив контроль над их телами, я обездвижил обоих.
В это мгновение Дина увидела нападавших и вскрикнула. В прыжке я схватил руки третьего и с силой рванул на себя, выдергивая оба плечевых сустава. Приземлившись позади рухнувшего на колени воина, я резко дернулся в сторону, избегая удара сорга. Но прежде чем я успел заняться оставшимися противниками, оба уже замерли, почувствовав прикосновение оружия к горлу. Это вызванный Диной Ригард решительно вмешался в бой. Тут же послышался топот подбежавших шаенгов — брата, Киена и, что удивительно, пяти стражей нашего Источника, в том числе и старшего.
Быстро окружив кольцом плененных шаенгов, стражи мрачно осмотрели нас. Я грозно рыкнул, требуя не усердствовать, разглядывая Дину, завернутую в одно полотенце. Она же, совершенно не смущаясь, подошла к нашей группе и, коснувшись плеча Ригарда, сказала:
— Спасибо! — Посмотрела на пленных и спросила: — Зачем вы напали? Тоже хотите стать Изгнанниками?
Льдистоглазые шаенги хмуро молчали, уставившись в землю. Тогда Ригард многозначительно закашлял, привлекая к себе внимание, и, вставив сорг в перевязь, закатал рукава. Намек все поняли. О его навыках рукопашного боя в нашем народе знали все. Один из шаенгов, переглянувшись с товарищами, соизволил пояснить:
— Он не заслуживает этого. Почему мы не обрели Связанных, а Проклятый Изгой заполучил тебя? Нас бы не изгнали, это было бы лишь справедливое возмездие! — угрюмо бросил он, пожирая взглядом девушку.
Дина, нахмурившись, обратилась к стражу:
— Что с ними сделают?
— Совет решит, — последовал лаконичный ответ.
— Да уж, решит. Концепция «напал — изгнан без суда и следствия» уже проверена на практике. Жалко мне их. Как воины несостоятельны — из-за спины впятером напали и то с безоружным не справились, так еще и в личной жизни перспектив никаких…
Дина буравила стража взглядом:
— А есть другие варианты наказания?
По мере того как Дина перечисляла их слабые стороны, окруженные шаенги все больше сникали. Ненависть и злость сменились стыдом и обреченностью. Мы же, наоборот, с возрастающим интересом слушали ее. Определенно, ее взгляд на вещи всегда отличался совершенно новым восприятием любой ситуации.
— Например? — Страж тоже заинтересованно внимал моей Связанной.
— Ну, можно как-то связать их нерушимой магической клятвой и… отдать мне на воспитание, что ли?
Сказать, что нас, включая и напавших, изумило такое предложение, значило ничего не сказать.
— А как вы собираетесь их воспитывать? — недоуменно поинтересовался страж.
— Проведу воспитательную беседу, скажу «ай-яй-яй» и отправлю с важным поручением, — оскалилась Дина.
Это она у Ригарда так улыбаться научилась?
Определенно, старший страж за сегодняшний день пережил потрясений больше, чем за всю предыдущую карьеру. Наконец обдумав ее слова и решившись, он кивнул и обратился к замершим нарушителям нашего уединения:
— Вы готовы принести кровную клятву стихиями, обещая повиноваться этой Связанной, защищать ее до тех пор, пока она не сочтет вашу вину искупленной?
Шаенги разом кивнули. Принеся клятву Дине, они были отпущены ею домой до завтра. После этого моя Связанная спокойно отошла к озеру, собираясь переодеться. Поняв это, присутствующие мужчины, следившие взглядом за каждым ее движением, дружно отвернулись. Я же посмеивался: то ли еще будет!
Подобрал оброненную веточку, усыпанную цветами айзалии, и отправился помочь Связанной со сборами. Дина сложила платье в сумку, надела свой странный костюм и, нюхая цветы, направилась к городу. Ригард, Киен и Маартх со стражами пристроились вокруг нее, а главный страж, осторожно приблизившись ко мне, прошептал:
— Изгнанник, где ты встретил ее? Там еще есть?
Тут у меня возникло ощущение, что все присутствующие шаенги насторожились и немного повернулись в нашу сторону.
— Она одна такая, — совершенно искренне ответил я.
По крайней мере — пока, усмехнулся я своим мыслям.
— Жаль, — очень искренне ответил страж.

ГЛАВА 18

Дина  

Учитывая, что в итоге нападение обернулось победой, я решила не портить себе настроение от чудесного свидания с Нургхом мрачными мыслями. Очень «удачно» эти провалившие Обряд льдистоглазые шаенги подвернулись, я как раз размышляла, кого бы привлечь к реализации своих планов.
Все! Завтра начну создавать фундамент для моего будущего брачного бизнеса.
Я уже все дальнейшие планы обдумала, но сейчас банально хотелось спать. Я заметила, что меня все время клонило в сон, и надеялась, что дело в беременности. Надо подробнее на эту тему Зоель расспросить, а то я вообще не сильна в вопросах произведения на свет потомства в этом мире. Вот так, погрузившись в размышления, я и сама не заметила, как оказалась уже в башне.
Попрощаться и уйти спать мне не дал Киен.
— Дина, — задержал меня рубиновоглазый, протягивая что-то, — я хочу, чтобы ты и от меня приняла талисман вызова.
Ох! Вот много мне хотелось сказать в ответ по поводу их далеко идущих планов, но сил уже не было и глаза закрывались сами собой. Поэтому я молча протянула ему свободное запястье, позволяя застегнуть цепочку с красным камешком.
Нургх, видя, что я сейчас засну стоя, подхватил меня на руки, кивнув остальным, и направился в спальню.

Проснулась опять поздно (да что ж это творится?), с наслаждением потянулась в теплой кровати и случайно задела рукой живот. Остатки сна как ветром сдуло! Я вскочила с кровати и подбежала к зеркалу: определенно на животе обозначилась приметная выпуклость.
Что, уже?
Я совсем растерялась. Надо было срочно искать Зоель. Быстро умывшись, одевшись и заплетя косу, я понеслась выяснять, кто где.
Все нашлись на улице, на лужайке перед башней и фонтаном, все так же окруженном стражами. Маартх и Зоель с детьми, Ригард и Киен, а также большинство стражей внимательно следили за боем Нургха и вчерашней пятерки. Как же я про них забыла! Надо было предупредить, чтобы рано не являлись. Хотя занятие им нашлось, да еще какое! Нургх даже не запыхался, в то время как со всех пятерых раздетых до пояса шаенгов пот лил ручьем.
Вот это я понимаю — активная тренировочка. А мой шаенг вне конкуренции!
Нургх, увернувшись сразу от двух выпадов, бросил на меня взгляд и улыбнулся.
— И давно он их гоняет? — поинтересовалась я, подойдя к Маартху.
— Часа три. Они подошли сразу после завтрака.
— Пощады еще не просят? — гордо спросила я.
— Он без фанатизма, так, для поддержания боевого духа. Хотя я уже подумываю сам к нему в ученики напроситься и, боюсь, буду выглядеть не лучше.
— Да, — вмешался Ригард, — силен Нургх. Надо будет тоже с ним зарубиться.
— Зоель, можно я тебя временно украду? Хочу поговорить, — обратилась я к доргине.
Улыбнувшись и вручив малыша папе, она пошла к башне. Я устроилась за столом с завтраком-обедом и сразу перешла к делу:
— Зоель, а сколько времени с зарождения до появления новой жизни проходит?
— А ты ждешь?! Ой! Поздравляю! — Зоель порывисто обняла меня и озадачила ответом: — Три месяца, если все хорошо. Но рядом Киен, так что присмотрит за тобой.
Три месяца? Три?! Вот интересно — и у меня так будет? Хотя… Я же не доргиня. Теперь понятно, почему изменения так стремительны. Сколько же тогда ее малышу? Маартх говорил, что помогал Зоель при его рождении.
— А сколько твоему младшему сейчас?
— Уже третий месяц пошел! — гордо ответила молодая мама.
Вот это да! Третий месяц? Я немало детей за время работы видела и меньше двух лет ему бы ни за что не дала. Видимо, шаенги развиваются и взрослеют быстрее.
Я обратила внимание на связующий браслет на плече у Зоель, именно браслет, а не татуировку.
— А почему у тебя так браслет выглядит? У меня он исчез.
— Твой тоже может обратно возникнуть в материальном виде. Браслет сам решает, в каком состоянии ему быть. Единственное, что снять его, пока живы оба Связанных, невозможно.
Открылась дверь, и вбежали оба мальчика, сопровождаемые Ригардом. Зоель с детьми ушла вглубь башни, а Ригард присел рядом:
— Что за поручение ты хочешь дать кровникам? Хотя нет, лучше скажи — оно связано с твоим видением о создании пар?
— В общем, да. Если Нургх тебе не рассказывал, меня на территории Горда захватили торговцы живым товаром. Те доргини, что остались в Орбдухе, тоже были в плену. Я слышала разговор пиратов, когда они обсуждали, куда повезут всех похищенных девушек. Вот хочу отправить туда этих шаенгов — пусть разрушат это место, уничтожат пиратов, и, возможно, им удастся спасти еще кого-нибудь.
— Ты уверена, что шаенги справятся?
— Ну, что они с Нургхом не справились, — не показатель. Доргов осилят наверняка. А вот с девушками, если они там будут, не справятся точно. Поэтому я хочу сначала отправить их с письмом к Сване и Киель, в котором попрошу доргинь последовать с ними. И на континенте они ориентируются, и освобожденных девушек успокоить смогут.
— Уверен, Михст и Воорт пожелают доргинь сопровождать. Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Я уже сказал, что очень надеюсь, что твой подход будет способствовать появлению Связанных пар в нашем роду, поэтому хочу попросить тебя согласиться не только на присутствие Воорта и Михста, но и еще троих наших шаенгов, не прошедших Обряд.
— Ригард, такая толпа шаенгов за пределами ваших городов напугает всех доргов. А если они спасут совсем мало девушек — это не вызовет конфликта?
— Своим я дам четкие распоряжения, они их не нарушат. А что до девушек… Я даже не на это рассчитываю, просто увеличиваю вероятность встречи. Вспомни, как Маартх и Зоель познакомились. Да и просто понаблюдать за взаимоотношениями доргинь с их защитниками уже полезно для наших, поймут быстрее и начнут надеяться сами.
Впечатлившись такой продуманной и заботливой позицией Ригарда, я согласно кивнула. Хороший глава рода будет!
— И еще, Дина… эти пятеро твоих кровников… — Шаенг замялся, но продолжил: — Один из них — сын старейшины. Может быть, стоит подождать с поручением до решения Совета?
Ого! Интересно, кого из них? Надеюсь, это не папочка надоумил его вместе с друзьями напасть на нас? Что-то мне все меньше и меньше верилось в объективность Совета. Отправят они нас на все четыре стороны.
Я-то и в Орбдухе вполне обживусь, агентство открою, филиальную сеть разовью. А вот Нургх… Ему для нормального существования репутация нужна, а точнее, возвращение в род. Причем принципиально в свой.
Только я закончила с письмами в Орбдух и продумыванием инструкций для моей «пятерки», как пришел довольный Нургх.
— Дина, я в купальню, а тебя внизу кровники ждут.
— Ригард сказал, что один из них сын Мудрейшего. Не знаешь какого?
— Да, это Крахар, сын Вихарда, он слева сидел на встрече. Я его помню немного, хотя он намного младше даже Маартха. Совсем они тут расслабились, тренируются плохо, навыков никаких.
Ну конечно! Сын этого злобного старичка! Да он меня живьем за него съест!
— Вот пусть тебя оправдают и назад примут, так ты им быстро уровень поднимешь, — буркнула я, расстроенная этим известием.
— Да, — мечтательно протянул любимый, — я б тут развернулся. А то скоро обычного дорга не осилят.
— Ну, надеюсь, ты им пару приемчиков показал, так как хочу их отправить уничтожить гнездо работорговцев.
Нургх задумался.
— Давай через пару дней. Я пока их еще поднатаскаю.
Я согласно кивнула, думая, что через пару дней и нам наверняка придется убраться из города.
— И, Дина, — уже приоткрыв дверь купальни, Нургх внезапно обернулся, — помнишь, я обещал рассказать тебе о нашей расе? Хочу позвать Знающего, он знает больше меня. Пригласим его сегодня?
— Да-да, — энергично закивала я.
Мне и самой хотелось узнать, как можно поговорить с этим заинтересовавшим меня шаенгом.
Захватив письма, я спустилась в гостиную. Там, основательно вымотанные, на диванах сидели все пятеро вчерашних забияк. Немного в стороне, у окна, о чем-то сосредоточенно размышлял Киен. А может, и общался с кем-то. Кто их поймет, этих шаенгов.
— Связанная! — хором приветствовали меня кровники, сразу вскочив и поклонившись.
— Так, — решительно приступила я, — зовите меня Дина. Давайте к столу присядем, вы будете есть и слушать. Договорились?
Все, озадаченно кивнув, последовали за мной. Обведя их взглядом, я спросила:
— Кто из вас Крахар?
Один из шаенгов несколько напряженно приподнял руку.
— Тебя все, что я сейчас скажу, не касается. Не хочу вызвать еще больше ненависти со стороны твоего отца, поэтому буду считать исполнением клятвы, если ты впредь обещаешь не совершать действий, направленных против Нургха.
Шаенг угрюмо промолчал, не комментируя мое заявление. Приняв молчание за согласие, я приступила к разъяснениям. Подробно рассказав о пленении и услышанной от пиратов информации, я закончила:
— Я хочу, чтоб туда вы отправились. Надо ликвидировать этот рассадник жестокости и, по возможности, спасти всех девушек, которые там будут.
Внимательно слушавшие шаенги при последних словах неуверенно переглянулись. После Обряда, когда каждый из них столкнулся с бьющейся в истерике доргиней, выбравшей смерть, чтобы избежать контакта с ним, они опасались, что с этой частью задания не справятся. Я сразу решила их успокоить:
— С вами отправятся две доргини из Орбдуха, они также были в плену до того, как нас спас Нургх. С девушками будут общаться они, вам же надо будет только помогать им и защищать в пути. И их будут сопровождать несколько шаенгов из янтарноглазых.
— Дина, — внезапно вмешался в разговор Киен, — Горд находится на одном материке с городом моего рода. Им все равно придется пройти через наши пропускные ворота — не поплывут же они на другой материк на корабле. Я бы хотел, чтобы к этой группе присоединились и шаенги моего рода. Пусть тоже пятеро из не прошедших Обряд.
Да чтоб этих наследников обоих родов!.. Высказаться бы по поводу их инициативных замашек… И еще ко мне в зятья набиваются! Такими темпами соберется целая толпа шаенгов, и дорги решат, что это военная экспансия. А ведь где-то еще и четвертый род есть… Тьфу-тьфу, не буду об этом!
Мои размышления, видимо, фонили таким «восторгом», что, не дожидаясь моего ответа, Киен категорически отрезал:
— Иначе не дам разрешения пропустить группу!
Язык мне просто жгло, но, помня о перспективном родстве, решила сдержаться. Я вымученно кивнула и была добита еще одним ценным указанием:
— И чтобы хоть один в группе был целителем!
Вот эта мысль была здравая, пусть лучше и не один будет. Но я не удержалась от ответной инициативы:
— Ну а ты тогда подготовь их заранее — расскажи, кто там у вас на материке водится и как с этим бороться. — Мне припомнились зорги и прыгающие по пустыне зверушки. — Ну и как и где прятаться, чтобы в глаза не бросаться всем скопом.
Киен медленно кивнул в ответ и обратился уже к шаенгам:
— Завтра пообщаемся.
Те в ответ как-то нервно передернулись. Ага! Не только меня они, эти наследники, бесят!
— Я не согласен с вашим решением, Дина, — неожиданно решил высказаться Крахар. — На задание я отправлюсь вместе со всеми. Это мое решение, и я от него не отступлю!
Я мысленно застонала. Все, мы обречены. Старейшины нас не просто выгонят, а предварительно утопят в Источнике в назидание, а потом выгонят.
— По поводу отца не переживайте, я с ним сам договорюсь. И… простите нас за нападение. Это только моя идея и моя вина.
Лучше бы перед Нургхом извинились, мелькнула грустная мысль.
— В принципе, это все, что я планировала вам рассказать. Так что дальше набирайтесь опыта и знаний от старших шаенгов, и как только Нургх сочтет вас готовыми, отправитесь, предварительно побывав в Орбдухе. — Я вручила им письма для доргинь.
— Да, он действительно очень силен и много знает, — смущенно отведя глаза, пробормотал один из моих кровников.
И я с удивлением почувствовала в его словах и взглядах остальных уважение.

Нургх  

Вмешательство Знающего на совете все никак не давало мне покоя. Он был лучшим другом нашего отца, пользовался его доверием. А вдруг он знает причину, по которой отец напал на меня той ночью?
Дина как-то предположила, что это был всплеск безумия. Сейчас, наблюдая за тем, что стало с нашими родами, я уже не считал эту мысль столь невероятной. Кто, как не самый близкий друг, мог бы заметить признаки этого недуга?
Приведя себя в порядок после тренировки с кровниками Дины, я отправился к комнатам брата. Их семья была в полном сборе — Маартх и Зоель играли на ковре с детьми. Присев рядом и помогая старшему собирать головоломку, я между делом поинтересовался:
— Знающий за время моего изгнания озвучивал какие-нибудь Видения?
— Из того, что я слышал, только одно. Он поведал его старейшинам, после чего они его негласно подвергли опале. О чем было Видение, никому не сообщали. С тех пор он очень редко выходит из своей башни. Так что его присутствие на вашем Совете удивило всех.
— Маартх, для тебя доступ к Источнику не ограничивали. Свяжись со Знающим и попроси его о встрече от моего имени. Скажи, мы приглашаем его к нам или ждем разрешения посетить его.
— Хорошо, брат.
Я провел с семьей Маартха еще некоторое время, наслаждаясь каждым мгновением. Как же я ждал, когда и в мою жизнь придет подобное умиротворение! Я был рад, что он смог принять решение в пользу выбора Зоель, а не ожидания Зова и возможного прохождения Обряда. И тут мелькнула неожиданная мысль:
— А кто отправил тебя с заданием к городу доргов?
— Знающий.
Дина мысленно позвала меня. Я откликнулся и сразу отправился к ней. Застал ее в спальне, Дина интригующе мне подмигнула, потом обвила шею руками и поцеловала.
— Ты моих кровников явно впечатлил, — радостно сообщила она. — Так постепенно большинство узнает тебя лучше и поймет, что ты не монстр, которым тебя выставляет Совет.
Я пожал плечами. Что тут скажешь? Это все относительно. Но Дина на этом не остановилась:
— И еще… Хочу тебе показать, что обнаружила сегодня. — И она принялась стягивать платье и повернулась ко мне боком.
Я отчетливо различил увеличившийся Динин животик, и душу затопило счастьем и радостью. Да, у меня будет большая семья, я уже никогда не буду один, и это важнее любого мнения окружающих, любой репутации. В крайнем случае осядем в Орбдухе, решил я для себя в это мгновение.
— Брат! Знающий принял приглашение. Скоро прибудет, — пришла мысль от Маартха.
— Дина, скоро придет Знающий, его имя Гристн, — передал я информацию. — Предлагаю нам вместе отправиться на крышу башни. Отличное место для приятной беседы.
Спустившись вниз, мы ждали совсем немного. Дина за это время успела напридумывать целый поднос деликатесов из своего мира.
— Возьмем с собой на крышу, — пояснила она мне, — заодно и Знающего угостим.
Динины блюда полюбились всем. Сегодня с утра, выйдя на тренировку с шаенгами, я обратил внимание, что на завтрак стражи создали себе многое из того, что было в принесенной ею корзине. Про наше ближайшее окружение я и вовсе молчу. За столько веков привычная еда основательно приелась, и теперь все пользовались возможностью порадовать себя новыми кушаньями.
Знающий заявил о себе, осторожно постучав в дверь. Впустив его, я представил их с Диной друг другу и пригласил его присоединиться к нашей прогулке на крышу, а также попробовать угощения моей Связанной. Оба предложения он одобрил, и мы, прихватив поднос, направились к подъемнику.
На крыше было очень уютно. Еще наша мама разбила здесь клумбы, среди которых стояли шезлонги и столик. Теплый вечерний ветерок приятно обдувал лица, а панорама города радовала глаз сочными красками, контрастируя со льдами на горизонте. Устроившись в шезлонгах, мы принялись за сотворенное Диной угощение. Некоторое время стояла тишина, пока мы наслаждались едой и открывающимся видом. Наконец Знающий несколько расслабленно протянул:
— Как же давно я здесь не был… Спасибо, что пригласили меня, дали напоследок пережить эти ощущения снова, оживили почти забытые воспоминания. Раньше я часто бывал здесь с твоими родителями.
— Да, многое изменилось. Моих родителей уже нет. Как нет и того покоя и умиротворения, что наполняли башню при их жизни. А их смерть все так же довлеет над жителями этой башни, да и над теми, кто не живет здесь, тоже, — несколько угрюмо высказался я.
— Покой и умиротворение, говоришь, царили, — усмехнулся старый шаенг. — Как все же интересно дети воспринимают окружающий их мир! Сколько я знал твоего отца, покоя он не ведал никогда. Всю жизнь пытался найти решение для нас. Он уже тогда понимал, что мы обречены. Не всем и не сразу дано осознать важность происходящего.
— Видимо, это и довело его до безумия? — спросил я.
— Безумия? — как-то иронично переспросил Знающий. — Вот уж в чем ты можешь быть уверен абсолютно, так это в разумности твоего отца. Готов поклясться чем угодно: до последнего вздоха он был абсолютно разумен.
— Но тогда, выходит… он действительно хотел убить меня? — Я был потрясен и раздавлен этой мыслью.
— Хотел бы — убил. Я с самого начала так считал. Ну какое сопротивление мог ты оказать ему тогда? Ему — сильнейшему воину и магу!
— Но…
— Не знаю. И тогда не знал, и сейчас не понимаю, — грустно взглянул на меня Знающий. — Одно могу сказать точно: раз он так поступил, значит, был уверен в необходимости этого шага. Он ведь не только собой рисковал.
Мы растерянно замолчали. Ночь окончательно вступила в свои права, и по периметру внешней стены зажглись маленькие огоньки. Дина, задумчиво глядя на звездное небо, пощипывала свой любимый виноград и прислушивалась к нашему разговору.
— А чем он занимался перед гибелью? Может быть, сказал или намекнул как-то? — спросила она.
— Мне он ничего не говорил, — покачал головой шаенг, — но я уверен, что он оставил послание. Я думаю, оно в Источнике. И Старейшины так считают. А что до того, чем он занимался, то узнать об этом вы можете в месте прихода. Последние годы перед гибелью он почти ежедневно бывал там, изучая имеющиеся материалы и экспериментируя с магией.
Заметив недоуменный взгляд Дины, я пояснил:
— Гристн, Дина не знает о нашей расе. Я хотел попросить вас рассказать ей, вы знаете об этом больше меня.
Задумавшись, Знающий пробежался взглядом по горящим огонькам.
— О нашей расе мало известно даже нам, наши предки постарались уничтожить всю информацию. Мы, Дина, как и ты, пришли из другого мира. Почему, точно неизвестно. Мы знаем лишь, что в нашем родном мире наш народ погибал. Пришла группа примерно из пятидесяти шаенгов; среди них было четыре женщины, но они вскоре погибли. Почему, мы также не знаем. Этот мир нам подошел, мы смогли научиться взаимодействовать с его энергетическим каркасом, сродниться со стихиями. Это и позволило нам выжить. Первоначальной задачей, как мы предполагаем, было переждать здесь какое-то время и вернуться обратно. Но вернуться они уже не смогли. В чем причина неудачи, неизвестно.
Вздохнув, Знающий о чем-то ненадолго задумался, собираясь с мыслями, и продолжал:
— Вот тогда и был установлен первый купол в месте прихода, основан первый город — Оайзир. Род сиреневоглазых — они хранители этого места — так и живет под тем куполом. Не сумев вернуться, наши предки направили все свои силы на то, чтобы закрепиться в этом мире. Все наши способности и возможности были сформированы и адаптированы под этот мир ими, они же создали магию Обряда, связующие браслеты и придумали ритуал призыва Жертв. Так называли девушек доргов — шаенгов они воспринимали как богов. Со временем раса доргов развилась и поклонение переросло в страх и ненависть.
Знающий опять вздохнул.
— Практически всю информацию о себе, о своих магических экспериментах они уничтожили. Нами утеряны те знания, и, надо полагать, мы утратили многие их ресурсы, в том числе возможность влиять на себя. И самое печальное, что мы, несмотря на все старания древних, стремительно катимся к жуткому концу. Твой отец понимал это еще тогда и ради вас, ради будущего нашей расы, пытался найти выход. Чего он добился, неизвестно.
— Знающий, а что вам подсказывают ваши собственные способности? Ведь вашей задачей всегда было указывать нашему народу нужное направление, корректируя существующую действительность, — неуверенно добавил я.
— Видения… Есть ли кому-нибудь дело до Видений сейчас, когда раз за разом шаенги возвращаются без Связанных, впадают в ярость, теряют разум… Ты полагаешь, о таких Видениях хотят знать? — грустно глядя мне прямо в глаза, ответил Знающий.
— Но… — я запнулся, подбирая слова. — Неужели только это?
— Да. За очень редким исключением — твой брат, например. Или есть, к примеру, еще одно… Я видел страшную бойню, где брат пойдет на брата, а Связанных и их детей будут рвать на куски без жалости и милосердия… И так будет, если не придет глава рода, способный подчинить Источник себе, способный вернуть шаенгам надежду и веру в себя, удержав от массового падения. Но Совет обвинил меня в безумии и желании подорвать имеющийся уклад жизни. Кто он, этот глава, и что станет этой надеждой — показано не было. Но вместо того чтобы дать тебе возможность выяснить правду и проверить свои силы, они лишили тебя возможности пройти проверку. Кто знает, возможно, твой отец оставил сообщение, где указал преемника? Ведь очень знаменательно, что оба его сына смогли обрести Связанных. Старейшины сами настолько погрязли в своем закостенелом слепом поклонении традициям, что не видят изменения в мире, а мы, став его частью, должны меняться тоже. Они оплакивают своих живых еще сыновей, проваливших Обряд, и оттого сильнее их ненависть к тебе, но при этом дать своим детям шанс изменить ситуацию они не хотят.
— А про эту кровавую бойню кроме старейшин вы рассказывали кому-нибудь? — вмешалась Дина.
— Нет, зачем порождать панику?
— Расскажите. Не все еще впали в безумие, и получить предупреждение будет нелишним.
— Да, — заметил я, — в остальных родах, где есть глава, обстановка все же лучше.
— Поэтому я боюсь за вас. Старейшины могут пойти на все.
— Спасибо, что рассказали, — поблагодарила Дина. — Теперь многое становится понятнее.
— Дина, мне бы хотелось сделать тебе подарок. Понимаю, что после моего рассказа вы захотите посетить род сиреневоглазых, желая узнать, над чем работал отец Нургха. Вот тебе мгновенный переход. Раздави сиреневую жемчужинку — и ты, и все живое, чего ты касаешься, окажется в Оайзире — городе сиреневоглазых. — Знающий протянул Дине серьгу с жемчужиной.
— Благодарю! — Дина тут же вдела ее в ухо.
Мы посидели еще немного, думая каждый о своем, а потом отправились вниз. Была уже глубокая ночь, когда мы попрощались со Знающим. Провожая его, мы вышли из башни. Возле Источника все так же находились стражи.

ГЛАВА 19

Дина  

Как всегда пристальный и вдумчивый, взгляд главного стража скользнул по нам, задержавшись ненадолго на сережке, которую подарил мне Гристн. Уже засыпая в уютных объятиях Нургха, я вдруг подумала:
— Стражи ведь сообщат Совету, что к нам приходил Знающий!
— Мм… не уверен… им поручили только оберегать Источник от контакта со мной, — сонно пробормотал Нургх.
— Но главный страж так пристально вглядывался в подарок Гристна…
— Ну, наверное, Лингранга просто удивило, что отец сделал подарок Связанной Изгнанника. Такие серьги делает только Знающий.
— Отец?!
— Дина, — его рука успокаивающе погладила мое бедро, — у всех в роду, кроме нас с братом, есть отцы. Лингранг же очень молод, он примерно ровесник Маартха. Думаю, даже Зов еще не получал.
Я потрясенно замолкла. Как все тесно переплелось: сын старейшины стал моим кровником; сын Знающего и лучшего друга отца Нургха — глава отряда защитников рода и наш основной противник в случае любого вооруженного конфликта с Советом. Про Ригарда и Киена, которые мало того что оба наследники своих родов и друзья детства Нургха, так претендуют и вовсе стать частью нашей семьи, и говорить не приходилось. Клубок сплошных противоречий!

Проснувшись на следующее утро, я еще долго валялась в кровати, ленясь встать. Хотелось накрыться одеялом и отгородиться от проблем этого мира, со скоростью лавины наступавших со всех сторон. Изредка сквозь приоткрытое окно до меня доносились отрывистые вскрики и лязг оружия — шла очередная тренировка моего «десанта».
Я как раз раздумывала, чем бы сегодня заняться, когда услышала осторожный стук в дверь и тихий голос Зоель:
— Дина, ты проснулась?
— Да, Зоель, входи, — отозвалась я.
Доргиня плавно приоткрыла дверь, появляясь вместе с подносом, на котором стоял бокал с напитком и блюдце с булочками. Пристроив поднос на краешек стола возле кровати, она присела рядом.
— Дина, сегодня утром Нургх рассказывал Маартху о вчерашнем посещении Знающего. Он сообщил, что вы вскоре отправитесь в Оайзир на Литронию. Я жила на этом континенте до встречи с Маартхом. Наше поселение Рилд — в трех днях пути от купола шаенгов. Там осталась моя семья, и я очень переживаю за них. Отец и брат погибли во время охоты, мы с мамой и сестрами остались одни. А потом и я не вернулась из леса…
Зоель грустно вздохнула и сцепила пальцы рук, прежде чем продолжить.
— Они наверняка считают меня погибшей. Маартх обещал, что мы навестим их, но сейчас это невозможно. Вот я и хотела попросить тебя, если будет время, найти их и передать от меня письмо и подарки. Тебя, в отличие от шаенгов, они не испугаются. Им наверняка очень сложно одним.
— Обязательно! Можешь быть уверена, что мы их найдем и поможем всем, что в наших силах. — Я была рада отплатить Зоель за всю ее доброту и заботу о нас. — Готовь письмо и подарки. Думаю, мы очень скоро отправимся туда.
Если бы я знала, насколько скоро!

Оставшиеся до Совета дни пролетели стремительно. Я то спала, то гуляла по городу в компании Ригарда, Киена и Нургха, то валялась в шезлонге на крыше, наслаждаясь теплом и спокойствием.
В последний вечер накануне оглашения Советом решения произошло необычное событие. Когда вся наша большая компания была в гостиной башни и собиралась уже расходиться спать накануне сложного дня, в дверь решительно постучали.
Маартх выглянул наружу и отступил, пропуская внутрь главного стража. Шаенг спокойно оглядел присутствовавших. На всех лицах читалось недоумение.
— Нургх, — он впервые обратился по имени к моему шаенгу, — ты можешь пообщаться с Источником.
Маартх кинулся к входной двери, Зоель и я одновременно вскочили с диванов. Только Нургх, Ригард и Киен все так же неподвижно вглядывались в стража.
— Это внезапное озарение Совета? — несколько презрительно осведомился Ригард.
— Нет. Это только мое решение, — спокойно возразил Лингранг.
Брови Ригарда удивленно приподнялись.
— Нарушишь прямой приказ старейшин? — прищурившись, спросил он.
— Или это ловушка, чтобы с полным основанием напасть на Нургха без лишних свидетелей?! — яростно крикнул Маартх.
— Зачем ты поступаешь так? — Нургх решительно шагнул к стражу. — Последствия твоего поступка могут быть очень тяжелыми, вплоть до изгнания. Хочешь оказаться на моем месте?
Прежде чем ответить, Лингранг метнул взгляд на меня, а потом, глядя прямо в глаза Нургха, уверенно ответил:
— Я наблюдал за тобой. И уверен, что только ты достойный преемник главы рода. Я верю, что тебе хватит сил подчинить Источник и выяснить причину нападения твоего отца. Я знаю о Видении отца и уверен, что только настоящий глава сможет не допустить этого. Признаю тебя равным и достойным доверия.
Нургх задумчиво разглядывал стража некоторое время, а потом тяжело вздохнул и положил руку на плечо Лингранга:
— Твое доверие много значит для меня, я благодарю за эту веру в мои возможности. Но не могу принять твоего решения, разрушив тем самым твою судьбу, я слишком хорошо знаю, каково это. И это мое решение!
Страж грустно вздохнул, опуская взгляд.
— Они не примут тебя, — тихо, но отчетливо произнес он.
— Я справлюсь с этим. Со своей стороны обещаю: если ты будешь нуждаться в моей помощи, просто попроси воды призвать меня. Я откликнусь на призыв и приду.
Угрюмо кивнув, Лингранг повернулся к выходу.
— У рода Ледяных, — нагнал его расслабленный голос Киена, — достойный главный страж, и это обнадеживает.
Гостиную все покидали молча, было видно, что каждому хотелось попробовать переубедить Нургха, но это было его решение, и никто из нас не мог принять это решение за него.

На следующее утро все встали рано, ожидая появления стражей для сопровождения на Совет. Желания разговаривать ни у кого не было, все размышляли о том, чего ждать от сегодняшнего дня, и каждый для себя решал, как к этому готовиться. Лично я, нервничая, натянула свой родной спортивный костюм и кроссовки, наплевав на все приличия. В нем мне было удобнее и спокойнее, чем в вычурном вечернем платье. Подумав, я и банную сумку перекинула через плечо — увереннее мне с ней как-то.
Путь до башни Совета в этот раз показался мне очень коротким. Я шла, опять окруженная своими шаенгами и стражами. Только Маартха с нами не было. Нургх категорически запретил ему сопровождать нас сегодня. На сей раз никто не выкрикивал оскорбления, но горожане тоже спешили к башне Совета. Шагая рядом с Лингрангом, под впечатлением от его вчерашних действий я не удержалась от личного вопроса:
— А Гристн видел, обретешь ли ты Связанную?
Молодой шаенг нервно вздохнул, искоса взглянул на меня и еле слышно прошептал:
— Он сказал лишь, что это зависит от тебя.
И как это понимать, интересно? Но времени на расспросы не осталось, мы пришли.
В этот раз внутри было значительно больше стражей. Причем сегодня они, практически окружив, отделяли нас и от старейшин. Не успела я сделать и пары шагов, как натолкнулась на переполненный ненавистью взгляд старейшины Вихарда. Моя пятерка кровников вчера вечером отправилась на задание, в ее составе и сынок этого самого старейшины.
Вот и поговорил он с ним! Чувствуется, пользы мне от этого разговора будет примерно как костру от керосина.
Остановившись на прежнем месте, мы приготовились выслушать любой приговор. Я чувствовала, что Нургх, Ригард и Киен напряженно замерли вокруг меня, готовые оказать любое сопротивление. Их не смущало даже наличие в зале всего отряда стражей. Лингранг тоже был рядом.
Старейшины не спешили «порадовать» своим решением. Они молча разглядывали нас, особенно меня. И это беспокоило. И как я ни осматривалась, так и не заметила Знающего. Этот факт тоже не вселял оптимизма. Уже чувствовала, что день закончится пакованием вещей и оперативным выдворением нас за пределы купола.
Наконец центральный старейшина решил завершить затянувшуюся паузу и объявил:
— Мы вынесли справедливое и единственно возможное в данных обстоятельствах решение, — пафосно начал он. — Изгнаннику не место среди нас. Деяние его столь серьезно, что прощение его невозможно. Но Связанную мы обязаны защитить. И наш род не оставит ее, обреченную на жалкое существование с ним.
Это к чему он клонит? Я возмутилась.
Нургх же и вовсе гневно зарычал. Старейшина, не обратив на него внимания и упиваясь собственным величием, продолжал:
— Связанная и жизнь, которую она подарит, будут принадлежать нашему роду! Это станет не только залогом нашей поддержки и ее защиты, но и компенсирует вред, нанесенный Изгнанником роду. Чтобы мы были уверены, что до появления новой жизни он не умрет, его временно заключат в антимагические оковы и запрут в специальной охраняемой башне. Как только новая жизнь благополучно появится, его снова изгонят. На сей раз цена его жизни будет в разы повышена. Мы должны избавиться от него.
Меня охватил ужас. Я думала, что самое плохое, что нас может ожидать, — это отказ от снятия обвинений и новое изгнание. Но плен! Да еще раздельный! А что случится, когда родятся детки, и вовсе представить было страшно! Их отберут, а Нургха уничтожат. Но ведь… и меня тогда вместе с ним! Это такой способ нашего устранения с максимальной выгодой для себя? Да еще с какой выгодой, учитывая пол наших детей!
Я почувствовала, как Ригард, Нургх и Киен рассредоточились вокруг меня, выхватив сорги. Глаза всех троих пылали ярко-алым.
— Старейшины, если кто-нибудь посмеет прикоснуться к этой паре, я гарантирую вам войну! — Ригард был в бешенстве.
— А что касается наследников, то после их гибели мы сообщим обоим родам, что Проклятый Изгнанник, обезумев, напал на них и уничтожил собственными руками, — скорбно вздохнув, возвестил другой Мудрейший. — Полагаю, ваши сородичи пожелают сами поймать его.
Взглянув на Совет, я увидела лишь довольные лица. У нас тут не было надежды на понимание, нас хотели уничтожить и не скрывали этого. Мило улыбнувшись мне, все тот же противный шаенг — папочка Крахара — скомандовал стражам:
— Захватить их! Изгнанника и его Связанную постараться взять живыми.
Все! Как бы ни были сильны мои защитники, но их всего трое, а стражей было значительно больше. Вот она, бойня! Пока только для нас. Прежде чем первые стражи кинулись к нам, я внезапно встретилась глазами с Лингрангом. Он явно пытался что-то передать мне. Постаравшись взять себя в руки, я сосредоточила на нем взгляд. Главный страж медленно поднял руку и коснулся уха, заправив за него прядь волос.
Он что, спятил? У меня волосы из косы торчат? Не до прически сейчас!
И вдруг меня осенило: ухо! Серьга мгновенного переноса!
Мы спасены!
— Быстро все хватайтесь за меня! — закричала я, протягивая руку к уху и наблюдая за тем, как на нас летит волна вооруженных стражей. Еще миг — и мы не успеем. Резко сжав жемчужину, я провалилась в темноту. В последнее мгновение мне показалось, что я увидела толпу янтарноглазых, хлынувшую в зал, и среди них мне даже почудился Соордж. Привидится же такое!
Потом все пропало.

Нургх  

С утра, оставив Дину сладко сопеть в постели, я отправился на поиски Маартха. Видение Знающего не выходило из головы. Как старейшины могли так отнестись к нему? Ведь всем известно, что Знающие никогда не ошибаются. В этом и смысл их таланта — предупреждать наш народ обо всех бедах, чтобы успеть предотвратить их. Брат вместе с Ригардом и Зоель завтракал в гостиной. Рассказав им о Видении, я попросил Ригарда снабдить Маартха и Зоель жемчужинами быстрого переноса, настроенными на нашу башню в Орбдухе.
— И если только что-то начнется, хоть малейший намек на агрессию или всеобщее безумие, сразу хватайте детей и переноситесь, — с металлом в голосе произнес я.
— Да, брат.
Зоель принесла две подвески, в каждую из которых они вложили по жемчужине янтарного цвета, и надели на себя.
Вскоре на тренировку явились и кровники Дины. Совместными усилиями их удалось достаточно неплохо подготовить к заданию моей Связанной. Вечером им предстояло отправиться в Орбдух на встречу с нашими доргинями и янтарноглазыми шаенгами, которые присоединятся к ним. Сегодня мы вместе повторили все детали разработанного плана, а также несколько вариантов его изменения под влиянием обстоятельств. Оставалось только надеяться, что они успешно со всем справятся. Четверо шаенгов сразу же покинули нас, а Крахар задержался.
— Мм… — Он явно не знал, с чего начать. — Сегодня я попытался предупредить отца о своем отсутствии, но он отреагировал крайне сурово. Я бы даже сказал, неадекватно… Мне начинает порой казаться, что он не в себе. Поэтому будьте осторожны и берегите Дину.
Я хорошо ощущал его искренность и беспокойство, поэтому, кивнув, пообещал:
— Обязательно!
Шаенг все так же стоял на месте, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Наконец он решился:
— Простите меня за нападение! Я уверен, что вы не намеренно совершили преступление. Верю вам и признаю равным! — на одном дыхании выпалил он.
Я был смущен и потрясен чувствами этого, по сути, еще мальчика. Не найдя подходящих слов для ответа, я кивнул, принимая его решение. Шаенг поклонился мне и вышел. Это все Дина, под ее порой неосознанным влиянием наши заледеневшие сердца начинали оттаивать. Это затронуло всех шаенгов вокруг нас.
Хотя сейчас было не до сантиментов. Грядущий Совет вызывал все больше и больше опасений. В первую очередь меня беспокоило то, как Мудрейшие распорядятся Связанной. Мысленно обратившись к Киену, который уже осматривал окрестности, я попросил его с утра, до того, как за нами отправят стражей, понаблюдать за башней Совета. Он как целитель в совершенстве обладал умением экранироваться, это позволяло становиться незаметным в любой толпе. В остальном нам оставалось только готовиться к любой развязке.
Утром, едва мы с Диной спустились вниз, от Киена пришла мысль:
— Абсолютно всех стражей рода собрали в башне. Старейшины готовятся к захвату.
— Передай это Ригарду, и пусть он Соорджу сообщит, что на него тут хотят напасть.
— Уже передал. Я и с отцом связался. Пусть старейшины получат сразу два посольства. Хорошо, что главам родов не нужно одобрение на запрос о посещении.
— Маартх, — уже вслух добавил я, — сегодня ты с нами не пойдешь. Это может быть опасно, а рисковать твоей семьей нельзя. В случае чего воспользуйтесь переносом.
Пока мы шли к башне Совета, я ощущал растерянность и беспокойство некоторых стражей. Да, столь явное непорядочное поведение Мудрейшим не простят. Задумываются ли они о том, что станет с родом, если взбунтуются или покинут его сильнейшие воины? Да, они повинуются приказам Совета, но… Может наступить момент, когда они примут решение не подчиняться. И вчерашнее предложение главного стража тому пример. Я очень надеялся, что Совет отнесется к нам объективно, сталкивать воинов из разных родов мне совсем не хотелось. Призыв глав был отчаянной мерой.
Надеждам моим не суждено было сбыться, это сразу стало понятно по тому торжеству и злорадству, что излучали старейшины. Речь же одного из них меня просто взбесила. Отобрать мою семью я никому не позволю! Как же они отвратительны — заставить нас убивать друг друга в угоду их жалкому властолюбию! Убийство себе подобных противоречит нашей природе, это закодировано в нашей крови. Но нам придется оказать сопротивление, чтобы продержаться до прихода глав. И вряд ли при таком количестве нападающих нам удастся обойтись без жертв. С таким Советом род исчезнет однозначно.
Я слишком поздно понял, что мы не приняли в расчет Дину. Когда она крикнула, чтобы мы хватались за нее, у меня в голове сразу мелькнуло — серьга! Но остановить ее я не успел. Обхватив Дину свободной рукой за талию, хотел крикнуть «Остановись!», но она уже раздавила жемчужину. Киен схватил Связанную за руку, а Ригард, как-то невероятно извернувшись, успел ухватиться за ногу, прежде чем нас всех куда-то швырнуло в абсолютной темноте. И кто только настраивал этот перенос? Приземлившись на ноги, я быстро подхватил Дину, не давая ей упасть. Она не подавала никаких признаков жизни! Не задумываясь о том, куда нас занесло, в тусклом свете, который давали мигавшие где-то наверху странные огоньки, я принялся судорожно нащупывать ее пульс.
— Киен! — не своим голосом вскрикнул я. — Дина! С ней что-то…
Договорить я не успел, так как целитель, резко оттолкнув меня, наклонился над нею со светящимися магией ладонями.
— Уф, с ней все нормально, это обморок, просто глубокий. Сейчас придет в себя, — успокоил Киен через несколько минут.
Ригард тоже расслабился после его слов, но потом вновь напрягся:
— Куда был настроен этот перенос?
— Вроде в Оайзир к сиреневоглазым.
— Бывал я у них как-то, но такого местечка мне не попадалось.
Место действительно поражало воображение. В первую очередь размерами. Рассмотреть что-то в этом тусклом освещении было невозможно, но, судя по тому, как разносился каждый звук, потолок и стены находились очень далеко. Здесь оказалось пыльно, и воздух был какой-то застоявшийся. Вокруг высились огромные металлические каркасы. Ничего живого не ощущалось.
Где мы?
Тут Дина зашевелилась, и все склонились к ней, пытаясь помочь подняться.
— Ой, так мне это не снится? Мы что, в подземелье? — удивила она нас первыми вопросами.
— Дина, ты напрасно истратила перенос, мы ждали, когда присоединятся шаенги из других родов.
— Значит, Соордж мне не привиделся… Вот незадача, это я с перепугу. И что там у них будет!
— Да, учитывая, что мы исчезли прямо из-под носа старейшин, да еще и на глазах отца, можно предположить там грандиозный скандал, — усмехнулся Ригард.
— Лучше революцию, — мстительно сказала Дина. — Пора снять с Совета их полномочия и устроить переворот.
— Вот этим и займемся, — ехидно ответил Ригард, — как только сами выберемся. Знать бы еще откуда.

ГЛАВА 20

Дина  

Мне снилось, что я в темноте бегу по какому-то холодному и пыльному бесконечному коридору, а голос, звучащий, кажется, сразу отовсюду, все зовет и зовет: «Найди меня! Ты должна помочь им».
Вдруг все пропало, и я очнулась.
Где я?
Нургх рядом, обнимает. Вот Ригард и Киен, оба смотрят встревоженно. Ах да, я же нас заслала в местное тридевятое царство. Мрачноватое оно какое-то, однако.
— А давайте тут осмотримся, — предложила я.
На меня посмотрели как-то… Нехорошо, в общем. Видимо, день сегодня не мой, вот что значит — рано встала.
Тут я наконец-то собралась с мыслями и огляделась. Появилось ощущение, что нечто подобное я уже видела — большое, темное, продуваемое ветрами и заставленное всем, чем только можно, помещение. Я пошла вперед и уткнулась в какую-то махину, задрав голову, попыталась ее рассмотреть. Она отдаленно напоминала первую модель ЭВМ.
— Что же это за громадины такие? — выразил общее недоумение Киен.
— Это машины, — на автомате ответила я.
И тут же замерла. Нигде в этом мире мне настолько высокотехнологичных механизмов еще не попадалось. Да и не было в них нужды, когда магия есть.
— А мы в каком мире? — напуганная страшной мыслью, спросила я у Нургха шепотом.
Услышали все, и опять на меня та-а-ак посмотрели…
— Дина, мир все тот же, мой, я ощущаю его энергетическое поле. — Один Нургх меня понял.
— А связаться мысленно с кем-нибудь можно?
— Не получается, что-то экранирует наши мысли. — Теперь ответил Киен.
— Будем искать выход сами, как-то же сюда все это доставили.
Мы разбрелись в разные стороны, Нургх держался рядом со мной. Между нами мысленное общение не пропало.
— Это очень скверно, что я так сломала все ваши планы? — Беспокойство из-за того, что отправила нас неизвестно куда, меня не покидало.
— Я вот все думаю, почему Знающий подарил тебе серьгу. Его и на Совете-то не было… Думаю, это судьба, а обижаться на судьбу смысла нет. Зачем-то нам надо было попасть сюда, где бы это ни находилось, — успокоил меня мой шаенг.
Тут мы услышали радостный вскрик Ригарда:
— Кажется, какой-то выход!..
Все собрались возле темного отверстия — вроде бы тут начинался коридор. Вопрос был в том, как идти в темноте. Магические светляки здесь почему-то не срабатывали, но наша мысленная связь с Нургхом работала. Странно это…
Где же мы?
И тут меня осенило: в зале же было освещение, пусть и слабое. Но это лучше, чем ничего.
— Надо поискать, может быть, есть какие-нибудь кнопки или рычаги, которые включают освещение в проходе, — предложила я.
Последующие полчаса мы вчетвером тщательно обследовали каждый сантиметр стены, но, увы, ничего похожего не нашли. Либо мы как-то не так их себе представляли, либо свет зажигается другим способом. В отчаянии я совершенно расстроилась. Чувствуя свою вину, захотелось со злости от всей души топнуть ногой и сказать: «Свет, да зажигайся уже!» И свет зажегся. Впереди мы увидели длинный коридор, освещенный цепочкой маленьких огоньков. Я испуганно замерла, пытаясь осознать происшедшее. Совпадение? Или нет?
Первым пошел Киен, мы нерешительно последовали за ним.
Сказать или нет?
Меня терзала неуверенность — а вдруг все же совпадение? Хороша буду, если разведу тут сейчас панику-истерику, и так неприятностей хватает. Решила молчать.
Мы достаточно быстро продвигались вперед. Коридор ничем примечательным не отличался — довольно широкий, обшитый каким-то металлом, такой же пыльный, как и зал, который мы покинули.
— Похоже, здесь давно никто не бывал, — озвучил общее впечатление Ригард.
Лучше бы и нам тут не бывать, подумалось мне. Настроение было отвратительным. Осознание того факта, что я не только лишила своих шаенгов возможности вывести Совет на чистую воду, но еще и забросила нас неизвестно куда, воодушевления не прибавляло. Да еще и аппетит разыгрался не на шутку. С утра перед встречей кусок в горло не лез, зато сейчас есть хотелось за троих. Сообщать об этом своим спутникам не стала — только переживать будут. Да и где они мне тут еду достанут? Рассуждая таким образом, я подумала: «Где взять еду?» И тут… Не знаю, как и почему, но вдруг поняла, что знаю, где нам ее взять!
— Стойте! — нервно выкрикнула я.
Шаенги мгновенно развернулись, хватаясь за сорги. Я же, не обращая на них внимания, полностью сосредоточилась на своих ощущениях и, прикрыв глаза и выставив вперед руки, направилась туда, куда меня тянуло со страшной силой. Рука уткнулась в стену и продолжала двигаться по ней, что-то нащупывая. Наконец я обнаружила незаметную на вид прямоугольную пластину и уверенно надавила на нее.
Надеюсь, мы никуда не провалимся.
Раздался щелчок, и часть стены плавно ушла куда-то в потолок. Мы с удивлением увидели в образовавшемся отверстии небольшое помещение, оборудованное чем-то похожим на кухонную мебель. Гладкие узкие лавочки-выступы тянулись вдоль стен, между ними стоял такой же узкий длинный стол. Я осторожно протиснулась между столом и лавочкой, продвигаясь к противоположной стене, там уверенно нащупала еще одну пластину и нажала на нее. Из стены выдвинулась прозрачная емкость с небольшими, примерно с куриное яйцо, шариками чего-то мягкого. Под емкостью была стопочка прямоугольных пластин и необычные двузубые вилки. Осторожно подцепив этой вилкой шарик, я отложила его на пластинку и представила греческий салат. Миг — и шарик превратился в мою любимую лимонную тарелку, полную салата. А вот и прототип «кулинарных яблочек»! Обернувшись к шаенгам, я радостно объявила:
— Предлагаю подкрепиться!
Все трое уставились на меня с совершенно нездоровым интересом, явно желая допросить с особым пристрастием. Молчали они, видимо, лишь потому, что пока не решили, с какого вопроса стоит начать.
— Сама ничего не понимаю, — решила я облегчить их задачу. — Я просто словно тут уже была. Но при этом точно уверена, что не была никогда!
Шаенги, так и не решившись прокомментировать мое заявление, по очереди подходили к емкости с шариками, представляя еду. Вскоре мы уже обедали.
— Дина, и что дальше? — спросил Нургх.
Киен и Ригард тоже вопросительно на меня уставились.
— Не знаю, — грустно вздохнула я в ответ, — может быть, стоит отдохнуть и завтра на свежую голову решить? Голодная смерть нам теперь точно не грозит.
— Спать здесь будем? — поморщившись, спросил Ригард.
— Рядом, — уверенно ответила я.
Быстрее всех покончив с едой, я снова вышла в коридор и уже уверенно пошарила рукой по стене. Рука коснулась панели. На сей раз за дверью оказалось помещение с большим и гладким выступом-кроватью, следом я открыла еще одну подобную спальню. Разместиться решили в обеих комнатах — мы с Нургхом в одной, шаенги в другой. Посовещавшись, мужчины решили не спать все одновременно, а дежурить по очереди в коридоре. Первым вызвался Киен.
Меня же просто невыносимо клонило в сон. Сказались и все переживания сегодняшнего дня, и туманность будущего. Отдых мне был нужен как воздух. Увы, где тут находились матрасы или перины, я не представляла, поэтому пришлось устраиваться прямо на жесткой поверхности. Нургх осторожно притянул меня к себе, пристроив сверху, — так мне было достаточно удобно. Уже погружаясь в сон, я отметила, что в другой руке он сжимал сорг.
Внезапно я проснулась от ощущения, что меня кто-то касается. Открыв глаза, осторожно осмотрелась, благо освещение так никуда и не пропало, но, кроме меня и Нургха, в комнате никого не было. В полной тишине лишь спокойное дыхание крепко спавшего шаенга доносилось до меня. Он действительно спал, в этот раз меня разбудил вовсе не изменившийся ритм его сердца. И больше никого не было!
Я осторожно высвободилась из объятий, каждый миг ожидая пробуждения Нургха. Но сон его оставался таким же крепким и спокойным. Мне же было страшно, и причину своего страха я понять не могла. Решила пока не будить Нургха и выскользнула в коридор, рассчитывая присоединиться к часовому, чья очередь караулить была сейчас. Ригард действительно был там. Но он тоже спал. Стоя! Он привалился к стене, грудь его плавно вздымалась и опадала.
Что происходит?
Я потянулась было к шаенгу с намерением разбудить его, но вдруг отчетливо расслышала голос:
— Иди ко мне! — уверенно звал он.
Мои волосы зашевелились от ужаса. Для моральной поддержки я вытянула из сапога янтарноглазого местную разновидность кинжала — длинный острый шип на круглой ручке.
Что же делать?
Но в душе крепла уверенность, что я должна идти.

Нургх  

Проснувшись, я понял, что Дины нет, и оцепенел от ужаса. Продолжая чувствовать ее через связующие браслеты, я точно знал, что она жива, но определить направление не могу — она ощущалась как-то со всех сторон одновременно. Меня прошиб холодный пот: как же я смог допустить ее исчезновение? Я резко вскочил и услышал еще два одновременных вскрика. Бросившись к выходу, столкнулся в коридоре с Ригардом и Киеном.
— Что это было? — встревоженно спросил Ригард.
— Где Дина? — вторил ему Киен.
— Не знаю! Ригард, а почему ты не видел, как Дина исчезла? — рявкнул я в ответ.
Ригард растерянно замолчал. Киен протянул к нему светящиеся магией ладони и вскоре пояснил:
— Это было психологическое воздействие, нас заставили крепко спать. Ригард не виноват. Но кто его применил? Никого живого не ощущается…
Целитель, прикрыв глаза, принялся сканировать доступное пространство. Я занимался тем же.
— Исчез мой ньял, — заметил вдруг Ригард, — я его всегда ношу в сапоге.
Меня трясло от беспокойства, казалось, что мы теряем драгоценное время, рассуждая здесь, вместо того чтобы броситься на поиски Дины. Все это время я отчаянно звал ее мысленно, но ответа так и не дождался.
— Разделимся! Я пойду вперед по коридору, вы — назад в зал! Необходимо ее найти!
Я и сам не верил, что наши поиски дадут результат. Киен был прав — все органы чувств подсказывали, что, кроме нас, рядом нет никого живого. Отбросив рассуждения, я кинулся вперед, вглядываясь, прислушиваясь и принюхиваясь, чтобы не пропустить ни малейшего намека на присутствие моей Связанной. Но ничто не указывало на то, что она прошла здесь. Мое движение вперед остановила глухая стена, которой заканчивался этот коридор. Сколько я ни ощупывал ее по примеру Дины, никаких пластин для открывания так и не нашел.
Разозленный и снедаемый страхом, я вернулся назад к месту ночевки. Лишь одно удерживало от безумия, гневной волной готового накрыть меня, — браслет все так же оставался на мне, значит, она жива! В коридоре, в том же месте, где мы расстались, прямо на полу, сдавив виски руками и сощурив глаза, сидел Киен. Ригарда нигде не было видно.
— Где Ригард? Вы осмотрели зал?
— Он ушел один, — с усилием прошептал целитель.
— А ты почему… — начал было я, но потом, не договорив, побежал в сторону зала, откуда мы пришли.
Навстречу уже шел Ригард. Один. Неужели и от меня веет такой жуткой паникой? Мы вернулись к исходному месту, предстояло решить, что делать дальше.
— Киен, что с тобой? — Ригард остановился при виде скрючившегося у стены шаенга.
В ответ целитесь медленно приподнял голову и, распахнув мутные, полные боли глаза, посмотрел на нас:
— Пытаюсь не терять связь с ребенком. Очень трудно, но временами получается пробиваться. Это не магия — связь наших аур на энергетическом уровне, поэтому ее не так-то просто заблокировать. Но тут ощущение такое, что Дина закрыта сплошным экранным полем, поэтому очень тяжело поддерживать контакт.
— Твоя аура связана с ее… — потрясенно прошептал Ригард, не отводя взгляд от друга, — но это значит…
— С одной из них, — бросив на меня вопросительный взгляд, пояснил Киен быстро.
— Две? Две девочки… Не представляю… — шокированно бормотал Ригард. — Если мы не найдем Дину и не спасем их, не имеет смысла возвращаться.
— Какие ощущения от ауры ребенка? Можно что-то предположить о том, что с ними происходит? — с затаенной надеждой спросил я, отмахнувшись от Ригарда.
— Надо ждать. От нее идут импульсы спокойствия и уверенности — полагаю, это означает, что маме ничего не угрожает. Это все, что я могу почувствовать.
Мы с некоторой долей восхищения смотрели на целителя: вот это мощь!
Все же спокойно ждать я был не в состоянии, слова Киена несколько успокоили меня, но до уверенности в благополучное возвращение Дины было еще далеко. Мы с Ригардом начали обследовать стены коридора, пытаясь найти панели, а за ними и другие помещения. Вдруг Дина в одном из них, раз ее окружает экранирующее поле и расстояние до нее определить невозможно. Она может быть и совсем рядом, даже за соседней стеной! Эта мысль подстегнула и заставила до конца дня тщательно ощупывать каждый кусок стены ненавистного мне уже коридора. Но то ли нам не везло, то ли Дине помогало что-то сверхъестественное, — обнаружить ничего не удалось. К тому же все время, которое мы там копошились, меня не покидало ощущение, что за нами наблюдают. При этом никого живого рядом мы так и не чувствовали, а я бы не дожил до сего дня, если бы не доверял своим ощущениям. Мой инстинкт упорно твердил, что тут опасно.
Мы периодически обращались к Киену, и он все так же продолжал обнадеживать нас. Мы не ели целый день, и даже мысль о еде вызывала у меня спазм. Дина наверняка тоже голодна. От безнадежности хотелось просто крушить все вокруг, но я понимал, что это признак подступающего безумия. Потерять Дину для меня значило потерять смысл жизни, само желание жить. Скованный страхом за безопасность Связанной, боязнью не найти ее, я в отчаянии опустился рядом с Киеном. Он давал мне последнюю надежду. Обхватив колени руками, я изо всех сил мысленно призывал Дину…
Внезапно мы оба с Киеном вздрогнули, и я почувствовал ее! Услышал мысленный голос, безумно усталый, но такой родной:
— Я иду, не волнуйся.
Вскочив, я принялся озираться по сторонам, пытаясь понять, откуда ее ожидать. Киен и Ригард напряженно наблюдали за мной.
— Она отозвалась, сказала — идет, — пояснил я.
На звук отъезжающей панели прямо напротив нас мы отреагировали стремительными взмахами сортов. Но это оказалась Дина. Выглядела она жутковато — лицо настолько бледное, что казалось серым, глаза ввалились, в них — ужас и страдание. Опираясь на стену, она шагнула к нам и буквально рухнула мне на руки.
— Все потом, я в порядке. Знаю, где выход, завтра уйдем. А сейчас — спать, — невнятно пробормотала Дина и уснула прямо на моих руках.
Я отнес ее в комнатку и переложил на выступ, на котором мы спали. Скатав свою куртку, подложил под голову, а ее банным полотенцем укрыл сверху. Руки немного подрагивали, мне все еще не верилось, что она благополучно вернулась.
— Можешь понять, что с нею? — спросил я целителя.
Киен, который выглядел немногим лучше Дины, сразу согласно шагнул из коридора, откуда они с Ригардом наблюдали за моими действиями. Поднеся светящиеся ладони к Дине, Киен ненадолго замолк.
— Она здорова, дети тоже в порядке. Но очень сильное умственное и физическое истощение — она пережила глубокое потрясение. Я сейчас постараюсь ее подкачать энергией, за ночь она немного восстановится.
Всех нас мучил вопрос — что же случилось с Диной? И где она была? Стена за ее спиной сразу закрылась, и мы не рассмотрели, что там было. Переглянувшись, мы решили сегодня охранять все вместе. Так вероятность не заснуть была больше. Да и пережить повторение сегодняшнего кошмара не хотелось.
По одному сходив за едой, мы расселись у стены вдоль ложа Дины, боясь выпустить ее из вида даже на мгновение. Ее явно мучили кошмары — она металась, что-то неразборчиво бормотала. Я смог разобрать только несколько слов: «уничтожены», «убийца расы», «сандарелл» и «война». Определенно, услышанное оптимизма не внушало. По-видимому, тут все же есть кто-то настолько сильный, что может полностью экранироваться от нашего восприятия. От такой возможности становилось жутко. И именно с этим кем-то встречалась моя Связанная. Наконец Киен приподнялся и положил светящуюся ладонь ей на лоб, Дина сразу расслабилась и дальше уже спокойно засопела.
Не знаю, сколько часов мы так просидели, но ощущение чужого присутствия не покидало меня ни на миг. При этом, как я ни старался, определить источник беспокойства не удавалось.
Надо выбираться отсюда! А потом прийти сюда уже без Дины.
Это вернуло меня к мыслям о Гристне.
— А почему Знающего не было на Совете? — мысленно обратился я к шаенгам.
— Он накануне ночью покинул наш мир. Я слышал разговоры об этом, когда рано утром наблюдал за башней, — пояснил Киен.
Я был потрясен. Казалось, только вчера мы с ним говорили на крыше… Да, он был на грани, это чувствовалось, но я как-то совсем не ожидал, что это будет наша последняя встреча. Жалко Лингранга.
И последнее, что сделал Знающий, — подарил Дине серьгу, которая перенесла нас сюда. О чем он знал? И что мы должны сделать? И мы ли? Возможно, именно Дина должна была сюда попасть — ведь исчезла она одна, только на нее не подействовал внушенный сон. Да и в том, что мы находимся в Ойазире, я уже не был уверен.
Какие цели преследовал Знающий, когда дарил Дине эту серьгу, уже не узнать, но Дина, проснувшись, даст ответ хотя бы на часть вопросов. Хорошо уже то, что теперь ей известно, как отсюда выбраться. Надеюсь, цена этого знания была не запредельной. Хотя, учитывая состояние моей Связанной при возвращении, это вызывало сомнения. Я ненавидел собственную беспомощность, но ничего другого не оставалось. Только ждать.

Дина проснулась спустя сутки после странного возвращения. Открыла глаза, посмотрела на нас и с грустной улыбкой сказала:
— Готова съесть любого из вас!
Ригард и Киен сразу же вскочили и быстро направились в кухню. Я помог моей Связанной подняться. Выглядела Дина, несмотря на длительный сон, уставшей. Серость с лица сошла, но она оставалась слишком бледной. А глаза… Я с первого взгляда заметил на белом фоне маленькие кровавые разводы — разрывы капилляров. Что за громадное напряжение могло иметь такие последствия?
— Дина, что с тобой случилось?
— В смысле? — недоуменно спросила Дина, прекратив растирать затекшие плечи.
Я застыл, неверяще глядя на нее.
— Ты помнишь, как пропала ночью и где была?
Теперь уже Дина смотрела на меня в немом потрясении:
— Как пропала ночью? О чем ты? Я же здесь! А вчера мы нашли эту комнатку и вдвоем уснули.
Вернувшиеся шаенги растерянно слушали ее. Мы переглянулись. Ригард молча передал Дине тарелку с салатом и блюдце с булками, а Киен большую кружку с ее любимым кефиром.
— Дина, это было двое суток назад! Мы, проснувшись, обнаружили, что тебя нет, стали искать. Безуспешно. Ты появилась из открывшегося прохода сутки назад и сразу заснула. Мы очень испугались. Ты совсем ничего не помнишь? — Меня переполняло отчаяние, а тревога за будущее грозила перерасти в панику.
— Мне снились странные сны… — задумчиво протянула моя Связанная.
— Какие? — Мы все насторожились.
— Это даже не объяснить… Я толком и сама не помню, какое-то неуловимое ощущение невообразимо прекрасного и ужасающего одновременно. Так странно!
Мы разочарованно выдохнули.
— Когда ты вернулась, то сказала, что знаешь, где выход. — Ригард вопросительно смотрел на Дину.
— Я?! Нет, не… Ой, знаю! — Дина, прекратив есть, сжала виски руками. — Как это странно… Я вдруг поняла, что знаю. Что происходит?
Дина недоуменно смотрела на нас, ожидая объяснений. Тут мне почему-то вспомнились слова Знающего, когда он сказал, что нам не всегда дано сразу осознать все.
— Возможно, ты теперь знаешь то, что не можешь еще осознать? — сам не очень понимая себя, предположил я.
Повернув голову в сторону, наткнулся на задумчивый взгляд Киена. Кто, как не он, обретший великую мудрость легендарного острова Познания, мог понять мою мысль.
Дина молчала, задумчиво покусывая нижнюю губу.
— Сама не пойму, как это возможно, но я ощущаю себя иначе. Старше, что ли… А как дети? — вдруг озабоченно нахмурилась моя Связанная. — Киен, проверишь?
Целитель согласно кивнул и приблизился к быстро улегшейся Дине.
— Все хорошо. Растут и развиваются быстро, без отклонений. Ты тоже совершенно здорова, — отрапортовал он вскоре.
— Ну что ж, — поднялась Дина, — давайте выбираться отсюда!
Мы единодушно были «за».
Дина ненадолго прикрыла глаза, сосредотачиваясь, после чего решительно направилась по коридору в том направлении, что я вчера уже обследовал. Стена, до того преграждавшая путь, при ее приближении с громким шумом открылась. Когда пыль осела, мы увидели небольшое круглое помещение. Как только мы все вошли в новый зал, стена за нашими спинами вновь вернулась на место, и сколько я в нее ни всматривался, увидеть стыки скрытого хода не смог. Если бы мы только что сами там не прошли, не поверил бы, что это возможно.
— Дина, как ты…
Я только собрался выяснить у Связанной, каким образом она смогла открыть проход, как внезапно распахнулась дальняя дверь, и через нее ворвалась толпа вооруженных сапфировоглазых шаенгов.
Стражи мгновенно окружили нас, заставив рассредоточиться вокруг Дины и также выхватить сорги. Вперед выступил сразу узнанный мною Нитрок, глава Сапфирового рода.
— Как вы здесь оказались? — Голос шаенга буквально звенел от ярости.
Он задержал взгляд на Дине, а после перевел взгляд на меня:
— Значит, возвращение Проклятого Изгнанника не слухи… Всех задержать!
Мы с Ригардом и Киеном, несколько озадаченные таким поворотом событий, тут же почувствовали странные разряды, мгновенно лишившие способности двигаться. Дина резко вскинула руки в предупреждающем жесте и закричала:
— Прекратите!
Но прежде чем она успела продолжить, Нитрок одним прыжком оказался рядом с Диной, схватил ее за локоть, а другой рукой раздавил жемчужину быстрого переноса. Они оба исчезли.
Меня тут же накрыло волной глухой ярости.
Да как он посмел!
Я не успел. Она. Опять. Пропала. Жуткий страх за мою Связанную и гнев на наглого соперника взорвались в моей голове бурей абсолютного безумия. Не думая о последствиях, я впервые использовал сразу всю свою силу и обратился к крови. Она буквально вскипела, разрывая сковавшие тело узы. Я прыгнул вперед, атакуя стражей, и одновременно с этим призвал их кровь к подчинению, стремясь охватить всех сиреневоглазых. Сметая своей силой сопротивление шаенгов, я заставил их тела замереть. В голове билась лишь одна мысль: уничтожить! Не сознавая того, что происходит, я был готов снести головы всем причастным к исчезновению Дины.
Почувствовав атаку сбоку, я инстинктивно развернулся, раскрутив сорг. Рубиновые глаза и такие родные черты лица заставили вспыхнуть искры памяти и вернули сознание. В последний миг я успел остановить сорг, замерший возле шеи шаенга. Рултаргх! Отец Киена, глава Рубинового рода и еще один шаенг из моего счастливого детства. Тоненькая струйка крови сбегала по голубоватой коже. Я услышал умоляющий голос Рултаргха:
— Нургх, остановись! Он не причинит ей вреда, а ты лишь ухудшишь свое положение!

ГЛАВА 21

Дина  

Я приходила в себя медленно. Было ощущение, что получила по затылку чем-то увесистым. В голове сплошной туман, в висках пульсировала боль, во рту — металлический привкус и уши заложены. Хотелось застонать, но я сдержалась. Почему-то не покидало чувство опасности и какой-то иррациональности происходящего. И тут в голове вспыхнуло: «Нургх! Нападение! Меня же опять похитили!»
Я резко распахнула глаза, морщась от сильной боли, и уперлась взглядом в сиреневую витиеватую татуировку на широкой мужской груди. Потрясенно подняла глаза выше и увидела нахальную улыбку развалившегося рядом шаенга. Того самого, что приказывал стражам в зале, того, который украл меня. Вблизи я хорошо разглядела сапфировую радужку глаз — его родовую особенность. Эти великолепные глаза рождали во мне очень необычное ощущение, словно я встретила давно забытого друга детства, который за прошедшие годы вырос и изменился до неузнаваемости, но вот какой-то жест или знакомая улыбка вмиг воскресили все былые чувства и воспоминания. И кажется, что не было этих лет разлуки, а все эти годы мы провели рядом.
О чем я вообще думаю? Это что — магия?
И тут меня посетила страшная мысль. Я перевела взгляд на себя… В одежде, в своей…. Мои нервные метания вызвали у шаенга короткий смешок:
— Рад видеть тебя, долгожданная!
И что он этим хочет сказать?
На расшифровку намеков мозг все еще был неспособен, хотя в голове начинало понемногу проясняться. Меня захлестнули гнев и бешенство, и я знала, что это не мои эмоции. Нургх!
— Напрасно веселитесь. Надеюсь, вы понимаете, что оставили своих соплеменников на верную гибель?
Сиреневые глаза ничуть не утратили задора.
— Уверен, что до этого не дойдет. Там Рултаргх, он не допустит гибели шаенгов от руки Нургха. Кстати, я — Нитрок, глава рода.
— Рултаргх?
— Отец Киена, глава Рубинового рода, — самым светским тоном ответил мой собеседник.
Проигнорировав все его попытки наладить дружеское общение, я резко села на кровати и спросила:
— Зачем надо было это делать?
Выражение лица шаенга наконец-то изменилось, на нем отчетливо стали заметны серьезность и решительность.
— Ты нужна мне. Это не так просто объяснить, но ты очень нужна мне, просто поверь!
— В качестве кого? — все же решилась уточнить я, осторожно спуская ноги с кровати.
В глазах все еще мелькали серые мушки — эти жемчужины переноса явно не станут моим любимым средством передвижения. Да и тревога за Нургха и наших спутников после слов шаенга лишь возросла.
— Мм… Для начала — в качестве напарницы в путешествии, — последовал ответ.
— П-путешествии?! — Я от изумления начала заикаться. — Это невозможно. Я не в том состоянии, чтобы путешествовать, особенно в нежелательной для меня компании. И неужели ты считаешь, что мои спутники тебе это позволят?
— Не в том состоянии? — Шаенг недоуменно обвел меня взглядом и обратил внимание на ставший уже заметным животик, который обтянуло футболкой. — Что до твоего согласия или одобрения твоих сопровождающих, то это не имеет для меня значения. Ты отправишься со мной.
— Это не просто мои сопровождающие, — теперь уже гнев был моим собственным, — Нургх — мой Связанный!
Шаенг хмыкнул:
— Пусть и досадная, но только помеха. А меня сейчас ничто не остановит.
Так! Надо собраться и спокойно все выяснить! К тому же у меня есть два браслета вызова.
Рука сама дернулась в сторону янтаря.
— Не советую этого делать, если дорожишь его жизнью, — все тот же любезный тон, — это защищенная территория. Он сгорит при попытке перемещения сюда. По этой же причине ты не сможешь услышать Связанного.
Захотелось броситься на него с кулаками, но я прекрасно понимала полную несостоятельность этой идеи.
— Где мы сейчас?
— В моих покоях, — с самой обольстительной улыбкой последовал ответ.
— Ну и отлично, — стараясь максимально скопировать оскал Ригарда, ответила я, — значит, скоро здесь будет Нургх.
— Увы, долгожданная, но к этому торжественному моменту нас здесь уже не окажется, — все тем же любезным тоном пояснил мне Нитрок.
Может, он тоже безумный? Что ему от меня надо?
— Как вы оказались в том зале?
— Перенеслись с помощью жемчужины. — Я решила не вдаваться в подробности.
Шаенг поднялся с кровати и теперь пристально смотрел на меня. В этом холодном и жестком взгляде не было ни намека на недавний смех и добродушие.
— Рултаргх прибыл к нам сразу же, как только вы исчезли из зала Совета в Визгарде, — проявив прекрасную осведомленность, медленно процедил шаенг. — Соордж остался у льдистоглазых, а Рултаргх волновался за сына и Нургха. Поэтому я снова спрашиваю: как вы оказались в том зале?
Не знаю, откуда, но у меня появилась уверенность, что ему нельзя рассказывать о том, что с нами произошло. Поэтому я собралась с духом, решительно подняла на него глаза и, выдержав его ответный тяжелый взгляд, легкомысленно пожала плечами, показывая, что другого ответа у меня нет. Шаенг угрожающе рыкнул и, схватив за руку, притянул к себе.
— Пойми, мне очень важно знать это! И в первую очередь для того, чтобы предотвратить вред, который возможно был нанесен кому-нибудь из вас, — практически взмолился он.
В душе что-то дрогнуло, и я уже совсем решилась откровенно рассказать ему о наших злоключениях, как вдруг внутри меня четко прозвучал знакомый голос: «Не рассказывай никому!» И я, повинуясь этому совету, опять молча пожала плечами. Шаенг еще долго вглядывался в мои глаза, удерживая за руку. Наконец со вздохом отступив от меня, произнес:
— Мы вернемся к этому разговору позже. А сейчас нам пора.
Я вздрогнула. Внутренняя буря эмоций Нургха уже давно сменилась решительной сосредоточенностью, и это рождало во мне надежду на скорое освобождение. Путешествовать неизвестно куда с этим опасным шаенгом совершенно не хотелось. Инстинкт самосохранения вопил в полный голос, что сейчас это недопустимо. Мне было страшно. Шаенг резко повернулся ко мне и спокойным уверенным голосом сказал:
— Не бойся, я буду заботиться о тебе.
— А может быть… Ладно, я обещаю добровольно отправиться с тобой, но мы возьмем с собой Нургха, — с надеждой в голосе предложила я.
— Нет, это невозможно. Мы должны быть только вдвоем! — Решительный взмах рукой поставил однозначную точку в этом вопросе.
Что за дикие утверждения? Кому это мы должны? Или…
— Это ведь не очередное Видение? Ты не Знающий?
Если еще и этот глава рода решит в родню набиваться, то я… не знаю что, но сделаю что-нибудь жуткое!
— Я не Знающий, — шаенг с интересом наблюдал за моей реакцией, — но наше путешествие имеет отношение к Видению.
Я застонала. Так надоело уже чувствовать себя слепым орудием в руках судьбы, причем кому-то уже известной! Или, может быть, это и есть моя участь в этом мире — быть чьим-то слепым орудием?
Ну уж нет!
— Не пойду! — решительно топнув ногой, я скрестила на груди руки с твердым намерением не делать и шага.
Но куда мне до их возможностей! С усмешкой перекинув мою сумку через плечо, шаенг легко подхватил меня на руки и раздавил очередную жемчужину. Снова последовал провал в неизвестность.

Нургх  

Я медленно опустил сорг, стараясь глубоко дышать. Надо было прийти в себя. И найти Дину! Нельзя сейчас поддаваться эмоциям. Быстро сориентировавшись, я воззвал к крови друзей. Ригард почувствовался сразу, а вот кровь Киена дала ошеломительный отпор. Силен целитель! С трудом справившись, я возвратил обоим подвижность.
— Чем это они нас? — спросил я у Рултаргха про странный способ нашего пленения.
— Это что-то из оружия древних предков. Хранители обладают знаниями об этом, но использовать его возможно только здесь, на запретной территории. — Голос мудрого шаенга звучал взволнованно, он не отводил от меня взгляда.
— Спасибо, что вовремя вмешался. Куда Нитрок перенес Дину? — На разговоры времени не было.
— Не знаю. Он только предупреждал, что ее помощь ему жизненно необходима. Сказал, что будет защищать и беречь ее… — Я, не сдержавшись, ревниво и гневно зарычал, — Он обещал, что вернет ее сразу же, как только она поможет ему.
Мне безразличны были любые планы и интересы Нитрока. Найду его и убью!
Ригард и Киен, бросая гневные взгляды на неподвижных стражей, прислушивались к нашему разговору.
— Где вы были все это время? — попытался рассеять волнение глава Рубинового рода.
— Не сейчас, — резко оборвал я его и, махнув своим шаенгам, бегом бросился к выходу.
Я чувствовал растерянность и тревогу Дины, но на мои призывы она не отвечала, значит, находилась на специально защищенной территории. А это могла быть только башня главы рода! Сейчас, пылая гневом и жаждой мести, я чувствовал себя в силах совладать даже с Источником главной башни и прорваться внутрь. Нитрок уже мог считать себя трупом — простить похищение Связанной невозможно.
Выскочив из зала, я промчался через город к самой высокой башне и остановился у фонтана. Ригард и оба рубиновоглазых следовали за мной. При моем появлении фонтан словно замер, очевидно готовясь к отражению атаки.
Времени на исследование Источника не было. Пришлось действовать грубо. Я представил, что энергия, наполнявшая фонтан, была для него тем же, чем кровь для нас. Мысленно увидев эти потоки, бежавшие напрямую от энергетического каркаса мира, я резко рубанул по ним своей силой, пытаясь на мгновение отсечь, и тут же всей мощью обрушился на эти оборвавшиеся нити, приказывая потерявшимся на миг ручейкам подчиниться. Меня ошпарило волной жара. Странно, что не сгорел заживо! Перехватив управление Источником, я тут же лишил его подпитки. Фонтан взмыл вверх сильной струей и опал, затихнув.
Не мешкая, я рванул к двери. Она послушно открылась под моим напором, без сопротивления пропуская внутрь.
Я опоздал. Запах Дины исходил из спальни. Гневно рыча, я вбежал туда, но там уже никого не было. В слепой ярости, опять нахлынувшей на меня, я разгромил комнату.
— Нургх, — снова попытался образумить меня отец Киена, — он поклялся, что вернет ее, не причинив вреда!
— Куда они отправились? Почему я ее не слышу?
— Не знаю куда. А что до блокирования мысленной связи в паре, то это тоже что-то из фокусов древних.
Громко зарычав от безысходности, я рванул обратно к Источнику. Опустив руку в воду, мысленно настроился на потоки энергии:
— Нитрок, я все равно найду вас! И как только это случится, ты будешь мертв! Клянусь!
Медленно опустившись рядом с Источником, я постарался сосредоточиться на ощущениях, пытаясь уловить хоть что-то, любую эмоцию, любой намек.
— Киен, — вдруг осенило меня, — а ты их чувствуешь?
Шаенг замялся, бросив взгляд на удивленного отца.
— Очень размыто… Похоже на то, что было в коридоре, только менее болезненно. Но уверен, они в пределах континента, не так уж далеко от нас.
Это стоило обдумать. Если не получается связаться мысленно, будем искать обычным способом. Если понадобится, я обшарю каждый клочок мира, но Дину найду.
— Какой ближайший город доргов?
— Наил.
— Вот туда мы и направимся! Обследуем его и территорию рядом, — категорично решил я.
— Можно с вами? — Судя по напряженным взглядам, между Рултаргхом и Киеном шел эмоциональный мысленный разговор.
Я бросил на друга вопросительный взгляд, Киен в ответ медленно кивнул.
— Отлично! — подвел итог Ригард. — А то меня разрывает от любопытства, так хочется узнать, что происходит в Визгарде.
— Сейчас не до этого, — отмахнулся я.
Мы вчетвером быстро вскочили и направились к границе купола Оайзира, не обращая внимания на встречных шаенгов.
— Нургх, — на ходу послал мысль Рултаргх, — надеюсь, ты не оставишь стражей стоять в том трижды проклятом месте беззащитными?
Мне хотелось не просто оставить их неподвижными, а вовсе уничтожить, но теперь я должен был учитывать отношение общества не только лично ко мне, но и к моей семье. Поэтому, пересекая купол, я освободил стражей. Надеюсь, они усвоят этот урок.
Мы без остановок двигались до вечера, и к закату достигли леса, окружавшего Наил. Переночевать решили в нем и выбрали подходящую полянку.
— Киен, — я решил сразу распланировать поиски, — ты, как самый неприметный, завтра отправишься в Наил, осмотришься там. В первую очередь проверь постоялые дворы, ну и слухи пособирай — Дина и Нитрок обязательно привлекли бы внимание. А мы проверим территорию вокруг, если они покинули город, сможем напасть на их след.
Шаенги согласно кивнули, соглашаясь с моим планом действий. Работая вместе, мы быстро организовали привал, и вскоре мясо пойманной дичи запекалось на углях, а мы расселись вокруг в ожидании ужина.
— Что было в башне Совета после нашего исчезновения? Мой отец не пострадал? — Ригард наконец-то получил возможность прояснить ситуацию.
— Мы прибыли немного позже янтарноглазых, поэтому точно не скажу. Вроде бы на вас на глазах Соорджа по приказу Совета напали стражи? В момент вашего переноса отряд янтарноглазых как раз собирался встать на вашу защиту. Когда я решил отправиться следом в Оайзир, Соордж, если не считать бешеной ярости и тревоги за вас, был в порядке. Часть наших воинов остались с янтарноглазыми под его руководством. Большинство стражей льдистоглазых, возглавляемые молодым шаенгом, сыном прежнего Знающего, отказались подчиняться требованиям Совета и атаковать прибывших. Они тоже присоединились к отряду Соорджа.
— Главный страж Лингранг, вопреки запрету Совета, предложил Нургху попробовать покорить Источник у башни главы рода. Он был уверен, что Источник подчинится, — пояснил отцу Киен.
— Согласен! Я, еще когда узнал об изгнании, пытался убедить Совет Ледяного рода в том, что необходимо предоставить Нургху возможность общения с Источником и лишь по его результатам принимать решение. Но Мудрейшие и слышать об этом не желали, твердили только о нарушении устоев и страшной каре. Если бы не Гристн, даже расспрашивать Источник не стали бы, — хмуро добавил Рултаргх. — Сынок, — рубиновоглазый серьезно взглянул на меня, — у меня не было возможности помочь тебе, но не проходило ни дня, чтобы я не жалел о своем бессилии. Я хорошо знал твою семью и никогда не верил в то, что ты осознанно убил отца. Не знаю, что заставило его прийти ночью с сортом к твоей кровати, но у него должны были быть для этого веские основания. Не такой он был шаенг и отец, чтобы подвергнуть тебя этим испытаниям без серьезной причины. Он не мог не понимать, каковы будут последствия для тебя. Верь в него! Время даст ответы на все вопросы. И я очень рад и горд, что твои старые друзья нашли в себе силы и смелость поддержать твое возвращение.
При последних словах шаенги переглянулись и вопросительно посмотрели на меня. Учитывая, что Соордж, пусть и частично, но был в курсе ситуации, я согласился с тем, что и Рултаргх тоже имел право порадоваться за сына, который все же получил шанс обрести Связанную. В ответ на мой согласный кивок Киен мысленно заговорил с отцом. По вспыхнувшему в его глазах изумлению, облегчению и огромной надежде мы все почувствовали тот момент, когда сын поведал отцу о возможной паре для себя. Рултаргх, как никто другой, знал о состоянии, в котором находился Киен при нашей встрече. Видимо, поэтому он так сильно и переживал за сына, что последовал за нами к сиреневоглазым. Радость отца, на глазах которого сын чуть не скатился в бездну, была вполне понятна. Рултаргх замер с закрытыми глазами, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Успокоившись, он бросил на меня единственный, но такой счастливый взгляд, мысленно прошептав: «Ты уже принес нам надежду!»
Я был немного растерян и тронут этой мыслью и его предыдущими словами. Совсем недавно я жил с ощущением всеобщей ненависти, всеми забытый и никому не нужный. С появлением Дины мое окружение стало стремительно меняться. И вот уже все больше и больше шаенгов признавали меня равным и достойным доверия. Надежду принес не я. Это заслуга Дины!

ГЛАВА 22

Дина  

Сколько же можно надо мной издеваться? Не знаю, в чем была причина — или это из-за беременности, или моему организму в силу иномирного происхождения плохо подходил такой способ перемещения, — но приходить в себя после переноса с каждым разом становилось все труднее. Боль, сжимавшая голову тисками, была невыносима — хотелось стонать от отчаяния и жалости к себе. Из глаз от слабости медленно текли соленые ручейки. Как же мне не хватало помощи Нургха или Киена! Вместо них привести меня в чувство пытался порядком напуганный моим затянувшимся обмороком, совершенно чужой для меня шаенг. Как же несправедливо!
На лоб мне осторожно опустили влажную ткань. Ну хоть какая-то помощь…
Почувствовав мое состояние, резко ухудшившееся при переносе, Нитрок доставил меня на постоялый двор в ближайшем городе доргов. В комнате было открыто окно. Приятный ветерок обдувал лицо, даря хоть какое-то облегчение. Сидевший рядом на кровати шаенг умоляюще сказал:
— Мне правда очень жаль, что я вынуждаю тебя так мучиться.
— Если действительно жаль, сними с меня этот блокирующий обруч и позволь вызвать Киена, — собрав остатки сил, прохрипела я.
Шаенг грустно вздохнул и отвернулся.
— Если бы это не было жизненно важно для меня, я бы так и сделал. Но не могу. Мы должны, понимаешь, должны быть только вдвоем! Прости меня…
Лично я никому ничего не должна, а вынуждена страдать. Да и как это отразится на детях, тоже вопрос. Поэтому я категорично потребовала:
— Расскажи мне все! Чтобы я понимала, ради чего мучаюсь.
— Дина, не могу, в Видении четко было указано, что, только будучи в полном неведении, ты сможешь мне помочь. А моя цель слишком важна, чтобы рисковать.
Были бы силы, придушила бы этого кретина…
Задание из разряда «сходи туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что» вовсе не казалось мне жизненно необходимым.
Тут в тазу, в котором шаенг мочил для меня ткань, со странным звуком забурлила вода. Помедлив, Нитрок осторожно опустил в нее ладонь, и тут же его лицо перекосилось:
— Нургх в страшном гневе и клянется меня убить! — Голос звучал как-то обреченно.
Но меня эта новость совершенно не порадовала. Да, я понимала, что меня будут настойчиво искать, но становиться причиной гибели этого, пусть и неприятного мне, шаенга вовсе не хотелось. Перед глазами снова встала картина разрубленного пополам тела. Пожалуй, будет лучше, если меня найдут немного позже, когда гнев остынет и появится способность воспринимать оправдания. Хотя, помня собственнические замашки Нургха, я не была уверена, что тут помогут хоть какие-то аргументы. Вернее, что будет время их озвучить.
— В твоих же интересах будет покинуть город как можно скорее. Но имей в виду, жемчужиной переноса я отказываюсь пользоваться. В этом случае можешь даже не мечтать ни о какой помощи с моей стороны!
Шаенг задумчиво помолчал и предложил:
— А в повозке сможешь?
Я согласно кивнула. Это позволит мне прийти в себя и набраться сил.
— Ты поспи немного, а я схожу в город и договорюсь с ближайшим караваном. В окружении доргов и не касаясь земли, будет шанс успешно замаскировать запах. Это позволит нам выиграть время, да и вряд ли твои спутники смогут предположить такой способ передвижения.
Мои глаза закрылись, и сознание погрузилось в такой желанный сон еще до того, как шаенг покинул комнату. Не знаю, сколько он отсутствовал и как долго я проспала, но, когда почувствовала осторожные прикосновения к лицу, очнулась с ощущением хронического недосыпа. Было одно желание — перевернуться на другой бок, укрыться одеялом и спать, спать, спать.
— Дина, — осторожно прошептал сапфировоглазый похититель, — тебе надо переодеться, а потом я перенесу тебя в повозку. И сможешь спать дальше.
Сделав над собой титаническое усилие, я поднялась. Нитрок протянул темное одеяние знакомого мне вида. Решила, как и в прошлый раз, надеть его прямо поверх спортивного костюма. Натянула перчатки и устало откинулась обратно на кровать. Как же Киена не хватает! Непонятно, почему такое утомление. Может, у меня какая-нибудь разновидность местной болезни?
— На первом же привале приготовлю тебе укрепляющий напиток, — решил приободрить меня шаенг. — Все травы сейчас купил.
Стараясь казаться спокойным, он быстро перекинул через плечо мою сумку, проверил сорг и, подхватив меня на руки, двинулся к дверям. Повернув лицо к его груди, я старалась оставаться в сознании. Так непривычно было не чувствовать рядом Нургха, не иметь возможности мысленно общаться с ним.
Шаенг нес меня очень осторожно. Как только мы вышли из здания, я почувствовала вечернюю свежесть и услышала гомон голосов, раздававшихся с поляны постоялого двора. Путешественников, очевидно, было немало. Это вселяло надежду, что найти нас смогут не сразу. С одной стороны, мне очень хотелось вернуться обратно к Нургху, но с другой — я страшилась свирепого гнева и его последствий. Особенно в свете данной им клятвы.
Благополучно преодолев поляну, Нитрок аккуратно положил меня на что-то мягкое. Приоткрыв глаза, я увидела отдернутый полог и кусочек неба и поняла, что меня уже погрузили на повозку. Укутав поверх одежды покрывалом, шаенг предупредил:
— Первое время будет несколько шумно — мы отправляемся с ближайшим караваном, уходящим из города вечером. Сейчас как раз собираются повозки. Не знаю даже, куда направимся, главное — уйти отсюда. Как только ты поправишься, я смогу нести тебя сам, и караван мы покинем.
Пояснив ближайшие планы, он задернул полог и отошел. Практически сразу я почувствовала, как тронулась повозка.
Я то проваливалась в беспокойный сон, то просыпалась и долго соображала, где нахожусь, а затем, прислушиваясь, пыталась понять, что происходит снаружи. Сначала действительно было шумно — кроме гула голосов раздавался топот, скрип и рыки животных. Осмотревшись, я обнаружила множество тюков и коробов и еще одно спальное место, примыкавшее к противоположному борту повозки. В следующее мое пробуждение там уже спал Нитрок.
А кто же повозкой управляет? Или они тут у них самоходные? Надо будет выяснить этот вопрос.
И я снова провалилась в забытье.
Сквозь сон почувствовала, что меня пытаются напоить, поднося кружку к губам. Сразу ощутила страшную сухость во рту и, разжав губы, проглотила такую желанную влагу. Приоткрыв глаза, я увидела склонившегося надо мной Нитрока:
— Это укрепляющий напиток, не бойся. Тебе он поможет.
После напитка возникло приятное, расслабляющее ощущение. И снова сон.

Проснувшись в очередной раз, я наконец-то почувствовала себя лучше. В голове не шумело, меня не мутило, и появился аппетит. Над ложем Нитрока был частично приподнят полог, что позволяло свежему ветерку обдувать лицо, принося приятные ароматы трав. Мы двигались через степь, простиравшуюся до самого горизонта.
Потянувшись, я зевнула и присела на матрасе. Повозка при движении немного покачивалась. Неожиданно, прямо на ходу, приподнялся полог с моей стороны. И я увидела обеспокоенного Нитрока:
— Как состояние?
— Вроде бы нормально, — неуверенно ответила я. — Есть очень хочу. Да и умыться не помешает.
— Еду сейчас дам, а вот с купанием надо ждать до привала. В караване повозкам нежелательно делать отдельные остановки.
— Долго я спала?
— Почти сутки. День идет к закату, — услышала невозмутимый ответ.
Шаенг легко запрыгнул в повозку и принялся рыться в вещах. Вытащив два «кулинарных яблока» и фляжку, Нитрок передал их мне. Я создала себе целую курицу-гриль в лаваше и блюдо соуса. Нитрок откинулся к борту и спросил:
— Откуда ты такая?
Я подавилась от неожиданности. Прокашлявшись и отхлебнув из фляжки, как оказалось, все того же укрепляющего напитка, я, скромно опустив глаза, ответила:
— Меня мама учила злым похитителям о себе не рассказывать.
Я отметила его усмешку и решила тоже кое-что прояснить:
— А почему дорги тебя не боятся?
— Моя специализация — живые магические иллюзии. Поэтому они воспринимают меня не как шаенга, а как одного из своей расы.
Мне вспомнилось сиреневая татуировка на его груди.
— Тату?
— Да, это знак иллюзиониста.
— А повозка? Как она движется? Это тоже часть иллюзии?
Шаенг недоуменно посмотрел на меня, а потом потянулся вперед, скатывая полог и открывая мне вид на двигатель нашего транспортного средства. Это был светло-бурый ящер в упряжи. Он бодро тянул нашу телегу вперед, вслед за другими такими же.
— А как он… сам? — Я от удивления не знала, как закончить вопрос.
Но шаенг меня понял:
— Их с детства обучают ходить в караванах, не выбиваясь из строя даже в темноте.
— Так он не разумный?
Нитрок снова окинул меня задумчивым взглядом, после чего спокойно разъяснил:
— Тащить повозку во втором теле перевертыш согласится лишь в случае полного отсутствия средств. Это же тяжело, а ящеры очень выносливы, могут долго обходиться без еды и воды. И для этого достаточно отпустить их на волю, а назад они приучены возвращаться сами.
— А ты узнал, куда движется караван?
— Да. В Странт, это большой город-порт на другой стороне Литронии. Там они закупятся морскими дарами и привозными товарами и пойдут обратно.
— А как мы его незаметно сможем покинуть?
— Не все следуют с караваном до самого конца. Так и мы, — останемся в любом поселении, продадим или бросим телегу и…
— А куда нам надо? — Я решила рискнуть и поймать его на слове.
— Да я и сам не знаю… — Шаенг резко дернулся, осознав свой прокол.
Недобро прищурившись, Нитрок взглянул на меня и зарычал. Но мне было не до его реакции. Ответ поразил меня значительно больше: вот уж воистину — туда, не знаю куда!

Нургх  

Спал я плохо — тревога за Дину не давала расслабиться. Она и так полностью не восстановилась после странного исчезновения в подземелье, а тут опять похищение, да еще с какими-то сомнительными мотивами. Я пролежал почти до рассвета, предаваясь неутешительным размышлениям. Ригард и Киен тоже нервно ворочались, а Рултаргх вызвался нести ночную вахту. Так что непонятно, зачем мы вообще решили ждать до утра, надо было приступить к поискам сразу.
Позавтракав остатками печеного мяса еще до наступления рассвета, мы начали действовать согласно оговоренному вчера плану: Киен отправился в Ниал, а мы, разделившись, начали изучать прилежащие к поселению территории. Город доргов окружали плодородные равнины, покрытые высокими травами. Изредка встречались яркие островки леса. Ближе к городу начинались возделанные поля. Ниал славился своими земледельцами. Плоды их трудов продавали по всему континенту и даже кораблями перевозили на другие. Из города вели три дороги: одна большая и широкая, по которой передвигались торговые караваны, и две небольших — к маленьким лесным поселениям чуть поодаль.
Ригард вызвался исследовать эти поселения и дороги к ним. Была вероятность, что Нитрок предпочтет дождаться, когда мы покинем эти земли, и уже тогда продолжит двигаться дальше.
Нитрок был старше меня, он уже стал действующим главой рода. До этого я видел его лишь раз — когда он, как наследник главы рода, прибыл в Визгард с поручением от хранителей. Он посетил нашу башню, долго общался с отцом. Если прибавить к этому слова Гристна о том, что отец много времени проводил в Оайзире, можно утверждать однозначно, что они были хорошо знакомы. В памяти неожиданно всплыли слова отца, сказанные им как раз после того разговора в нашей башне. Он заметил, что видит в этом шаенге достаточную отвагу и искренность, чтобы стать мне поддержкой. Тогда я не воспринял его слова всерьез. Какую поддержку мог оказать мне, в то время и не думавшему ни о каких невзгодах, этот сапфировоглазый? А уж сейчас, после похищения моей Связанной, нас и вовсе мог ожидать только один вариант развития отношений — поединок до смерти.
Размышляя таким образом, я не переставал принюхиваться, методично обследуя земли. Цветущие луга, небольшие рощи и озера просто кишели разнообразной живностью — я отчетливо улавливал их запахи. После веков обитания в скудной пустыне это место казалось идеальным. Если бы только мы были здесь вдвоем с Диной! Я мысленно снова и снова призывал Связанную, храня робкую надежду на отклик. И тут, как ответ на мои заветные желания, в разноцветье запахов на мгновение мелькнул ее аромат. Мелькнул и пропал. Я замер, напряженно внюхиваясь в окружающий мир, пытаясь определить источник или уловить направление. Но, увы, аромат пропал. Медленно, боясь всколыхнуть воздух резким движением, я двинулся назад. Закрыв глаза, сосредоточился на этой всегда изменчивой субстанции — воздухе. И наконец-то смог уловить уже практически истаявший след Дининого запаха, ее аромат. И его — Нитрока. Да, они тут стояли чуть больше суток назад. Я огляделся: небольшая роща ришкана, от которой вела тропинка в направлении Ниала. Следуя по ней, я убедился, что перенесясь в рощу, Нитрок с Диной на руках отправился в город доргов.
Как же я жалел теперь, что мы не пошли обследовать город вчера до заката! И какое мне дело до паники доргов! А сейчас? Какова вероятность, что они еще в городе? И сможет ли Киен обнаружить их следы?
— Киен! — мысленно закричал я. — Они точно входили в город! Ищи их!
— Уже, — пришел лаконичный ответ.
Зная немногословность и сдержанность друга, на большее рассчитывать не приходилось. Меня же волновала другая мысль: если за прошедшие сутки они покинули город, то как? Способов было немного — или пешком, или в повозке с торговым караваном. Оставался и еще один, маловероятный и крайне невыгодный для нас вариант: Нитрок мог нанять дорга со второй ипостасью ящера для полета. Будь это кто-то другой, такой вариант бы не рассматривался, но Нитрок — мастер иллюзий, поэтому дорги без страха шли с ним на контакт, воспринимая его как себе подобного. Для нас же это означало долгие и бесплодные поиски. В итоге мы бы все равно нашли их, но, учитывая положение Дины, времени у нас не было.
Я продолжил поиски, но других следов моей Связанной или ее похитителя не обнаружил. Оставалось надеяться, что остальным повезло больше. Очень хотелось обследовать и главную дорогу. Я пронесся вдоль нее, незаметный глазу доргов, но уверенности, что я уловил все, у меня не было — слишком уж оживленное движение, за сутки прошло несколько караванов, смешивая и размывая запахи. Если Дина и Нитрок покинули город сразу после прибытия, да еще в повозке, то уловить их запахи, давно растворившиеся в этой мешанине ароматов, было почти невозможно.
Удрученный такими мыслями, я вернулся к месту ночевки. Там уже были Ригард и Рултаргх.
— В отдаленных поселениях их точно не было, и к городу с той стороны они не подходили, — сразу же известил меня друг.
— И мне нигде не попались их запахи, — покачал головой глава рубиновоглазых.
— Место переноса было в той части, что обследовал я. В город они точно входили. Сутки назад. Теперь ждем, что сообщит Киен.
— На месте Нитрока я бы там не задержался, — тут же откликнулся Ригард. — Только бы не на драконе улетели…
Тревога за Дину грозила перерасти в панику.
Рултаргх принялся чистить пойманную по пути рыбу, мы с Ригардом развели огонь. Ждали возвращения целителя.
— Я предупредил наш род. Рубиновоглазые шаенги рассредоточатся по материку, возможно, кому-то удастся заметить Нитрока и девушку, — порадовал меня новостью глава рода.
Это повышало наши шансы сократить время поисков. Покинуть Литронию они могли только через пропускные ворота, что вели к рубиновоглазым, либо на корабле, но в сезон холодных ветров последний вариант был маловероятен. В городе рубиновоглазых их тоже сразу задержат. Круг поисков сужался до одного материка, но это при условии, что у Нитрока нет с собой жемчужин переноса.
Киен появился неожиданно; усевшись у костра, он начал быстро рассказывать:
— Нашел постоялый двор, где они останавливались. Хозяин упомянул, что спутница молодого дорга плохо себя чувствовала, поэтому он попросил отдельную комнату, ссылаясь на то, что так ей будет удобнее.
У меня перехватило дыхание: Дине все еще плохо после проклятого подземелья, а Нитрок мучает ее, заставляя путешествовать с ним. Убью! Беспощадно!
— Они там пробыли совсем недолго. Мне удалось по запаху найти место, где санфировоглазый в образе молодого дорга укладывал Дину в повозку. Было это тем же вечером, что они пришли в город, — запах еле уловим. Получается, они в одном из ушедших караванов и опережают нас на сутки.
— Вот только куда направляется этот караван — неизвестно. Да и вряд ли они будут путешествовать с ним до конца пути, — задумчиво протянул Ригард.
— Можно двигаться следом и тщательно изучать каждое место стоянки каравана, — предложил Рултаргх.
Мы дружно принялись за еду — за день все очень проголодались, а впереди нас ждала погоня, поэтому силы следовало восстановить. Вокруг стремительно темнело, последние лучи заходящего светила окрашивали мир в яркие краски, близился закат.
— Нургх, — пришла спокойная мысль Ригарда, — ты уверен, что Нитрок заслуживает смерти?
В ответ я просто послал ему гневное рычание, недоумевая, как он вообще может в этом сомневаться.
— Подумай, как это воспримет Дина. Да и тебе убийство главы Сапфирового рода никогда не простят. Ты уже не будешь в положении защищавшего свою жизнь. Он ведь мог улететь на драконе или перенестись, уверен — у него есть жемчужины. Но из-за самочувствия Дины он выбрал пусть и опасный для себя, но наиболее комфортный для нее способ передвижения. Я не призываю тебя оставить его безнаказанным, меня и самого переполняет возмущение, но необходимо хотя бы разобраться, почему он поступил так.
Мне подобные мысли казались абсурдными.
— Посмотрел бы я на тебя, если бы на месте Дины была твоя Связанная! — зло рыкнул я в ответ.
И тут же осознал, что сказал, увидев сразу погрустневшие глаза друга. В каком-то смысле он тоже на моем месте сейчас. Решив загладить свою грубость, бросил:
— Ладно, я подумаю над твоими словами.
Закончив с ужином, мы затушили огонь и тщательно скрыли следы своего пребывания. Пора было отправляться на поиски каравана.
Я надеялся, что уже завтра найду свою Связанную.

ГЛАВА 23

Дина  

Повозка резко качнулась и замерла.
— Вот и привал, — все еще раздосадованно поглядывая на меня, проворчал шаенг.
Меня крайне воодушевила возможность немного размяться, к тому же было интересно понаблюдать за путешественниками и рассмотреть ящера.
— А лишнего внимания я не привлеку? — На всякий случай я решила проявить благоразумие.
— Скоро совсем стемнеет. Но капюшон не снимай и никуда не отходи! — предостерег шаенг, спрыгивая на землю и помогая мне спуститься.
Местность чем-то напоминала степь, но степь весеннюю, яркую, цветущую. Караван остановился у дороги, повозки разместили небольшим полукругом. Вокруг уже суетились караванщики и пассажиры. Присмотревшись, я обратила внимание на несколько кострищ, рядом с которыми лежали крупные камни и деревянные чурки, видимо, это место было постоянной стоянкой. В лучах заходящего светила, на фоне далекого, колышущегося в мареве травы горизонта все казалось каким-то нереальным. Мне, жительнице мира стремительного транспорта, огромных вокзалов и аэропортов, все эти деловито суетящиеся дорги, готовящие ужин и разминающиеся после утомительного путешествия в повозках, казались чем-то сказочным и ненастоящим. Словно я находилась на съемках исторического фильма. Сейчас режиссер махнет рукой, щелкнет хлопушка — и мир вернется в привычный формат. Присев на ближайший камень, я наблюдала за происходящим, но как-то со стороны, даже мысль о том, чтобы принять в этом участие, казалась чуждой.
Из транса меня вывел подошедший караванщик. Он, поочередно обходя все повозки, распрягал тягловых ящеров и отправлял их на выпас. Ящер, услышав странный визг, махнул длинным хвостом и быстро ускакал вдаль. А я его так и не рассмотрела толком! Тут караванщик повернулся ко мне, смахнув капюшон с головы, и я поняла, что это была доргиня. Шаенг, который уже развел костер, пристроил у его края котелок и что-то помешивал в нем, тоже это понял и мгновенно застыл, обеспокоенно уставившись на направлявшуюся к нам женщину.
В чем дело? Они что — знакомы?
— За территорию стоянки ночью не выходить. Из вас кто-нибудь меч или арбалет в руках держать умеет? — деловито поинтересовалась доргиня.
— Э-э-э… — Я украдкой из-под капюшона бросила взгляд на Нитрока, ожидая его знака.
Но шаенг, застыв соляным столбом, пялился на доргиню и молчал. Мне даже показалось, что он дышал через раз. Доргиня, между тем уже несколько недоуменно приглядываясь к нам, подошла вплотную к костру и остановилась напротив шаенга.
— Так что, ничем не владеете? — уточнила она, разглядывая оружие на его поясе.
Поняв, что ситуацию необходимо спасать, я решительно возразила:
— Он мечом умеет! — И махнула рукой в сторону Нитрока. — А в связи с чем такой интерес?
— Да последнее время участились нападения на путешественников. Особенно в лесах. У нас, конечно, караван большой и охрана есть, но подстраховаться не помешает. Вот и предупреждаю тех, кто умеет сражаться, чтоб в случае нападения могли помочь. Да и вообще были настороже, — утомленно пояснила доргиня.
— А кто нападает?
— Неизвестно, выживших нет, поэтому и рассказать некому, — бросив взгляд через плечо на исчезавшее за линией горизонта светило, угрюмо ответила караванщица.
Вот это поворот! Мало того что умыкнули, так еще и жизнью рискуй…
Я, выждав, пока доргиня отойдет на приличное расстояние, свирепо уставилась на шаенга, который наконец-то отмер.
— Ты чего творишь? Что стоял как истукан? Сам же сказал, что тебя все воспринимают как дорга, так чего пугаться? Кто из нас еще внимание привлекает…
Шаенг смущенно и одновременно грустно взглянул на меня, но в ответ промолчал. И тут меня осенило:
— Ты стесняешься?! — Моему потрясению не было предела.
— Кто же знал, что среди погонщиков есть женщина. — Нитрок как-то растерянно пожал плечами и повернулся к котелку.
— Погоди-погоди, — я уже закусила удила и собиралась докопаться до истины любой ценой, — ты же со мной разговариваешь, даже хамишь временами, а при ней почему дара речи лишился? Или понравилась?
Задав последний вопрос, я интригующе приподняла бровь.
— Дина, ты — Связанная, а это — просто свободная женщина, — как слабоумной, пояснил он мне.
Я недоуменно зависла, хлопая глазами и пытаясь постичь логику по-шаенговски. Вот не знаю, обидеться или рассмеяться в ответ.
Для начала попробуем разобраться.
— А ты Зов уже получал? — решила начать издалека.
— Нет, — как-то слишком нервно и быстро ответил шаенг.
— Точно? — подозрительно уточнила я.
— Да! — По рыку поняла, что он уже считает обморок моим лучшим состоянием.
Припомнив состояние Киена, решила уточнить:
— Тянет убивать женщин?
— До последнего момента не тянуло, — услышала в ответ намек.
— А что сказали про Видение? — Увидев отрицательно качнувшуюся голову, быстро поправилась: — Ну хорошо, там было сказано, что ты Обряд провалишь и Жертва предпочтет истерично удавиться на твоих глазах? — Решила быть прямолинейной.
Шаенг подавился. В брошенном на меня взгляде было уже практически обещание удавить меня, причем без истерики. Вот уж точно, от любви до ненависти… В нашем случае — от ожидания. Решив приободрить его, я пояснила:
— А ты думаешь, легко жить, когда у тебя есть Связанная?
Задумчиво оглядев меня, шаенг явно представил себе целую вечность рядом… и дрогнул. Я в ответ довольно оскалилась всеми тридцатью двумя. А вот нечего похищать без разрешения!
— Значит, так… — Шаенг сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — В Видении не было ни слова о том, что я провалю Обряд. И давай не будем больше об этом. В следующий раз постараюсь вести себя нормально. А сейчас ешь и не отвлекай меня. Если кто-то нападет на путников, я должен быть готов. Тебя я защитить обязан.
Уже совсем стемнело. Путешественники рассредоточились вокруг костров. Мы находились ближе к краю стойбища. На фоне ночного неба я различила несколько силуэтов. Наверное, это и была охрана. Мой спутник, прикрыв глаза и медленно потягивая горячий напиток из кружки, настороженно прислушивался к окружающим звукам.
Спиной я чувствовала, что начинает холодать. Я поежилась, глубже натянула капюшон и придвинулась к огню. Шаенг, отреагировав на движение, открыл глаза. Заметив, что меня знобит, недовольно покачал головой:
— Дина, иди в повозку, там теплее. Пора спать. И не бойся, я буду охранять всю ночь.
Решив, что это лучше, чем путаться под ногами, согласно кивнула. Одним глотком допив свой напиток, поднялась и направилась к повозке. Шаенг шел рядом. Отдернув полог, он поднял меня на руки и осторожно уложил на мой матрас, укрыв сверху одеялом. Отошел и, вернувшись со своим одеялом, укутал и им. Потом, положив обе ладони по бокам от меня, прикрыл глаза и сосредоточился. Я тут же почувствовала, как меня обволакивает тепло. Закончив, Нитрок собрался опустить полог, но я попросила оставить его так.
Молча кивнув, он растворился в темноте. Я, немного поерзав, подоткнула угол одеяла под голову и легла на бок. Положив одну руку на выступавший живот, посмотрела вверх. Надо мной раскинулись яркие, но совершенно незнакомые созвездия. Вот уже месяц как я в этом мире. И впервые чувствую себя одинокой. Как же мне не хватает Нургха!

Нургх  

Наступила ночь. Мы, разделившись на пары, быстро следовали вдоль дороги. Темнота позволяла при необходимости выходить на дорогу и спокойно ее исследовать. Несмотря на вторую ипостась, в которой передвижение в темноте не было проблемой, среди доргов не принято путешествовать ночью — караваны обычно останавливались на специальных стоянках, давая отдых ящерам.
Шаенги обладали отличным ночным зрением, вместе с прекрасным обонянием это позволяло вести поиски даже в темноте. Этим мы и пользовались, так как отставали от Дины и ее похитителя на сутки. Нашему стремительному движению ничего не мешало вплоть до ближайшей развилки. Там дорога разделялась на две, которые расходились в разные стороны. Обе дороги дальше пролегали примерно параллельно, в южном направлении до побережья Серебристого океана, обе проходили через крупные и мелкие поселения доргов. Большая часть поселений была сосредоточена на восточном пути, который проходил через лесистую часть материка (именно там дорги предпочитали селиться). Да и для каравана двигаться по территориям, поросшим деревьями, было предпочтительнее — лес лучше защищал от непогоды, служил богатым источником пищи как для доргов, так и для ящеров, изобиловал дровами для костров.
— Вероятнее всего, их караван повернул на восток. Сейчас сезон холодных ветров, и в открытом поле гораздо холоднее. Практически все караваны в это время идут восточным путем, — высказал очевидную мысль Ригард, когда мы все в раздумье застыли на развилке.
В принципе, он был прав во всем, но… У меня было целых два «но». Во-первых, судя по следам и запахам, западным направлением в последнее время активно пользовались, и это настораживало. Довольно странно для этого сезона, но часть караванов шла тем путем, причем в обоих направлениях.
Во-вторых же… Пусть Нитрок и использовал древний артефакт для подавления любого контакта Дины с нами, но какое-то еле уловимое ощущение ее присутствия сохранялось. Едва ли не на уровне подсознания, но я каким-то чудом улавливал направление ее местонахождения. Сейчас меня больше тянуло на запад. С другой стороны, сделав неверный выбор и отправившись не в ту сторону, мы потеряем время, а оно сейчас играло огромную роль. Чем дольше мы их будем искать, тем больше шансов у сапфировоглазого затеряться с Диной на просторах материка и тем ближе появление новых жизней у моей Связанной. Так что права на ошибку мы не имели. Это понимали все.
— У меня ощущение, что они на западе. — Я бросил вопросительный взгляд на целителя, ожидая совета.
Киен стоял с открытыми глазами, но они были настолько пусты, что становилось ясно — он глубоко погрузился в собственные ощущения и вряд ли слышит нас. Но я ошибся. Внезапно моргнув, он внимательно посмотрел на меня и прошептал:
— У меня тоже.
Ригард перевел взгляд с Киена на меня, ехидно усмехнулся, но итог озвучил просто:
— Значит, двигаемся на запад.
Рултаргх согласно кивнул. Мне в очередной раз бросилась в глаза его очевидная молчаливость. Чувствовалось, что рубиновоглазого что-то гнетет. Предпочитая выяснить все из первоисточника, нежели строить догадки, я послал Ригарду мысль:
— Поменяемся. Теперь вы с Киеном побежите вместе, а я с Рултаргхом.
Последний несколько напрягся от нашей рокировки, но спорить не стал.
— О чем ты беспокоишься? — послал я четкую мысль.
— Не могу решить, как поступить. Хочу помочь вам и сыну, но беспокоюсь и за своих — Киен не один был на грани. — Стремительный бег не мешал нам общаться.
Понимая переживания главы рода, я решил немного его приободрить:
— Нам ты и так помог достаточно, поэтому отправляйся в Рисварт. Обстановка во всех родах напряженная, многочисленные провалы Обряда порождают злость и агрессию. Боюсь слишком тебя обнадежить, но, возможно, найдется выход из этого тупика. У Дины есть предположение на этот счет. Киен же просил пятерых шаенгов присоединиться к группе Дининых кровников для выполнения ее поручения?
Рултаргх кивнул.
— Да, он просил отправить самых отчаявшихся. Сказал, возможно, для них будет шанс. Так это касается обретения Связанных? Я счел, что он дает им возможность погибнуть достойно, не дожидаясь, пока их поглотит безумие.
— Надеюсь, до этого не дойдет. Хотя и слишком надеяться на успех не стоит. Просто не отчаивайся. Я верю в Дину, ей каким-то непостижимым образом удается менять наши судьбы к лучшему. Верь и ты, для нас еще есть надежда. Постарайся убедить в этом шаенгов своего рода.
Рултаргх надолго задумался. Я чувствовал поток его эмоций: неуверенность, растерянность, тревога и сомнения перекликались с удивлением, ожиданием и предвкушением. За время разговора мы практически достигли бескрайних лугов. Рощи попадались все реже и реже, а порывы ничем не сдерживаемого ветра усиливались. Обычно караваны тут запасались дровами — найти топливо для костра в степи сложно. Среди караванщиков было принято даже собирать по пути сухой навоз, чтобы подпитывать им костры на привале.
— Все же хочу удостовериться, что вы благополучно найдете твою Связанную, — наконец решился шаенг. — Еще один день ничего не изменит, а караван мы нагоним. Четыре воина больше, чем три, кто знает, что есть в запасе у Нитрока.
При последнем комментарии я несколько помрачнел. Сапфировоглазому шаенгу при виде нас ничто не мешало снова схватить Дину и активировать очередную жемчужину переноса. А подобраться незаметно было практически невозможно — мы чувствуем присутствие рядом себе подобных. Шансы были разве что у Киена, да и то не факт. Мне надо будет попытаться сразу же подчинить его кровь.
— Возможно, не стоит сразу открывать ему факт нашего присутствия, а попробовать понаблюдать с расстояния? — Мысли Рултаргха шли в том же направлении.
— Да, действовать придется крайне осторожно, — обдумывая варианты, ответил я.
Тут мы все почувствовали впереди мешанину из запахов множества доргов, животной вони, пота, дыма и готовой еды. Прошлой ночью здесь был караван. Не сговариваясь, мы рассредоточились по месту стоянки, пытаясь отыскать в этом зловонии знакомый аромат. Исследуя периметр, я отметил большое количество охраны — запахи указывали, что всю ночь они, временами превращаясь, ответственно патрулировали периметр. Это уже не просто настораживало, а вызывало настоящую тревогу. Нападения на торговые караваны в хорошо обжитой Литронии случались крайне редко. Законы доргов сурово карали за подобные действия, и это служило эффективным способом поддержания порядка, поэтому особой бдительностью караванщики не отличались. Тут же картина вырисовывалась совершенно иная.
— Нашел! — Громкий вскрик Ригарда вызвал облегчение, на время отодвигая мое беспокойство.
Мы дружно подбежали к кострищу, возле которого застыл Ригард. Да! Динин аромат четко ощущался тут, как и присутствие рядом Нитрока. Вот и камень, на котором она сидела, греясь у костра. По крайней мере, с направлением мы не ошиблись!
— Надо спешить, похоже, караванщики чего-то боятся, — высказал общее наблюдение Рултаргх.
Мы, окрыленные успехом и взволнованные своими опасениями, с удвоенной энергией рванули вперед. Об отдыхе и еде никто и не вспомнил. Дина была совсем рядом!

ГЛАВА 24

Дина  

Проснулась я от легкого прикосновения к лицу. Вчера, засмотревшись на звезды, сама не заметила, как уснула.
— Дина, скоро заря, и караван отправится дальше. Вставай, если хочешь умыться и привести себя в порядок. Только далеко не отходи — рядом высокая трава, этого достаточно, — проинструктировал меня шаенг, вынимая из повозки.
Я обратила внимание на его сосредоточенность:
— Ночью что-то случилось?
— Нет, но мне не нравится их озабоченность, и есть ощущение опасности. — Нитрок махнул рукой, поторапливая меня.
Проникнувшись его опасениями, я быстро юркнула в высокую траву по своим делам, потом рысцой понеслась к костру — умыться из фляжки и поесть. Присмотревшись, поняла, что шаенг до последнего меня не будил — у остальных кострищ никто уже не толпился, дорги укладывали последние вещи в повозки, полные пассажиров, ящеры уже были впряжены и готовы начать движение вперед. Быстро проглотив кашу, я собралась помыть тарелку, но Нитрок, принесший три деревянных полена из повозки, заметил мой взгляд в сторону воды и тут же отобрал посуду.
— Давай я сам, а то вода ледяная. А ты походи пока, а то впереди целый день в повозке. Только рядом.
Небо постепенно зеленело, а вдалеке из-за горизонта всплывал огромный шар дневного светила. Набросив на плечи одеяло, я послушно принялась вышагивать вдоль повозки, наблюдая за шаенгом. Он аккуратно сложил поленья рядом с кострищем, вымыл мою миску и кружку и, загрузив последний мешок, затушил огонь.
— А зачем ты еще дрова принес? — Я, как истинная горожанка, удивлялась его действиям.
— У караванщиков тут так принято. В траве дров не найти, поэтому оставим запас следующему каравану. Пригодится, особенно идущему в обратном направлении. Давай в повозку — сейчас поедем.
Мы забрались в повозку, оставив открытым передний полог. По самую макушку укутавшись в одеяла, я в свете нарождающегося дня наблюдала за слаженным отправлением каравана. Ящеры были прекрасно обучены — без суеты они четко, один за другим вывозили повозки на дорогу и выстраивались в линию, следуя гортанным командам погонщиков.
Покрутив прядь волос, уже потускневших от пыли, я вздохнула: как же мне не хватало возможности помыться! Шаенг глянул на меня.
— Купаться хочу, совсем грязная. — Настроение было под стать этому промозглому утру — унылое.
Нургх бы нашел способ организовать мне ванну. Но лучше о нем не думать, а то тоска совсем заест.
— Потерпи еще сутки, — попросил шаенг. — Завтра мы к поселению подойдем, там караван оставим, и искупаться сможешь.
Можно подумать, у меня был выбор! Что-то не наблюдала я тут приличных водоемов, да и в такой холод какое купание… А нагрей Нитрок воду, сразу вызовет подозрения. Мне припомнился дорг, обучивший меня языку.
— А дорги магией владеют? — спросила я.
— Ну-у-у, — шаенг явно не знал, как мне пояснить, — на бытовом уровне — обучение, привороты, повышение урожайности, сохранение продуктов. Это есть в самой природе этого мира.
— Надолго караван в поселении задержится? И почему ты решил его покинуть? — Мне было действительно любопытно.
— Уверен, твои шаенги уже дышат нам в затылок, — грустно сказал Нитрок, — а караван… Рилд — поселение небольшое, на границе лугов и единственного в этой части материка леса. Думаю, день, максимум два там караван простоит.
Рилд! В голове словно выстрел раздался. Зоель же мне о нем рассказывала, это ее родина, там живет ее семья. Она еще просила их навестить, передать письма и подарки. Письма, кстати, были со мной. Я убрала их в банную сумку, планируя позже переложить, но было уже не до этого. Они так и остались в ней. Вопрос теперь был в том, говорить ли шаенгу о своих планах?
Нет, пока не буду. Насторожится лишний раз, а так будет эффект неожиданности. Учитывая его реакцию на доргиню, может, и вовсе на правах родни попрошу у семейства Зоель политического убежища — Нитрок и слова против вставить не решится…
Прислушиваясь к гудению ветра, трепавшему полог повозки, я искоса взглянула на шаенга. Он вытянулся на своем матрасе и смотрел вверх, о чем-то глубоко задумавшись. Нельзя сказать, что я простила ему собственное похищение, но за эти дни, проведенные рядом, он медленно, но верно менял мое представление о себе. До дружбы нам было еще далеко, но уважение к себе он вызывал. Если бы еще взял и откровенно рассказал о своих планах, а не продолжал использовать вслепую…
Внезапно ощутив толчок в животе, я сначала дернулась от неожиданности, а потом замерла и прислушалась к происходящему внутри меня. Шаенг приподнялся и, коснувшись моей руки, обеспокоенно спросил:
— Дина, что с тобой?
— Ребенок. Первый раз толкнулся, — не открывая глаз, прошептала я. — И почему рядом не Нургх, мы бы сейчас вдвоем это ощутили…
Ответом мне была тишина. Я открыла глаза и увидела в его взгляде боль и тоску. Да, жестоко получилось. Но и в моих словах не было неправды.
— Почему ты сказал, что находиться в вашем подземелье опасно? — желая сменить тему, брякнула я первую мелькнувшую мысль.
— Рассказывать об этом нельзя, но сама подумай, если бы там все было так просто, оставили бы целый род охранять подступы к подземелью, препятствуя проникновению туда? — спустя какое-то время безжизненно прозвучал голос Нитрока.
— Так там кто-то обитает? Опасный? — Любопытство и кошку сгубило, а уж меня-то…
— Скорее что-то, — прошептал он. — Откуда жемчужина, которая вас туда переместила?
— Мне ее Знающий льдистоглазых подарил, сказал — это одна из тех, которыми пользовался отец Нургха, когда к вам переносился. Что он у вас делал?
— Не может этого быть! Он всегда переносился к Источнику у нашей башни, а потом уже шел в хранилище библиотеки. Он изучал Обряд, пытался восстановить механизм, запускающий его в действие. Все данные об этом древние уничтожили.
Мы оба замолчали. Опять противоречия и нестыковки. Гристн утверждал одно, Нитрок его опровергает. Кто-то из них лгал. Вопрос — зачем?
За разговором и наблюдениями время пролетело незаметно. Светило было уже высоко в небе, лаская лучами землю и прогревая воздух. Почувствовала я это, когда шаенг извлек из нашей поклажи «кулинарные яблочки» и протянул два мне. Сегодня решила побаловать себя домашними пельменями со сметаной. После сытного обеда меня стало со страшной силой клонить в сон. В последнее время я все больше ощущала себя коалой, которая в естественной среде обитания спит двадцать часов в сутки.

Пробуждение мое было резким и малоприятным — Нитрок резко дернул за руку и стремительно заговорил:
— Дина, я сейчас дезактивирую обруч! Только не переноси сюда своих друзей, это для них смертельный риск. Вот, — с этими словами он вложил в мою раскрытую ладонь сиреневую жемчужину переноса, — при первой же опасности раздави ее!
Какие-то несколько мгновений я не могла сообразить, что происходит. Но немного придя в себя после внезапного пробуждения и шокирующего поведения шаенга, я услышала страшный вой ящеров и резкие крики пытающихся успокоить их погонщиков. Чем животные были так напуганы? Или… кем?
— Ты поняла меня? Поняла? Обещай не переносить их сюда! — Нитрок тряс мое плечо, всматриваясь в глаза и одновременно повесил мне на плечо сумку.
Я смогла только кивнуть в ответ. Жемчужина буквально жгла мне кожу, так хотелось ею немедленно воспользоваться. Но удерживали непонимание, какой-то животный ужас и безмерное отчаяние в синих глазах.
— Ч-что происходит? — все же выдавила я из себя.
— Сейчас нападут! Я должен попытаться защитить караван, иначе они все обречены. — Прищурившись, шаенг напряженно прислушивался к чему-то, одновременно втягивая ноздрями воздух. — Будь готова в любой момент. Я могу не успеть прийти на помощь. — С этими словами он рукой коснулся обруча и снял его.
В тот же миг сапфировоглазый шаенг выскочил из повозки и, выхватив сорг, размытой тенью устремился вперед.
— Дина! — тут же раздался в голове отчаянный вопль Нургха. — Призывай Ригарда и Киена! Скорее!

Нургх  

Мы бежали и бежали вперед. День перевалил за середину, светило стояло прямо над головой. Дорога шла по границе лугов с лесом. Где-то в половине дня пути отсюда будет небольшое поселение доргов — Рилд, кажется.
Мы были максимально сосредоточены и внимательны, чтобы затормозить до того, как окажемся в пределах восприятия Нитрока. Потом на разведку должен был отправиться Киен, а нам предстояло двигаться параллельно каравану с подветренной стороны, на достаточном удалении, и ожидать вестей от целителя. Дальше было решено действовать по ситуации.
Стойкий след запахов недавно прошедшего каравана был удушающим. От этой смеси кружилась голова, и еще я, как и в подземелье, не мог избавиться от ощущения близкой опасности. Не понимая, чем может быть вызвано беспокойство, я чутко прислушивался к каждому шороху.
— Стойте! — пришла мысль Киена.
Мы тут же замерли, вопросительно глядя на целителя.
— Не пойму, в чем дело, но что-то меня беспокоит… Это чутье всегда заранее просыпается, когда скоро понадобится мое искусство. Будьте осторожны. Не знаю, относится ли это к нам, но впереди подстерегает опасность. Держитесь рядом. — Рубиновоглазый сосредоточенно всматривался в горизонт.
Мои инстинкты говорили о том же. Согласно кивнув и сжимая в руках сорги, мы уже чуть медленнее двинулись вперед. С каждым шагом ощущение опасности росло. Я боялся даже думать, что предчувствие относится к Дине, что опасность угрожает ей. Нитрок же должен понимать, что в ответе за нее! Он не допустит, чтобы она пострадала. Пусть уж лучше снова перенесется.
Хлоп! По телу прокатилась судорога — я одновременно четко ощутил Дину и услышал вопль животного ужаса, эхом разлетевшийся по лесу. Кричала женщина. Смертельно напуганная. Гибнущая! И тут резкий порыв ветра донес нам запахи соплеменников и запах смерти. Мы на миг застыли, сраженные пониманием страшной правды.
— Дина! — уже осознавая, с чем мы столкнулись, отчаянно закричал я. — Призывай Ригарда и Киена! Скорее!
— Нургх! О, спасибо! — Ответный крик радости, и сразу: — Я не могу их призвать! Но что происходит? Кто напал на нас? Нитрок убежал с сортом, но дал мне жемчужину и велел переноситься, если что.
— Так и сделай, Дина! Мы бежим к тебе… Мы почти рядом! Это шаенги, безумные шаенги!
— Рядом двое, — судорожно выдохнул Ригард. — Нам придется убить их. Убить своих братьев…
Мучительный рык-полустон вырвался из его горла. Те же чувства душили нас всех. Даже мне было страшно, а на моем счету уже была добровольно забранная жизнь. А остальные… Никто из нас не мог и представить себя убивающим брата. Киена же трясло еще и от собственных эмоций. Всего несколько недель назад подобное будущее ожидало и его. Мы все слышали, что шаенги в боевой трансформации напали в лесу на доргиню, она уже не кричала. Возможно, доргиня отстала от каравана и заблудилась? Оба безумных уже ощутили наше присутствие и, угрожающе рыча, устремились к нам навстречу.
— Отступите в стороны, я смогу! — крикнул я своим.
Мои спутники плавно скользнули в стороны, уходя за деревья. Из леса прямо на меня выскочили два громадных чудовища. Да, этот мир не знает ничего более страшного, чем мы!
— Братья! — мысленно обратился я к ним. — Услышьте меня!
Глаза обоих безумцев пылали кроваво-красным. Они уже убивали, и, безумно жаждая уничтожения, убивали много. Я взывал к пылавшей безумием крови, но она не отвечала мне. Внезапно кровь одного вскипела, и шаенг, взмахнув громадными когтистыми лапами, прыгнул на меня. Не успев полностью уклониться, я ощутил боль, когда когти вырвали из спины изрядный кусок мяса. Извернувшись, я взмахнул сортом, вложив в удар всю силу. Зажмурился на миг, не желая видеть, но ощущая, как клинок разрубил шею, отсекая голову и обрывая жизнь несчастного.
Опасаясь атаки второго, я резко развернулся и с облегчением увидел, что тот уже окружен моими спутниками. Безумец на манер животного припал к земле и грозно рычал, переводя взгляд с одного на другого.
— Подождите, попробуем к нему достучаться, пока он сам не нападает.
Я снова мысленно обратился к нему, одновременно пытаясь успокоить и его кровь:
— Брат! Мы поможем, не бойся нас. Не нападай.
— Если его обездвижить, я мог бы попытаться снять пелену безумия, — пришла осторожная мысль Киена.
Кивнув, я удвоил попытки обрести контроль над его кровью, мысленно посылая ему волны спокойствия и доброжелательности. И наконец мне удалось его обездвижить. Киен тут же метнулся к монстру, приложив светящиеся ладони к его вискам.
— Надо найти женщину. Возможно, еще… — Ригард вздохнул, не закончив фразу.
Переглянувшись, они с Рултаргхом скользнули в лес в том направлении, откуда появились обезумевшие шаенги.
После помощи Киена пылавшие кровавым светом глаза стали тускнеть. Я разрывался, не зная, как мне быть — остаться подстраховать друга или бежать к Дине.
— Что у вас? — обратился я к Связанной мысленно.
— Не могу понять. Стоит жуткий вой и крики, а выбираться из повозки Нитрок запретил. А у вас?
— Двое безумных шаенгов. Одного я убил, второму пытается помочь Киен.
— Ой… Хоть бы у него получилось, — уловил я мысленный шепот Дины.
— Это наш, — прервал наш диалог целитель, — один из трех ушедших на Зов.
— Трех?! — хором переспросили мы с подошедшим Ригардом.
Янтарноглазый нес окровавленное тело доргини.
— Киен, кажется, она еще дышит. Мы вовремя отвлекли их. Сможешь что-нибудь сделать?
— Ригард, скорее к Дине, там третий! — крикнул я уже на бегу. — Рултаргх, помогай сыну и шаенгу своего рода!
Лес слился в одну сплошную яркую стену — мы бежали на максимальной скорости, стремясь скорее достичь каравана, уже не задумываясь о том, что будем обнаружены Нитроком. Вылетев на опушку леса, где произошла настоящая бойня, мы оглядывались в поисках напавшего шаенга. Большая часть повозок была перевернута испуганными ящерами. Кругом валялись куски разодранных на части тел караванщиков, охранников и путешественников, было много крови, со всех сторон доносились стоны, крики и мольбы о помощи. Прислушавшись, я уловил среди общего гула шаенговское рычание.
— Ищи Дину, — крикнул Ригарду, — а я иду к безумцу!
Оказавшись в голове каравана, я увидел окровавленного Нитрока, который пытался сдержать огромного безумного шаенга. Сапфировоглазый не нападал, а только пытался отвлечь и задержать. За спиной Нитрока лежали две окровавленные девушки, одна пыталась подняться и дотянуться до арбалета. Именно к ним и стремился безумец. От раненого Нитрока расходились волны отчаяния и боли.
— Терпи! Я помогу, — обнадежил я сапфировоглазого.
Он вздрогнул при звуке моего голоса и, увернувшись от массивной лапы, бросил на меня напряженный взгляд. Но от него ощутимо повеяло облегчением.
Сосредоточившись, я воззвал к крови атаковавшего. В этот раз все получилось легче — я не экономил резервы, зная, что это последний враг. Подчинив, тут же заставил шаенга замереть и расслабиться, отправляя по крови успокаивающие волны. Я попытался сменить его трансформацию на обычную. Не сразу, но и это удалось. И вот перед нами уже стоял совсем молодой, израненный и изможденный рубиновоглазый шаенг. Глаза его все так же пылали кровавым безумием, но тело замерло в вынужденной неподвижности.
— Спасибо, — устало привалившись к колесу ближайшей повозки, тихо прошептал Нитрок.
Я промолчал. Что вообще мог я сказать ему в такой ситуации? Если бы не эти обезумевшие от провала Обряда, поединок сейчас был бы между нами. Причем со смертельным исходом.
Похищение Связанной, да еще ожидающей новую жизнь, — это был вопиющий проступок. Можно было понять и простить многое — жизнь научила меня этой мудрости на собственном опыте, — но то, что он поставил под угрозу жизни моей семьи, я простить не в состоянии. Однако атаковать его сейчас, здесь я тоже не мог. К тому же в решающий момент между своими интересами и ее безопасностью он выбрал Дину. За это я был ему благодарен.
Избегая взгляда Нитрока, я еще раз осмотрел место чудовищной бойни. Что могли дорги противопоставить даже одному шаенгу в боевой трансформации, пылавшему жаждой убийства? Ничего. Единственным их шансом на спасение было бегство во второй ипостаси, но, парализованные ужасом, они не смогли обернуться. И все бы погибли. Именно сейчас я четко понял, что финальное безумие нашей расы приведет к гибели не только нас. Мы уничтожим в этом мире всю разумную жизнь!

ГЛАВА 25

Дина  

Было реально жутко!
Замерев у края повозки, скрытая пологом, я сдерживала дыхание и больше всего боялась привлечь к себе внимание.
Кругом творилось невообразимое: стоял жуткий вой, но видно мне ничего не было — обзор закрывала перевернутая телега. Упряжь нашего ящера Нитрок предусмотрительно перерубил еще до того, как разбудил меня, поэтому наша повозка так и стояла на месте.
Руки дрожали. Одну, чтобы успокоиться, я прижала к животу, а во второй была жемчужина. Я прилагала усилия, чтобы сдержаться и не сжать ладонь. Но я знала, что рядом Нургх, друзья. Мне надо было только дождаться их.
— Дина, — услышала я приглушенный голос Ригарда, — не пугайся, это я.
После этих слов полог возле меня медленно приподнялся, и янтарноглазый плавно запрыгнул внутрь. От облегчения после страшно долгих минут ожидания я не сдержалась и, разрыдавшись, уткнувшись лбом в его плечо. Шаенг замер, перестав дышать. Было ощущение, что он словно одеревенел. Очень медленно подняв руку, еле касаясь, провел по моим волосам. Поняв, что напугала и смутила его, я отстранилась, шмыгая носом:
— Извини, это я от радости. Очень испугалась. Сидеть и не знать, чего ожидать, страшно вдвойне.
— Понятно, — голос звучал сипло, — я не понял, подумал, с тобой что-то случилось, что мы не успели.
— Нет-нет! Со мной… с нами все хорошо! Нитрок заботился обо мне. Ой! — Вдруг я вспомнила о клятве Нургха. — Он же сейчас где-то тут. Нургх его найдет…
— Не переживай, сейчас не до этого. — Ригард махнул рукой.
Но охватившее меня беспокойство было сильнее, поэтому я решила сама мысленно предупредить Связанного:
— Нургх, пожалуйста, не наказывай Нитрока! Он был вынужден так поступить. Прошу, ради меня не убивай его, не хочу, чтобы это встало между нами.
Мне действительно казалось важным заступиться за сапфировоглазого. Пусть я и попала в эту заваруху по его милости, но и он сделал все возможное, чтобы обезопасить меня.
— Дина, — я ощутила волну нежности от любимого, — не переживай об этом. Все хорошо. Иди с Ригардом в лес.
И на душе сразу полегчало. В Нургха я верила. Он достаточно благороден, чтобы понять и простить. Ригард в это время уже копался в наших вещах, что-то откладывая в сторону. Взглянув на меня, он улыбнулся и поторопил:
— Сейчас пойдем. Ты готова?
— А как же тут… Ну, караван? — Меня переполняли сомнения.
— Те, кто смог спастись, сами разберутся. Нам лучше не давать поводов для дополнительных слухов. — Ригард был серьезен как никогда.
Я молча накинула на плечи одеяло, поправила банную сумку и кивнула шаенгу. Ригард, быстро перебросив через борт повозки несколько мешков, выпрыгнул сам, затем подхватил меня на руки и осторожно поставил рядом лицом к повозке. Первым моим порывом было оглянуться, но он придержал меня:
— Дина, не надо, — в голосе звучала просьба.
Подумав о своем состоянии, решила последовать его совету. Меня и так мутило от резкого запаха крови и рвоты, витавшего в воздухе. Перекинув через оба плеча мешки и сумки, янтарноглазый подхватил меня на руки, прижав лицом к груди, и побежал. Уши привычно заложило, и мне пришлось, зажмурив глаза, сосредоточиться на том, чтобы не расстаться с обедом.
Спустя немного времени меня усадили на мягкий мох. Сжав виски руками и глубоко вдыхая, я постаралась скорее прийти в себя. Подняв голову, увидела незнакомого рубиновоглазого молодого шаенга. Он совершенно не двигался, а в широко распахнутых глазах было такое отчаяние, что у меня мороз пробежал по коже.
Это же один из нападавших!
Я быстро огляделась и увидела невдалеке Киена, который пытался исцелить раненую женщину. Я тут же встала, озираясь в поисках мешков, принесенных Ригардом. Достав фляжку с водой, нашарила в своей сумке небольшую махровую салфетку, достала ее и подошла к Киену. Как только он закончит, попробую помочь доргине.
Услышав хруст веток, обернулась. И тут же с облегчением увидела Нургха и Нитрока. Оба были покрыты кровью и держали на руках раненых девушек. В одной я узнала караванщицу, предупреждавшую нас об опасности. Девушки были без сознания, наверное, упали в обморок от страха или быстрого перемещения. Хотя и сильную боль тоже не стоило сбрасывать со счетов — ранения у обеих были серьезные. Во мне тут же проснулся медицинский работник, отодвигая все личное на второй план.
Сначала необходимо помочь раненым, один Киен со всеми не справится!
Следом на поляну вышел еще один незнакомый и сильно израненный шаенг, сопровождаемый, очевидно, отцом Киена. Незнакомец передвигался очень странно, как робот — механически и словно неосознанно. Глаза его пылали кроваво-красным и были абсолютно пусты.
Послав мимолетную улыбку любимому и ощутив ответную волну любви, я опять присела рядом с мешками. В голове появилась идея: кто сказал, что из кулинарных яблочек можно представить только еду? Спирт вот тоже кто-то напитком считает. Конечно, дорги это несколько другой вид, но дезинфекция еще ни одной ране не повредила, я же не антибиотиками их кормить собираюсь. Хотя, может быть, и до этого дойдет.
Шаенги уже положили девушек и теперь растерянно мялись рядом, не зная, что делать дальше.
— Сейчас осмотрю их, и тогда станет ясно, как лечить. Но желательно разместить раненых в помещении — в тепло и под крышу, — четко обозначила я ситуацию.
Я склонилась к незнакомой мне доргине, которая выглядела очень бледной. Ее платье было пропитано кровью. Я разорвала одежду. У девушки оказался поранен и сильно кровоточил бок — зацепило когтями шаенга. Хорошо хоть внутренние органы не пострадали. Нужно срочно зашивать, а у меня не было с собой даже обычных ниток, не говоря уж о хирургических. Я с надеждой взглянула на Киена, который только сейчас отстранился от своей пациентки. Он быстро подошел ко мне и, бросив один взгляд на рану, поднес вспыхнувшие ладони к ней. Количество вытекающей крови стало уменьшаться прямо на глазах. Вскоре кровотечение совсем прекратилось, а рана заполнилась вязкой серой субстанцией.
— Надо туго перевязать, справишься?
Сам целитель выглядел немногим лучше пациентки — бледный, с крупными каплями испарины на лбу.
Я быстро кивнула и вытащила из сумки чистую хлопчатобумажную футболку, чтобы порвать ее на плотные бинты. Для собственного успокоения, прежде чем наложить фиксирующую повязку, края стянутой раны обработала спиртом. Я обтерла доргиню влажной тканью, других серьезных ран не обнаружила, а мелкие порезы промыла и также продезинфицировала. Из еще одного яблочка представила обезболивающую микстуру, две ложки которой с трудом, но влила в рот раненой. Укрыв ее собственным одеялом, уже через несколько минут отметила, что пациентка погрузилась в целительный сон. Оставалось надеяться, что благодаря магии Киена воспаления не будет.
Вторую доргиню или сильно ударили, или швырнули, потому что помимо множества мелких гематом я обнаружила и переломы ребер и левого бедра. Также обработав ссадины, я туго перебинтовала ей грудную клетку, стремясь зафиксировать ребра в нужном положении. Доргиня была в сознании, но измучена сильной болью. Она, тихо постанывая и закусывая губы, лежала, не открывая глаз.
— Ригард, — позвала я оставленного нам в помощь шаенга, — дай мне еще «яблочек» и иди сюда, будешь ее держать. А еще мне нужны две плоские деревяшки размером с локоть.
Влив в пациентку дозу обезболивающего, я тщательно ощупала ногу, определяя положение кости. Показав Ригарду, как он должен держать девушку, не позволяя ей дернуться в неподходящий момент, я стала медленно надавливать на кость, вынуждая ее вернуться в правильное положение. Кость плохо поддавалась, но наконец я услышала щелчок, свидетельствующий о том, что мы справились. С помощью Ригарда я быстро перебинтовала ногу и наложила шину.
— Есть еще одеяла или шкуры? — спросила я у янтарноглазого.
Он кивнул и быстро нашел мне среди принесенных вещей одеяло. Укутав им девушку, я облегченно вздохнула. Теперь можно было немного передохнуть. Взяв одно яблоко, я представила солидную миску наваристого куриного бульона с яйцом и специями. Потормошив обессиленно лежавшего Киена, я заставила его выпить содержимое миски до дна. Большой бифштекс с овощным гарниром и ломтем хлеба из второго яблочка протянула Ригарду:
— Немедленно ешь!
Он без возражений принялся за еду. У меня же аппетита не было, слишком много еще предстояло сделать.
— Где остальные?
— Обследуют лес. Тут должны быть охотничьи сторожки, если найдем, можно будет там разместить раненых.
Да, это было бы гораздо лучше, чем на земле под открытым небом.
Тут с легким стоном приподнялся целитель. Я с удовольствием отметила, что нездоровая зеленоватая бледность начала сходить с его лица, а мутные глаза прояснились.
— Что с девушкой? — Я махнула рукой в сторону его первой пациентки.
— Еле удержал ее душу в этом мире. Она сильно пострадала — эти двое практически разорвали ее на части. Я как смог заживил раны и ускорил регенерацию, но шрамы все равно останутся. Ей тоже нужно время для исцеления и уход. — Он взглянул на укутанных девушек, уже погрузившихся в сон. — Спасибо, Дина, ты прекрасно справилась. Давай я тебя посмотрю?
Мне было неловко напрягать и так отдавшего все силы Киена, но и беспокойство за деток не отпускало. Тут, словно в ответ на мои раздумья, я ощутила два слабых толчка. И сам целитель, поняв мои сомнения, ободряюще улыбнулся. Я расслабилась и откинулась на мох. Киен уже привычным жестом склонился ко мне с горящими голубым ладонями, совсем недолго подержал их над моим уже прилично выросшим животом и довольным шепотом заверил меня:
— Все прекрасно. Здоровые и сильные.

Нургх  

Чтобы выполнить Динины инструкции, мы решили отправиться на поиски охотничьих сторожек. Ригарда оставили помогать Дине и Киену. Напавшие шаенги, обездвиженные мною, опасности не представляли. Прежде чем отправиться вглубь леса, я вернулся к каравану, прихватил несколько одеял и матрасов, решив, что они понадобятся нам для переноса раненых и для их последующего размещения.
Достаточно быстро пришла мысль от Нитрока, который отправился на поиски значительно раньше: он уже нашел подходящее укрытие, довольно далеко от места нападения на караван. Обрадованный этой новостью, я повернул обратно. На поляну со своей ношей я выскочил в тот момент, когда Киен обследовал Дину, и с огромным облегчением услышал, что с детьми все благополучно. Сбросив одеяла и матрасы на кучу вещей, я шагнул к моей Связанной. Наконец-то появилась возможность обнять ее, прижать к груди, зарыться в ее прекрасные волосы, вдыхая неповторимый аромат.
— Ты ранен? — внезапно отшатнувшись, возмущенно воскликнула Дина. — Быстро снимай куртку!
— Не стоит, — отмахнулся я, — у нас быстрая регенерация. Все само пройдет.
— Быстро! — Дина не отступала, уже взяв в руки какую-то бутыль.
Решив не спорить, я скинул грязную одежду и повернулся к ней спиной. Она тихонько зашипела сквозь зубы. Ригард с Киеном с интересом за нами наблюдали.
— Нитрок нашел сторожку, перенесем женщин туда. — Я с сомнением глянул на изможденного целителя. — Киен, вторым безумцем попробуешь заняться или отложим на потом?
Тут меня ошпарила резкая боль, это Дина щедро плеснула чем-то мне на спину. Поморщившись, взглянул в сторону двух неподвижно застывших фигур.
— Я немного восстановился, поэтому, как устроим доргинь, попробую и до него дозваться. А первого — его имя Отлирх — можешь освободить, он себя контролирует. Надо как-то помочь им, чтобы избежать повторения. Но как, не знаю… — Друг был грустен. — Отец очень расстроен. Ему надо вернуться к нашему роду — вдруг были и другие случаи?
Прежде чем освобождать скованного шаенга, я решил дождаться возвращения Рултаргха и Нитрока. Они уже находились в пределах нашего восприятия. Пока было время, мы с Киеном и Ригардом заново упаковали вещи и разложили одеяла, чтобы на них переместить раненых. Кому-то придется этой ночью отправиться в Рилд — доргиням понадобится одежда, их собственная была вся в крови и большей частью разорвана.
— Что будем с ними делать, когда поправятся? Они слишком много видели. — Задавая вопрос, Ригард смотрел не столько на меня, сколько на Дину.
— Не торопи события, время покажет. Если что, отправим их в Орбдух к Сване и Киель, — задумчиво разглядывая неподвижных шаенгов, ответила Дина. — Давай сюда «яблочки», прежде чем отправляться дальше, всем не помешало бы поесть.
Ригард быстро пододвинул к моей Связанной мешок с кулинарными плодами. К моменту появления на поляне глав Рубинового и Сапфирового родов прямо на земле, на необычном клетчатом покрывале стояла громадная металлическая миска, полная незнакомых горячих пирожков с мясной начинкой. Почувствовав их вкусный запах, я вспомнил, как давно не ел. Помимо этого было несколько небольших мисочек с уже знакомой мне сметаной и три кувшина с какими-то напитками.
Я решил последовать совету Киена и подошел к рубиновоглазовому Отлирху. Глядя прямо ему в глаза, послал мысль:
— Если освобожу тебя, сможешь себя сдерживать? Тут три раненых доргини и моя Связанная.
В ответ в глазах мелькнула скорбь и непередаваемая тоска. Жаль шаенга. Как он будет жить дальше с осознанием собственных страшных поступков? Мне было хорошо известно, что внутренние муки несравнимы с любым внешним порицанием. Но чем помочь ему, я не знал. Вся надежда была на Дину.
— Да, — пришел простой ответ.
Осторожно отпуская его кровь и возвращая телу подвижность, я боялся, что он не устоит на ногах, но молодой шаенг, обхватив голову руками, сделал глубокий вдох и сразу сорвался с места. Мы дернулись было следом, схватившись за сорги, но тут же остановились. Шаенг упал. Раздался приглушенный вой. Разрывая дерн когтями, шаенг содрогался на земле в жутких рыданиях. Скольких они успели убить, сколько боли и горя принесли, известно только им. Но нам всем было тяжело, вдвойне тяжело сознавать собственное бессилие. Рултаргх словно почернел изнутри, в глазах Киена стояли слезы, Нитрок потрясенно замер. Волны отчаяния, боли и невыносимого страдания, исходившие от Отлирха, находили отклик и в наших душах.
Наши прервала Дина, буднично предложив:
— Идите есть беляши, слезами горю не поможешь.
— Я заберу его домой. Сейчас. Мы перенесемся жемчужиной, — глухо прошептал Рултаргх.
— Нет! — Дина категорично рубанула воздух ладонью. — Он останется. Пусть исправляет собственные ошибки.
Мы потрясенно уставились на нее.
— Ты уверена? Стоит ли? Так близко от места бойни, и их жертвы перед глазами… — Меня переполняли сомнения.
— Именно. Вот и будут выхаживать их.
Дина в очередной раз поразила меня своим решением. Любой из нас постарался бы максимально изолировать доргинь. А уж доверить напавшим шаенгам уход за ними…
Мы подошли к импровизированному столу, есть действительно очень хотелось, а впереди было еще много работы. Когда мы принялись за незнакомое угощение, Дина тихонько скользнула в сторону терзавшегося муками раскаяния шаенга. Я забеспокоился, поднялся и тихо двинулся следом.
Она осторожно присела рядом с несчастным и тихонько провела рукой по его волосам. Шаенг вздрогнул и затих. А Дина снова и снова ласково гладила его по голове, что-то успокаивающе шепча. Постепенно я почувствовал, как отчаяние и тоска в эмоциях рубиновоглазого сменяются покоем и надеждой. Удостоверившись, что Дине вреда он не причинит, я вернулся.
— Мне в любом случае придется покинуть вас, — решительно заявил Рултаргх, закончив есть.
Мы все согласно кивнули, признавая очевидное. Динины вкусности не оставляли времени на болтовню.
— Поможешь нам перенести доргинь и сразу отправишься. Когда будет можно, отошлем шаенгов в родной город, — успокоил отца Киен.
Из-за деревьев появились Отлирх и Дина. Мы, стараясь не смущать молодого шаенга, не смотрели в их сторону.
— Поешь, — раздался спокойный голос Дины, — нам понадобится твоя помощь.
Киен придвинул к рубиновоглазому шаенгу беляши и миску со сметаной. Мы уже пили потрясающе вкусный и бодрящий напиток — апельсиновый сок, как назвала его Дина.
— А ты ела? — вопросительно глядя на Связанную, спросил я.
— Пока не хочу. Как только захочу… — Дина демонстративно переложила два яблочка в свою сумку. — Так сразу поем, обещаю.
Ригард отложил несколько беляшей в отдельную миску, опустевшую после сметаны, и кивнул мне в сторону неподвижно стоявшей фигуры. Поняв его намерения, я сосредоточился на управлении чужим телом, вынуждая его поесть.
— Дина, как их лучше переносить? — Нитрок, до этого молчавший, тоже подключился к сборам.
— Очень осторожно. Понятно, что полностью тряски не избежать — нести в лесу вдвоем на одеяле непросто, но надо постараться. Хорошо, что свободных рук достаточно.
— Так… — Ригард решил набросать примерный план. — Сначала мы вчетвером — я, Нитрок, Рултаргх и Отлирх перенесем двоих. Нургх — Дину и часть вещей, Киен останется здесь присмотреть за раненой и обездвиженным. Мы с Диной и Нитроком начнем обустраиваться в сторожке, Рултаргх сможет наконец-то перенестись домой, а Нургх и Отлирх вернутся за остальными.
Все согласно кивнули, принимая такой расклад. Как только Отлирх съел последний беляш, скатерть с посудой тут же исчезли, подавая нам сигнал к началу действий. Аккуратно переложив двух наиболее пострадавших доргинь на одеяла, шаенги осторожно приподняли их, держа за края одеял, и плавно двинулись вперед по свежему следу Нитрока. Двигались они хоть и быстро, но так ловко и синхронно, что одеяла с ранеными практически не колыхались.
— Дин, что из вещей взять надо в первую очередь? — мысленно задал вопрос я.
Моя Связанная быстро указала мне на конкретные мешки, которые я с готовностью перекинул через плечо и, подхватив Дину, еще раз проверил контроль над скованным шаенгом, кивнул Киену и понесся следом за ушедшими.
— Так хорошо, когда ты рядом, — обняв меня за шею, мысленно прошептала моя Связанная.

ГЛАВА 26

Дина  

Закрыв глаза и прижавшись лицом к груди Нургха, я вдыхала такой родной запах. Он в ответ мысленно шептал мне милые глупости, рассказывал, как волновался и переживал за нас, заодно описав мне, что было в Оайзире после моего исчезновения. Мы очень соскучились друг по другу, и сейчас оба наслаждались мгновениями близости. Я осторожно гладила его шею, ощущая восторг и удовольствие Нургха. Он бережно, но крепко прижимал меня к себе, изредка, словно не в силах удержаться, наклонял голову и целовал мои волосы. Это напомнило мне о том, в каком запущенном состоянии я была.
— Ванна? — пришла мысленная усмешка от шаенга.
Я опешила:
— Как ты понял?
Нургх расхохотался в голос:
— Дина, ты неподражаема!
По моим ощущениям, бежали мы часа три. Это с какой же скоростью они носились, когда искали жилище, если успели вернуться значительно быстрее? Хоть со мной на руках Нургх передвигался не в полную силу, сторожки мы достигли раньше тех, кто нес раненых.
Осмотревшись, я увидела довольно добротный деревянный домик — окна закрыты ставнями, дверь подперта снаружи небольшим бревнышком. Распахнув двери, Нургх шагнул вперед, зажигая для меня светляк. Внутри было чисто. Мы оказались в небольшом помещении вроде прихожей. В углу лежало несколько деревянных чурок и массивный топор на длинной ручке, на невысокой скамье стояло металлическое ведро с ковшом, а под потолком висели связки каких-то душистых трав. В противоположном углу находилась широкая лестница, ведущая на чердак. Пройдя в следующую дверь, мы первым делом увидели аккуратную округлую печь с широким дымоходом, исчезавшим в потолке. Рядом возвышался основательный стол на трех ножках. Пол был гладкий, из плотно подогнанных друг к другу досок, а вдоль стен стояли три широкие скамьи с набитыми сеном матрасами. На одну из лавок Нургх сгрузил мешки.
Внутри домика витал приятный аромат сухих трав и древесной смолы. Комната оказалась совсем небольшой, но достаточно теплой и удобной. Это было прекрасное место для выздоровления.
— Надо печь растопить, чтобы помещение прогрелось, — скомандовала я Нургху.
— Сейчас, — кивнул он. — Рядом водоем есть, я чувствую, но совсем небольшой, скорее ручей, чем река.
Я, вытащив из мешков три одеяла, свернула их в несколько слоев и положила на матрасы — шаенги должны были вот-вот принести раненых.
— Отлично, воды тоже надо принести. Ставни до утра открывать не будем, а там посмотрим, — сказала я.
Пока Нургх занимался печью, я решила подняться на чердак. Светляк как привязанный летел впереди меня, освещая дорогу. Тщательно осмотрев лестницу и осторожно пробуя ногой каждую ступень, прежде чем наступить на нее всем весом, я поднялась наверх. Комнатка под крышей была совсем крошечной, с маленьким окошком, немного в стороне от входа к крыше тянулась широкая каменная труба от печки. Я решила, что здесь, на чердаке, разместимся мы с Нургхом, раненых доргинь положим в единственной комнате, а шаенги смогут лечь на ночь в прихожей — хорошо, что кроме одеял Нургх принес и несколько матрасов.
Тут внизу раздался шум — это до сторожки добрались наши спутники, и я поспешила к ним. По очереди занеся девушек внутрь, шаенги очень осторожно переложили их на подготовленные мною матрасы. Доргини все так же спали, но девушка, которую Киен лечил первой, беспокойно металась в бреду. Я решила, как только шаенги уйдут обратно, разбудить ее и накормить бульоном.
Осмотревшись, шаенги остались довольны сторожкой. Кроме Ригарда и Нитрока все отправились обратно — до заката оставалось совсем немного времени. Нитрок в присутствии моих спутников вел себя скованно, ощущая неопределенность своего положения, но, оставшись наедине со мной — Ригард был отправлен за водой, — немного расслабился и предложил помощь.
— Не знаю, чем помогать, поэтому командуй!
— Надо накормить раненых и смыть кровь с той беспокойной доргини. Что ж она так бьется-то? — уже сама себе озвучила я последнюю мысль.
— Будешь тут биться, — грустно протянул шаенг, доставая кулинарные яблочки. — Не удивлюсь, если она и умом тронется. Пережить нападение двух обезумевших шаенгов, это ж надо…
— Ты — молодец, — я решила воспользоваться моментом, — не оставил их на верную гибель, попытался защитить.
— Да ну, Дина… Я не Нургх, от меня толку было немного — не смог себя заставить атаковать его, и мои силы несравнимы с возможностями шаенга в состоянии боевой трансформации. Только и мог, что отвлекать его на себя, чтобы хоть кто-то успел перекинуться и спастись бегством. Но все равно он успел разорвать многих. Хорошо, что ты не видела, что он там устроил… Дорги еще столетия будут пугать детей рассказами о жутком красноглазом великане. Если почувствую приближение безумия, покончу с собой. Я это для себя точно решил!
— Не будь пессимистом, ты еще даже Зов не получал! — подбодрила его.
В ответ сапфировоглазый почему-то вздохнул:
— Учитывая, что я не выполнил то, что от меня требовало Видение, подобный финал почти неизбежен для меня.
Я потрясенно застыла:
— Так что там в Видении?
— Я не могу рассказать.
— Так все равно же твой план провалился, — настаивала я.
— Не могу, не проси. Это сильнее меня — всем известно, что сказанное Знающим надо выполнять неукоснительно, а мне он запретил говорить об этом. — Нитрок протянул мне «яблоко».
Это стоило обдумать. Мне вспомнился разговор с Гристном на крыше башни.
Машинально взяв плод, я представила тарелку наваристого куриного бульона в удобной пиале. Протянув его шаенгу, сказала:
— Попробуй накормить ее, только осторожно. Не будет есть — насильно не корми. Тебе проще, ты сможешь чувствовать ее эмоции.
Сиреневоглазый неуверенно замялся:
— Может… ты сама?
— Не трусь! Она все равно в полубессознательном состоянии и не поймет, кто ее кормит, — прикоснувшись ко лбу раненой девушки, отмела я его сомнения.
Снаружи послышалось бряканье ведра, и я поспешила к двери, чтобы помочь Ригарду. В печке уже потрескивали дрова, наполняя маленький домик теплом и уютом.
— Дина, — вопросительно глянул на меня Ригард, пристраивая ведро с водой на скамеечку в прихожей, — вы без меня справитесь?
— А что ты хочешь сделать?
— Думаю отправиться в Рилд, раздобыть одежду, обувь и теплые вещи доргиням. Да еще ткани надо для перевязки, а то тебе больше и рвать нечего.
В этом он был прав.
— Давай, Нитрок мне поможет.
Ригард неуверенно потоптался на месте, потом шагнул в комнату. Увидев сапфировоглазого шаенга, аккуратно, словно ребенку, вливавшему бульон в приоткрытый рот девушки, удивленно застыл. Не понимая, чем вызвано его удивление, подошла к Нитроку и успела поймать на его лице выражение трогательной нежности и заботы. Оба шаенга молчали, я уже было решила, что они общаются мысленно, когда Ригард внезапно произнес:
— Поклянись мне стихиями, что не попытаешься снова перенести ее! Мне надо сходить в Рилд за вещами для раненых девушек.
Нитрок бросил на янтарноглазого задумчивый взгляд и согласно кивнул:
— Клянусь! Я расплачусь этим за помощь Нургха, — грустно и еле слышно донеслись его слова.
Помолчав немного, Ригард тоже кивнул и, взглянув на меня как-то неожиданно весело, вышел из домика. Не понимая причин его веселья, тоже выскочила на улицу, но шаенга уже и след простыл.
Я вернулась в комнату, чтобы перекусить. Было так тепло, что я решила снять свое платье-рясу, оставшись в спортивном костюме.
Нитрок так же терпеливо кормил девушку, которая с трудом, но сглатывала. Выглядела она изможденной, складывалось впечатление, что и до нападения она была не в лучшей форме. Вряд ли девушка из тех, кто путешествовал с караваном. Откуда она взялась в этом лесу? Коснувшись лба другой доргини, я удостоверилась, что температуры не было. Ну и славно! Возможности Киена меня просто поражали.
— Дина, — мысленный вопрос от Нургха, — у вас все хорошо?
— Да, не переживай. Вот поесть собираюсь, — успокоила его.
Достав заранее отложенные «кулинарные яблочки», я задумалась — чем бы себя порадовать? Почему-то хотелось творога со свежей клубникой и жирной скумбрии. Решила не обращать внимания на явную несочетаемость блюд, а просто послушаться своего желудка. Сев за стол, я принялась за свой ужин.
Закончив с едой, довольно потянулась. Нитрок, скормив девушке всю миску бульона, теперь сидел рядом с ее лавкой и ласково гладил по руке. Лицо девушки было испачкано, причем не только в крови. Там была и земля, и даже следы золы. Вылив из фляжки остатки воды в миску, я достала все ту же махровую салфетку и подошла к ним. Шаенг вскинул голову и, как-то стеснительно и смущенно посмотрев на меня, спросил:
— Давай я?
Я с готовностью протянула ему миску.
— Как она?
— Плохо. Очень измучена, даже измождена.
— От боли? — Я уже собралась броситься за обезболивающим.
— Нет. Она пережила горе. Ее словно выжгло изнутри, в душе — сплошная пустота и боль. Попроси Киена заблокировать ей эмоциональное восприятие. Она за жизнь совсем не борется, скорее, стремится уйти.
Я встала за спиной шаенга, наблюдая за его осторожными, даже ласковыми движениями. Теплой водой, едва касаясь кожи, он сначала размачивал превратившуюся в корку грязь, а потом осторожно стирал ее. Когда лицо очистилось, я забрала у него миску, тщательно прополоскала салфетку и сменила воду. Уже свежей водой Нитрок начисто обтер лицо девушки. Ее веки затрепетали. Она взглянула на шаенга, во взгляде ее не было страха, скорее апатия. Через несколько секунд она снова закрыла глаза и постепенно расслабилась, погружаясь в сон. Я глянула на сапфировоглазого и поразилась сиянию восторга в его глазах.
— Что? — не зная, как выразить недоумение, спросила я.
— Она благодарна, — тихим шепотом, все так же не выпуская маленькую кисть доргини из своей руки, пояснил он.
Я была тронута его искренним желанием помочь, его сопереживанием. В этой ситуации Нитрок открылся мне с новой стороны, и я решила, что, как только доргини поправятся, уговорю шаенга продолжить выполнение его задачи. Он заслужил! Тем более это имело для него такое большое значение.
С другой лавки раздался хриплый голос:
— Пить…
Быстро метнувшись к девушке, я, аккуратно придерживая голову, поднесла к ее губам заранее приготовленный стакан с водой.
— Поесть хочешь?
— Да, — все так же хрипло.
— Сейчас!
Я быстро создала очередную порцию бульона. Покормив девушку, устроила ее удобнее.
— Не холодно? Больно?
— Нет, только немного ноет.
— Как тебя зовут?
— Мирлона.
— Отдыхай, ни о чем не думай. Мы тебе поможем, — постаралась я успокоить девушку. — Будет больно — скажи, дам тебе лекарство.
Присев на табуретку рядом с ее лавкой, я по примеру Нитрока стала осторожно поглаживать руку доргини, наблюдая за тем, как девушка засыпает.

Нургх  

На максимально возможной скорости мы побежали к Киену. Надо было успеть вернуться до заката. Целителя застали за врачеванием.
— Пытаюсь ускорить сращивание костей, — усталым голосом пояснил он.
— Побереги силы, успеешь еще срастить, — сурово отчитал его я.
Обездвиженным шаенгом точно займемся уже завтра. Отлирх с Киеном переложили пострадавшую на одеяло и двинулись к сторожке. Я же, подобрав оставшиеся вещи и приказав подчиненному мне телу шаенга двигаться, отправился следом.
К сторожке мы подошли в последних лучах светила. Заведя скованного мною рубиновоглазого, я приказал телу расслабиться и погрузиться в сон. Осторожно отодвинул его к дальней стене и, укрыв одеялом, навесил рядом предупредительный маяк — для собственного спокойствия. Свалив принесенные вещи в угол, вышел на улицу и отправился к ручью. Создал ограждение из уплотненной воды и прогрел получившуюся «ванну».
Все! Можно идти за Диной. Я чувствовал, что она устала и хочет спать.
Вернувшись, застал свою Связанную за выдачей инструкций по уходу за прибывшей доргиней. Накормить ее и уложить спать было поручено Отлирху. Шаенг даже дышать боялся от волнения. Обезболивающее лекарство Дина дала пациентке лично. Сама же создала и большую пиалу с бульоном. Киен был в приказном порядке отправлен спать, а оставшимся с ранеными Нитроку и Отлирху было категорически наказано глаз с девушек не спускать, давать пить и в случае проблем сразу звать Дину. Восхищаясь организаторскими способностями своей Связанной, я осторожно подхватил ее банную сумку и вышел из комнаты. Быстро поднялся на чердак, расстелил захваченные с собой матрасы и одеяла, приготовив нам спальное место. В комнатке, в которой я еле мог вытянуться в полный рост, было уже тепло. Спустившись вниз, перехватил закончившую инструктаж и позевывавшую Дину.
— Спать? — одними губами спросил я.
Она устало кивнула. Быстро подхватив ее на руки, я выскочил наружу и стремительно бросился к заранее подготовленной ванне. Удивленной Дине прошептал одно слово: «Купаться». Ощутив ее удовлетворение, похвалил себя за старательность. Быстро раздевшись, мы забрались в теплую воду. Я чувствовал полное бессилие Дины, поэтому, создав водную подушку, опустил ее на поверхность. Решил сам вымыть, позволяя ей расслабленно балансировать на поверхности воды. Тщательно вымыл и прополоскал чудесные волосы Связанной, потом принялся намыливать тело, одновременно массируя и разминая одеревеневшие мышцы. Дина восторженно постанывала, не открывая глаз. Полностью искупав Связанную, быстро вымылся сам. Подхватил ее на руки, вынес на берег, одновременно возвращая водоему прежний вид. Укутал Дину в полотенце, подхватил вещи и, окружив нас коконом теплого воздуха, поспешил к жилищу. В прихожей, укрытые одеялами, спали Киен и подчиненный мною шаенг.
— А Ригард где? — мысленно выразил недоумение я.
— Мм… ушел в Рилд за одеждой для девушек. — Даже мысль Дины была сонной.
Быстренько взобравшись на чердак, я осторожно устроил Дину на ложе, сам лег рядом, обхватывая ее руками и укрывая нас одеялом.
Спать!
Как же я устал за эти дни! Но Дина рядом, значит, можно уже расслабиться и позволить себе полноценный сон.

Открыв глаза, я уловил в маленьком окошке первые отблески зари. Чувствовал я себя прекрасно — отдохнувшим и полным сил. Осторожно, боясь потревожить сладкий сон Дины, выбрался с чердака. Киена уже не было. Заглянул в комнату — там кроме спящих девушек находились и трое шаенгов. Целитель со свежими силами проводил диагностику, а Нитрок и Отлирх завтракали. Встретившись взглядом с сапфировоглазым, я качнул головой, подзывая его, и вышел на улицу. Через мгновение рядом возник Нитрок. Мы молча постояли, вглядываясь в рождающуюся зарю.
— Я бы и сейчас поступил так же, — решительно прервал молчание глава рода. — Моя цель… Это слишком важно для меня и для всех нас.
— Ты достиг ее?
— Нет, — угрюмое и безжизненное.
— Мы можем как-то помочь тебе?
— Уже нет. Я не должен был допускать вашего присутствия, но я не справился. — Шаенг судорожно сглотнул. — Я сам и мой род обречены.
— Чем отец занимался у вас? — Этот вопрос давно волновал меня.
— Изучал Обряд, пытался воссоздать механизм его действия, хотел изменить его. Изучил всю нашу библиотеку, все сохранившиеся рукописи.
— Он чего-нибудь добился?
— Об этом он никогда не говорил, но… Когда я видел его в последний раз, за два дня до той ночи, он собирался проводить какой-то ритуал по собственным наработкам, говорил, что у него есть одна идея. Твой отец был сильным магом и гениальным ученым, я верил в его успех, поэтому был потрясен его гибелью. — Немного помолчав, он продолжал шепотом: — Иногда я думаю, что на него воздействовали, заставив напасть на тебя. Что это она… Возможно, он был слишком близок к разгадке.
Последнюю его фразу я еле разобрал, настолько тихо он шептал. Я снова замолчал, обдумывая информацию.
— Нургх, — он посмотрел мне прямо в глаза, — что произошло в подземелье? Никто даже не представляет, как это важно, какие последствия может иметь для вас!
— У меня там было ощущение опасности и чьего-то присутствия. Словно бы за нами наблюдали, постоянно наблюдали. — В моих словах не было лжи.
Нитрок помрачнел. Не отпуская моего взгляда, он уточнил:
— Но встретить… Вы никого не встретили?
— Я никого так и не видел, но ночью на нас было гипнотическое соматическое воздействие, погрузившее в глубокий сон.
Нитрок вздрогнул:
— Всех?
— Я же спал, поэтому не могу быть уверен. — Инстинкты так и не позволили мне быть полностью искренним, а к ним я прислушивался всегда.
Шаенг еще некоторое время пытливо вглядывался в меня, потом опустил глаза и сказал скорее сам себе:
— Ну, пусть будет так. — И, уже искоса взглянув на меня: — Пойми, мы — хранители. Это наше проклятие, но и смысл нашего существования. Если мы исчезнем, этот мир не переживет наследия наших предков, поэтому, как бы лично я ни воспринимал ситуацию, как глава рода обязан реагировать на угрозу.
— Вы всю ночь с ранеными просидели? Может быть, сейчас отдохнете? — сменил я неудобную для меня тему.
Нитрок смущенно вспыхнул:
— Я в порядке, посижу еще.
Кивнув, я вернулся в дом, нам с Киеном еще предстояло заняться плененным шаенгом. Посовещавшись с целителем, я решил позвать с собой и Отлирха, возможно, он, лучше понимая состояние собрата по несчастью, окажется полезен. Нитрок остался с доргинями. Мы вчетвером отошли подальше от укрытия, не желая беспокоить и пугать женщин.
Киен долго и старательно трудился, воздействуя на душу и разум рубиновоглазого. Глаза последнего то меркли, демонстрируя какую-то осмысленность, то снова вспыхивали кровавым огнем. Я ощущал волнение и переживание Отлирха. Этот шаенг по имени Торгх был хорошо знаком обоим, а с целителем они были практически ровесниками, поэтому Киен готов был на все, чтобы вернуть его. Но спустя несколько тяжелых часов он отстранил от его головы пылающие ладони.
— Не уверен в его самоконтроле. Я смог его пробудить, мы общались, я пытаюсь Торгха поддержать, но чувствую, что безумная ярость готова прорваться в любой момент, снова накрыв несчастного. Он нестабилен. — Грустно глянув на меня, целитель задал решающий вопрос: — Как поступим?
— Пожалуйста! — не дав мне произнести ни звука, вмешался Отлирх. — Дайте ему шанс! Вы не понимаете, в душе… На самом деле мы не хотели этого. Я могу постоянно находиться рядом с ним, охранять.
— Торгх, — обратился я напрямую, — ты нас понимаешь?
Мысленно услышал:
— Да!
— И как с тобой поступить?
— Не рискуй, брат! Я заслуживаю смерти и должен умереть.
Я хмыкнул. Вспомнилось вчерашнее категоричное Динино заявление.
— Что ты должен, так это попытаться исправить причиненное зло и помочь найти способ не допустить подобного. Найди силы поверить в себя и будущее! Мы не убьем тебя, брат, но наблюдать будем. Понадобится помощь — скажи.
И я быстро освободил его, отпуская чужую кровь. Шаенг рухнул на колени.

ГЛАВА 27

Дина  

С удовольствием потянувшись, я услышала голодное урчание в животе. Пора вставать, проверить подопечных больных.
Я заглянула в сумку в поисках белья и одежды. Чистый комплект нашелся, а вот второй футболки больше не было.
Надо срочно устраивать стирку!
Пришлось натянуть порядком испачканный спортивный костюм прямо на голое тело. Немного приспустив резинку брюк, чтобы не давила на живот, я обулась и потопала вниз. Вокруг стояла подозрительная тишина. В прихожей никого не было, даже замеченного мною вчера пленника. Наверняка пытаются привести его в адекватное состояние. Только бы получилось! Мы не разговаривали об этом, но я чувствовала переживания и угрызения совести Нургха из-за смерти атаковавшего его шаенга. Хотя, если припомнить, что они сделали с подопечной Нитрока…
Последний обнаружился в комнате, все так же сидел на табурете возле лавки. Подойдя, я отметила, что доргиня спала, сжав в руке пальцы сапфировоглазого. Другой рукой шаенг ласково гладил ее по грязным свалявшимся волосам. Надо будет, как только позволит состояние девушек, тоже их искупать. Не успела я поинтересоваться результатами ночных бдений, как Нитрок обеспокоенным шепотом сообщил:
— Дина, она слишком горячая.
Чертыхнувшись, я быстро коснулась ее лба ладонью — температура определенно была, хоть и небольшая, но это еще хуже. И вот что мне делать? Человеку я бы прописала курс антибиотиков, чтобы подавить воспаление, а при повышении температуры — жаропонижающее. Но она человеком не была.
— Киен где?
— Ушел с Нургхом и пленником.
— Давно?
— На заре…
По моим ощущениям было уже ближе к полудню. Неизвестно, сколько времени у них там все займет, главное, чтобы успеха добились. Значит, буду действовать на свой страх и риск. Попробую простой ампициллин.
— Осторожно убери одежду, — велела я Нитроку и, видя его замешательство, шепотом рявкнула: — Не до твоих смущений сейчас!
Достав два «яблочка», представила бутылку уксуса и пузырек с лекарством. Разведя уксус в воде, я прихватила салфетку и вернулась к пациентке. Нитрок успешно справился с задачей — рукава платья были оторваны по шву, подол подоткнут выше колен, а с ног стянуты обтягивающие теплые рейтузы. Не обращая внимания на неловко переминавшегося шаенга, я всучила ему миску со слабым раствором уксуса и приказала протирать девушке коленные и локтевые сгибы. Сама же, отмерив необходимую дозу, заставила доргиню принять лекарство и выпить воды. У бедняжки приоткрылись глаза, увидев меня, она тревожно задышала, но, когда обеспокоенный шаенг наклонился к ней из-за моего плеча, успокоилась и вновь заснула.
Опаньки! Это уже доверие.
— Смачивай сгибы, пока не почувствуешь, что жар уменьшился, — проинструктировала я его.
После проверила других пациенток. Обе девушки оказались в порядке — дышали спокойно и размеренно, жара не было. Как проснутся, надо будет их накормить и сделать перевязку. Вопрос только — чем? Хоть бы уже Ригард вернулся с тканью!
Присев к столу, я собралась позавтракать.
— Ты не ел? — спросила шаенга.
Тот покачал головой. Нитрок своей самоотдачей и заботливостью меня поражал. Быстро соорудила себе пшенной кашки и сладкого чая, а сапфировоглазому — яичницу из четырех яиц с сосисками, сыром и помидорами и кружку сладкого кофе с молоком. По-хорошему стоило бы его подменить, но женская интуиция говорила, что не уйдет.
— Ешь! — самым зверским тоном позвала я его. — Будешь спорить, передам уход за пациенткой Ригарду!
Шаенг недовольно засопел, но к столу переместился и, не спуская с доргини глаз, принялся быстро поглощать завтрак. Вот убейте меня, если это что-нибудь да не значит! Но как выяснить у шаенга, не влюблен ли он, я совершенно не представляла. Да он бы меня и не понял.
Часы, занятые кормлением, лечением и уходом за пациентками, пролетели незаметно.
Выяснили, что караванщицу зовут Притана. Обе девушки, к нашему облегчению, о трагедии не заговаривали. Наверное, это последствия шока — пока они и сами подсознательно избегали этой темы. Хотя на шаенга реагировали негативно. Старались не встречаться с ним взглядом, а с просьбами обращались ко мне.
Подопечная Нитрока так и оставалась пока загадочной незнакомкой. Жар у нее спал, антибиотик мы давали по графику, но спала она тревожно, успокаиваясь лишь тогда, когда в ее ладони оказывались пальцы большой лапищи сапфировоглазого. Поняв, что отправить его отдыхать мне не под силу, я смирилась, ворчливо предупредив:
— Имей в виду, когда ты брякнешься рядом от перенапряжения — я и пальцем не шевельну, чтобы тебе помочь.
Ответом мне послужил безмерно счастливый взгляд.
Караул! Если дело пойдет так и дальше, у нас появится еще один умалишенный, на сей раз не от горя, а от счастья. Впишем новое слово в историю расы!
Тут наконец-то появился Ригард с мешками. Я радостно закопалась в них, выискивая что-нибудь себе. В домике было очень тепло и в костюме я вспотела. Выбрав свободное платье и мягкие туфли, убежала наверх переодеваться. Вернувшись, накормила Ригарда и отправила его спать. Он принес новости, но мы решили подождать с ними до возвращения остальных. Уже начав волноваться, я позвала Нургха:
— Вы сегодня планируете возвращаться?
— Да, мы скоро. — Слишком лаконично для благоприятного исхода.
Решив, что еда в любом случае не повредит, я напридумывала много разной снеди: копченую курицу с отварным картофелем, четыре пиццы, два салата, фаршированные рулетики и несколько кувшинов с соками.
Услышав снаружи шум, я выскочила из сторожки. Вернулись они вчетвером. Незнакомец, остановившись в нескольких метрах от домика, настороженно рассматривал меня. Остальные подошли ко мне вплотную, и я уловила какое-то напряжение в их жестах.
— Еда готова, вы, наверное, жутко проголодались? — решила я начать с нейтральной темы.
— Поедим на улице, — ответил Нургх. — Ригард вернулся?
— Да, он спит, сказал — есть новости.
Тут Нургх, подхватив меня под локоть, плавно развернул и направил в дверь впереди себя. Все шаенги, кроме новенького, вошли в дом, разобрали тарелки с едой и вынесли все на улицу. Только Киен задержался. Оглядев напряженно замерших на лавках доргинь, он спросил:
— Как девушки?
— Ты иди и поешь, а потом посмотришь. Одной нужна твоя помощь.
Согласившись, он вышел.
— Он вернулся с ними? — спросил у меня Нитрок.
Я сразу поняла, о ком он, и кивнула в ответ.
В прихожей заворочался проснувшийся Ригард — вот, тоже не даем ему поспать. Шаенги, включая и незнакомца, уже разместились вокруг расстеленного на земле одеяла и стали есть. Я пристроилась рядом с Нургхом, обратив внимание, что все они не сняли сорги. Присмотрелась к сидевшему рядом с Отлирхом шаенгу.
— Я — Торгх. — Мое внимание, похоже, заметили.
— Дина, — смутившись, произнесла в ответ.
Рубиновоглазый печально усмехнулся.
— Многие из доргов, что были в караване, добрались до Рилда. Особенно те, кто во второй ипостаси летает или быстро бегает. В поселении паника, охотники собираются на поиски чудовища, будут прочесывать и лес тоже. Возможно, уже сегодня ночью будут тут, — вмешался Ригард.
Я понимала, что с таким количеством шаенгов угрожать нам они не могут, но, зная нежелание этой расы привлекать к себе внимание, понимала, что это проблема. Покинуть домик мы не могли — доргини были еще к этому не готовы. Торгх и Отлирх поникли, сознавая, что именно они — причина этой паники.
— Не страшно, — раздался с крыльца уверенный голос Нитрока, — я смогу наложить на нас иллюзию. Они воспримут нас как небольшую группу доргов из того же каравана, тем более и раненые имеются. Но, учитывая количество объектов, смогу продержать ее не более получаса. Поэтому надо будет быстро их выпроводить.
— Отлично! — Ригард облегченно выдохнул. — Не обязательно на всех иллюзию накладывать. Кто-то может скрыться в лесу. На ночь на небольшом расстоянии от сторожки повесим сигнальные маяки, чтобы быть в курсе их приближения и успеть наложить иллюзию.
Все, успокоившись, продолжили есть, а Ригард отправился отсыпаться перед предстоящей ночью.

Нургх  

— Киен, еще один момент мы не предусмотрели. Раненых доргинь в сон погрузить сможешь, если их соплеменники появятся? Иначе они нас выдадут.
Целитель кивнул:
— Да, это легко.
После чего встал и, переглянувшись с Диной, ушел в жилище. Моя Связанная, поцеловав меня в щеку, отправилась следом. Оба новеньких внимательно наблюдали за каждым нашим движением, я от этого почувствовал себя неуютно — на фоне практически поголовных в последние годы провалов Обряда мы с Диной были своеобразной редкостью. Решив оставить их вдвоем, давая возможность пообщаться, отправился вслед за Диной. В комнате, не желая мешать процессу исцеления, скромно присел за стол. Киен, Дина и Нитрок стояли у лавки с той доргиней, которую мы еле успели спасти.
— Заблокируй её эмоции, душевные муки ослабляют ее, — попросила моя Связанная целителя. — И, если это возможно, убедись, что мое лекарство не наносит ей вреда.
Киен принялся за работу, Дина отошла к изголовью, чтобы ему не мешать. Но что меня поразило — Нитрок тоже остался рядом, ненавязчиво наблюдая за девушкой из-за плеча целителя. Я бросил на Дину вопросительный взгляд, глазами указав на шаенга. В ответ моя Связанная в совершенно нетипичной для нее манере закатила глаза и, тряхнув волосами, улыбнулась. Меня это заинтриговало. Одна девушка приподнялась на лавке и, глядя на Дину, попросила нить. Желая помочь, я махнул ей рукой, чтобы не беспокоилась, и сам со стаканом воды подошел к доргине. Но девушка испуганно отшатнулась, вжимаясь в матрас.
— Не пугайся, — спокойно заверил ее я, протягивая стакан, — эта вода для тебя.
Дина подошла и, взяв стакан из моих рук, поднесла его к губам девушки, другой рукой придержав голову. Напоив доргиню, она вернула мне стакан и, ласково проведя рукой по щеке, поцеловала в подбородок. Приобняв ее, я обеспокоенно спросил:
— Дина, тебе не тяжело так часто наклоняться? Ты все же ждешь новую жизнь… Может, я или Отлирх тебя заменим?
— Мне не тяжело. — Дина улыбнулась.
Доргиня, открыв рот от изумления, взирала на нас, ловя каждое слово.
Кругом столько внимания! Когда же мы только вдвоем побудем!
— Не удивляйся, шаенги очень заботливые, — подмигнула ей Дина, — особенно к своим парам.
У доргов партнерш мужчины называли иначе.
— Дина, — позвал Киен, — эмоции я заблокировал, но лекарство… Что это? Эффект как от моей магии, и очень сильный, оно помогает телу окрепнуть и быстрее выздороветь.
— Без вреда? — с облегчением спросила моя Связанная.
— Совершенно! И теперь выздоровление пойдет лучше.
Радость осветила лица Дины и Нитрока.
Что с ним?!
Потом Киен обследовал других девушек, по возможности ускорив заживление ран и сращивание костей.
— Думаю, через неделю обе уже будут ходить, — вновь обрадовал он Дину.
И тут неожиданно сработали маяки, которые бдительный янтарноглазый повесил вокруг сторожки, прежде чем уйти спать. Мы все вздрогнули. В дверь влетел заспанный Ригард.
— Быстро они. Видимо, очень хотят найти чудище, — невесело усмехнулся он. — Заберу наших горемык. Спрячемся в лесу, а вы — маскируйтесь.
Развернувшись, он выскочил на улицу. Киен тут же бросился к девушкам, погружая их в сон, а Нитрок сосредоточился, создавая иллюзию. Только мы с Диной, оставшись не у дел, взволнованно переглядывались.
— Готово, — возвестил сиреневоглазый, — для всех — мы дорги, по всем ощущениям.
— Пойдем их встретим, — дернула меня Дина.
Выйдя на улицу, мы взглянули на небо, на котором уже начиналось угасание светила. Из леса выскочили три волка. Сверху спикировал ящер, обернувшись, он превратился в пожилого мужчину.
— Доброго заката! — приветствовал он нас. — Вы из каравана?
— Да, думали, с ним безопаснее будет добраться на юг, — спокойно подтвердил я.
— Кто ж знал-то… Ну мы эту тварь отыщем! Столько наших уже сгубил, а все в живых никто не оставался, и понять не могли, кто ж это свирепствует. Да и он больше на востоке орудовал, а теперь вот и в наши земли пришел.
— Справитесь? Охрана каравана вон не справилась, — позволил я себе усомниться.
— Так мы только выслеживаем. В Оайзир уже послы отправились, будут молить шаенгов о помощи.
Мне стало невыносимо грустно: сколько зла мы причиняем миру, так радушно принявшему нас! И дело не только в этих безумных рубиновоглазых, Обряд за века сгубил доргинь много больше. И именно к нам они обращаются за помощью.
— Вы тоже тут не оставайтесь, вдруг он все еще в лесу, — забеспокоился охотник.
— У нас раненые, — вмешалась Дина, — уйдем, когда они на ноги встанут. А пока, даже если чудовище рядом, вы его спугнете. А там, может, и поймают.
— Раненые? Много? — Дорг взволнованно заспешил к крыльцу, намереваясь своими глазами оценить масштабы наших потерь. — Я мог бы перенести, в Рилде-то безопаснее, да и уход лучше.
Я от неожиданности не знал, что делать, но Дина, спокойно следуя за ним, отказалась от помощи:
— Раненых трое, и тревожить их переносом нельзя. Немного подождем, и как только им полегчает, так сразу уйдем. Вы не переживайте, мы же внутри дома, здесь безопаснее.
Пожилой дорг, достигнув комнаты с ранеными, пробежал взглядом по девушкам и напряженно замершим шаенгам. Вдруг, вскрикнув, он устремился к лавке с незнакомой доргиней. Нитрок было бросился ему наперерез, но Дина ухватила его за руку, удерживая.
— Симрида! — воскликнул дорг. — Бедняжка, мы уже полагали, ее и в живых нет!
— Знаете ее? — спросила Дина. — Мы в лесу раненой нашли, когда сюда добирались.
— Да, она наша, из Рилда! Всей семьи девонька лишилась, совсем без помощи и защиты осталась. Сначала отец с братом с охоты не вернулись, потом сестра пропала, а теперь вот с матерью и младшей сестренкой такое горе случилось, — причитал дорг. — Ее я заберу. Все ж лучше будет поправляться в знакомом месте.
Нитрок, не сдержавшись, резко шагнул вперед, порываясь встать между доргом и девушкой. Дина дергала его за руку, но он не обращал внимания на ее знаки. Я переглянулся с Киеном — если что, целитель мог заблокировать эти воспоминания дорга.
— Защитник? — усмехаясь, спросил дорг, не подозревая, какая над ним нависла опасность. — Тогда в пару бери! А то одна она совсем в этом мире. Защита ей нужна. Возьмешь?
— Возьму! — Нитрок поразил нас всех этим заявлением — шаенги такие обещания так просто не дают.
— Ну вот и хорошо, — довольно заметил дорг. — Я, как староста поселения, могу скрепить пару.
И перевертыш потянулся за рукой шаенга, другой взяв кисть спящей доргини. Дина попыталась было воспрепятствовать этому, но сапфировоглазый решительно, хотя и мягко, оттеснил ее в сторону, протягивая свою руку. Староста осторожно вложил руку девушки в ладонь шаенга и серьезно произнес:
— В присутствии свидетелей и стихий нашего мира отдаю эту девушку этому защитнику и признаю их отныне парой!
Довольно потирая руки, перевертыш тут же развернулся к выходу.
— Ну вот, хоть судьбу девочки устроил, все ж не одной по лесам скитаться. А вы-то поберегитесь, а то мало ли что. Ну, поправляйтесь и долго тут не задерживайтесь, — попрощался дорг и, быстро обернувшись, устремился ввысь.
Мы все молчали, еще не решив для себя, как воспринимать произошедшее.
— Какие-то ритуалы доргов на шаенгов не распространяются, — неуверенно начал Киен.
Нитрок приласкал его угрюмым взглядом и обрубил:
— Сейчас надену ей связующие браслеты, и она уже по нашим законам станет моей Связанной!
Я понял, что подсознательно уже ожидал такого исхода.
— Нет! — Дина возмущенно встала напротив шаенга, уперев кулаки в бока и упрямо выпятив подбородок.
Они напряженно уставились в глаза друг другу. Шла секунда за секундой, но ни один из них не хотел отступать.
— Успокойтесь! — Киен опередил меня на мгновение. — Выйдем отсюда, чтобы не напугать девушек. И держите себя в руках, надо все спокойно обсудить.
Нитрок нахмурился, но послушно вышел за дверь. Я ободряюще обнял Дину за плечи, и мы последовали за сапфировоглазым, последним из сторожки появился целитель. Он же и начал разговор:
— Дина, почему ты против? Нитрок уже доказал, что может заботиться о ней, хочет быть рядом. Я считаю, он вправе связать себя с Симридой.
Нитрок, который стоял, скрестив руки на груди, немного расслабился, поняв, что Киен на его стороне.
— Ты тоже так считаешь? — Дина повернулась ко мне.
— Э-э-э… — Такого подвоха я не ожидал. — Меня беспокоит только, что доргиня все проспала. Может быть, она не поверит или испугается.
Моя Связанная всплеснула руками.
— Ну тебя хотя бы это беспокоит, — ехидно ответила она. — А вы вообще принимаете в расчет мнение девушки? Может быть, она не захочет его в пару.
Дина сурово ткнула пальцем в направлении сумрачного Нитрока.
— Или, может быть, у нее уже есть на примете пара, о чем этот безмозглый староста не знает. Или она вообще в принципе замуж не хочет! Или… Да мало ли сколько этих «или» может быть! — С каждой фразой она все больше распалялась, пока не перешла на крик.
К нам подошли шаенги, укрывшиеся в лесу.
— Дина… — начал было Киен.
Но та не позволила ему закончить, рявкнув во все горло:
— Нет уж, молчите и слушайте! И не смейте меня перебивать! Кого-нибудь вообще интересует мнение девушки? У нее есть право самой сделать такой важный в жизни выбор? Это же уму непостижимо — в спящем, совершенно бессознательном состоянии взять и выдать замуж! А может быть, мы ей еще и ногу, к примеру, отрежем, пока она ничего возразить не может? А? Зачем ей нога? Зачем ей личная свобода, право самой распоряжаться своей жизнью? Раз уж вы готовы, не задумываясь, лишить ее последнего, так и ногу режьте! И еще, — уперев палец уже в Киена, — если это твой стандарт поведения с невестой, то можешь забыть о моем существовании. Ты меня понял? Забыть. О моем. Существовании. И вообще, скажу вам всем — вы меня разочаровали!
Дина развернулась и побежала к ручью. Мы же, потрясенные, застыли на месте. Даже Ригард и новички, а уж Нитрок и Киен вообще стали серыми. Нас всех просто поразил ее взгляд на ситуацию, накрыло понимание, что Дина действительно была права, права в каждом слове! Никто из нас никогда не задумывался о том, как вести себя с девушкой, что можно относиться к ней как к равной: принимать ее выбор, учитывать мнение… Немыслимо! У нас было принято защищать, все решая самостоятельно. Да, я часто делал так, как хотела Дина, но я воспринимал это как снисходительную уступку со своей стороны, а не как признание ее варианта более приемлемым в сравнении с моим. Да, мы действительно заслужили ее обвинение. И разочарование.
— Надо извиниться, признать ее правоту. Мы должны сделать первый шаг к изменению себя, — произнес я вслух.
— Что вы такого наделали? — Недоумение Ригарда можно было понять.
Я уже намеревался пойти за Диной, но был остановлен просьбой Нитрока:
— Позволь мне быть первым! Я задолжал Дине не одно извинение и не один искренний ответ.
Даже желая поскорее загладить свою вину перед Связанной, я не мог не согласиться с ним:
— Только не доводи ее до истерики. Мы отвратительны вдвойне, если учесть ее состояние.
Нитрок скользнул к ручью.

ГЛАВА 28

Дина  

Я сидела на берегу ручья и ревела.
И чего я так завелась?
Что от них, ущербных, женщин близко не видевших, еще ждать приходилось? Надо было спокойно и дипломатично все разъяснить, по полочкам разложить, а я? Накричала и разревелась, как дите малое. И без толку, еще и поссорились. Пусть у них замашки собственников, но зато надежные, нежные, заботливые, а в остальном… Договориться всегда можно. Наверное, это гормоны. Как вот теперь доказать им, что я та самая рассудительная и самостоятельная женщина?
Сзади раздалось деликатное покашливание. Быстро пошмыгав носом, я попыталась взять себя в руки. Оглянулась — Нитрок!
Это типа тяжелая артиллерия?
Он присел рядом с моим пеньком прямо на землю; почувствовала окутавшее меня тепло.
А я их еще ругала. Да их бы с руками оторвали, таких…
Молчит. Тоже тогда буду молчать, наговорилась уже.
— Дина, это Видение… — внезапно начал он, заставив меня насторожиться. — Знающий на мой вопрос, обрету ли я Связанную, сказал, что это случится тогда, когда украду долгожданную — странной красоты женщину с огненными волосами, что принесет нам надежду на спасение, — и смогу долго укрываться с ней вдвоем. Думал, это означает, что, пока мы с тобой путешествуем, я получу Зов, и мы вдвоем отправимся на него, а ты поможешь мне убедить Жертву. Я даже связующие браслеты захватил. А Симрида… Даже не знаю, как объяснить мое состояние, просто чувствую — без нее не смогу, погибну. И только сегодня, когда дорг сказал, что заберет ее у меня, а потом про пару, я внезапно понял — Знающий не говорил мне ни одного слова об Обряде, а только про обретение Связанной!
Я восторженно смотрела на него. Так, значит, все получилось! Все это, даже жуткое нападение безумных шаенгов, все было предопределено. Не было бы счастья, как говорится…
— Ты права, я не имею права решать за Симриду, как бы ни хотелось ее заполучить. Но право добиться, доказать ей, что достоин, я имею! И никто не сможет лишить меня этого. Но, Дина, я решил быть с тобой откровенным до конца. Прошу тебя простить меня за похищение, но я не мог поступить иначе. И не только ради своих собственных интересов, но и ради будущего рода, будущего нашей расы. Знающий сказал — как бы невероятно это ни звучало, — что благодаря тебе в нашей связи… родится девочка.
К концу своего рассказа шаенг еле слышно шептал. Я вскочила, слова радости замерли на губах.
Что значит — благодаря мне? Я тут с какого боку? Или мое состояние заразно и Симрида, пообщавшись со мной, тоже… Не понимаю!
Боясь расстроить Нитрока, осторожно намекнула:
— Но я не совсем понимаю, как могу повлиять на пол вашего ребенка?
— Я тоже, — улыбнулся шаенг. — Но последние события показали — иногда надо положиться на судьбу.
Ему легко полагаться, а мне что делать? И, кстати, надо бы ему еще глаза открыть на один важный нюанс:
— Нитрок, есть еще одна причина, по которой я была против.
Шаенг впился в меня взглядом.
— Симрида — младшая сестра Зоель, Связанной брата Нургха. Поэтому она все же не всей семьи лишилась, и за нее есть кому заступиться.
В ответ Нитрок расплылся в довольной улыбке:
— Это только повышает мои шансы. Она однозначно войдет в наш круг, а сестра объяснит ей, что нас не надо бояться.
— Ну, ее доверие ты уже завоевал, — укрепила я его намерения. — Но не забывай — дай ей самой сделать выбор, а не напяливай браслеты без объяснения. Только так вы сможете обрести друг друга. И, кстати, расскажи мне, как появилась традиция с браслетами? Вон у доргов нет таких заморочек.
— Древние, когда поняли, что нам придется обживаться в этом мире, а из представителей нашей расы остались только мужчины, поставили перед собой две задачи. Первая — шаенги должны были иметь возможность получать себе в пару представительницу другой расы. Для этого был создан механизм магического Обряда. Вторая — наши способности, передаваемые ребенку от отца, должны быть обязательно унаследованы. Крайне важно было, чтобы при смешении крови наших рас не происходило постепенное вырождение, чтобы из поколения в поколение способности не ослабевали. Эту проблему решают родовые артефакты, они и осуществляют передачу способностей. Только что-то в этой системе сбилось, какой-то фактор древние не учли. Последние века провал Обряда становился все более частым, и в итоге — то, что мы сейчас и имеем.
Какие важные нюансы… До этого момента я относилась к нашим браслетам-тату скорее как к символическим украшениям, а это, оказывается, своеобразные биологические гаджеты. А если вспомнить подземелье и остатки механизмов, относящихся к более развитым технологиям, так и вовсе к жутким выводам можно прийти — этим браслетом меня запрограммировали на что-то конкретное. Еще и не снять их!
Шаенг встал и, присев у ручья, опустил в воду руку. Вода заискрилась сиреневым.
— Передал своим, чтобы они встретили послов от доргов и согласились им помочь. И сообщил, где сохранили тело убитого шаенга, чтобы предъявили доргам и забрали с собой, — пояснил он мне. — Пойдем, уже совсем стемнело. Нургх беспокоится.
Я так задумалась, что не заметила, как наступила ночь. Приняв руку сапфировоглазого, я поднялась.
— Теперь — друзья? — улыбнулся он.
Я согласно кивнула, и мы отправились обратно к сторожке. На крыльце сидел Нургх.
— Как доргини? — первым делом поинтересовалась я.
— В порядке. С ними Киен. И мы их уже покормили.
Он осторожно шагнул мне навстречу, а я с облегчением скользнула в его объятия.
— Прости меня, — сказали мы одновременно и облегченно рассмеялись.
Вслед за Нитроком мы вошли в домик. В прихожей спали Ригард и Торгх. Осторожно обогнув их, мы заглянули в комнату. Киен с потерянно-задумчивым видом сидел за столом, Нитрок — ожидаемо рядом с лавкой Симриды, а Отлирх, как и накануне, разместился ближе к двум другим раненым девушкам. Мирлона не спала, и они с рубиновоглазым даже тихонько перешептывались. Убедившись, что все в порядке и под контролем, так и не решившись взглянуть на прожигавшего меня вопросительным взглядом Киена, я отправилась на чердак. Ну не готова я сейчас к еще одному серьезному разговору!
Нургх поднялся следом, принеся с собой «кулинарных яблочек». И я сразу почувствовала, что голодна. Да и он наверняка переживал и о еде не подумал. Устроим романтический ужин, пусть и в маленькой клетушке под крышей. Мы были тут только вдвоем, и это делало наш чердак самым прекрасным местом на свете! А уж после того, как я познакомила его с клубникой и сливками…
Уже засыпая в объятиях любимого, я прокрутила в голове разговор с Нитроком, и внезапно созрело четкое понимание проблемы. Сон мгновенно пропал. Я села на матрасе, безмерно удивив шаенга.
— Дина, что с тобой?
— Нургх, мне нужна твоя помощь.
— Мм?..
— Надо устроить ограбление!
Теперь сел и Нургх:
— Дина, ты о чем?
— Поможешь мне выкрасть у Нитрока его связующие браслеты? Только так, чтобы он не заметил.
— Зачем?!
— Нургх, я тебе все объясню, когда проверю свою гипотезу. Но это надо сделать обязательно! Я должна! Поверь мне.
Нургх горестно застонал.
— Даже не представляю как, но помогу. Хотя это кровное оскорбление — даже касаться чужих фамильных браслетов нельзя. Боюсь представить его ярость.
— Не волнуйся, думаю, он нас простит… со временем.
— Спи уже, грабительница.
— Ой, я же тебе еще новость не сообщила! Симрида — младшая сестренка Зоель! Еще в Визгарде Зоель мне рассказала о своей семье и просила их проведать в Рилде, передать письма и подарки. Письма у меня с собой. А как девушке станет лучше, надо будет выяснить, что за трагедия случилась с матерью и второй сестренкой.
Эта новость шаенга сразила. Как все же хорошо, что они так вовремя подоспели и спасли девушку! Завтра надо будет отправить Маартху сообщение. Я теснее прижалась к Нургху, и мы, довольные друг другом, наконец-то заснули.

Нургх  

Проснувшись до зари, я еще немного полежал в теплой постели, прислушиваясь к Дининому сопению. Она спала на боку, и я осторожно погладил ее живот, а потом легонько положил ладонь сверху. И тут неожиданно что-то несильно толкнулось. Боясь поверить в происходящее, я замер, прикрыл глаза и принялся вслушиваться в четко улавливаемый мною ритм двух сердечек, посылая им от ладони волны тепла и нежности. Ответом мне стали уже два толчка, и я понял, что они тоже чувствуют мое присутствие, ощущают рядом. Так и лежал, совершенно потрясенный первым для меня физическим контактом с детьми, впитывая в себя каждую частичку этого волшебного ощущения — маленьких и таких беззащитных, но уже обожаемых жизней. И только когда моя Связанная заворочалась, меняя положение тела, я тихонько встал, чтобы не беспокоить ее и дать поспать подольше.
Но, даже спустившись вниз, я все еще пребывал под впечатлением и даже не сразу отреагировал на обращение Ригарда.
— Что с тобой? Спишь стоя? — ехидно поинтересовался янтарноглазый, хлопая меня по руке.
— Да нет, задумался, — делиться сокровенным не хотелось, — а что?
— Все пытаюсь выяснить, что тут вчера стряслось? Киен на вопросы вовсе не реагирует, а сейчас и ты.
— Дорг, возглавляющий облаву, — староста Рилда, и он скрепил пару доргов, как он полагает, — Нитрока и Симриду. Он узнал девушку.
Ригард опешил:
— А… Нитрок согласился?
— В том то и дело, что да. Он даже хотел ей сразу и связующие браслеты надеть, чтобы признать своей Связанной, но Дина была против, потому что мы не спросили девушку. А Киен полез заступаться за Нитрока, ну и… попал под раздачу. В общем, результат вы видели. Где целитель?
— Понятно, почему он такой расстроенный. — Ригард притворно вздохнул. — Надо ему быть с Диной более осмотрительным. А что до Нитрока… Это Динино влияние. После того что я наблюдал в Орбдухе, уже не удивляюсь подобному. Она проще относится к вопросу взаимоотношения полов. Я еще тогда решил следовать ее путем. Это нам на пользу.
Ригард в очередной раз подтвердил мое мнение о нем — достойная замена Соорджу будет!
— Пусть они поговорят и сами все решат. Я хотел поохотиться. Нитрок брал в дорогу «яблочек» на двоих, а нас сейчас намного больше. Как Торгх?
— Все неспокоен, ночью ушел спать на улицу. Ты пока с него маяки не снимай.
Обменявшись понимающими взглядами, мы зашли в комнату. Сапфировоглазый так и не покидал свою ненаглядную пациентку, а вот Отлирх, видимо, не выдержал и заснул под утро, пристроив голову на лавку доргини с раненым боком, Мирлоны, кажется. Оставалось только удивляться силе и выдержке Нитрока.
— Иди отдохни, мы пока за ними присмотрим, — сказал я ему мысленно, чтобы не разбудить спящих, в том числе и Киена, заснувшего прямо за столом.
Нитрок задумчиво посмотрел на Симриду, коснулся ее лба и согласился:
— Пару часов посплю.
Мы с янтарноглазым устроились на табуретах, обозревая это сонное царство.
— Тебя Нитрок про подземелье Оайзира не расспрашивал? — мысленно поинтересовался я.
— Нет. Да и когда бы? Мы и парой фраз не перекинулись. А что?
— Меня расспрашивал. И я так понял, что Дину тоже, но она почему-то скрыла свое исчезновение. Поэтому ты тоже не говори. — Я решил отныне поддерживать Дину в любых ее начинаниях.
Ригард задумался.
— Ты уверен? Хранители — очень закрытое сообщество, с детства помню всякие страшилки про тайны, которые они оберегают. Брр… Про зло, которое может вырваться на свободу. Так что, может быть, он не зря тревожится? Не мне тебе рассказывать, в каком виде Дина вернулась, да и то, что она ничего не помнит, очень странно. А как она вела себя там, тебя это не настораживает?
Своими мыслями на этот счет я поделиться не успел — проснулся Киен. Потянувшись, он увидел нас и резко замер.
— Нургх, Дина очень на меня обижена?
Мне захотелось тоже закатить глаза.
— Не переживай об этом. Она отходчивая. Просто извинись, поговорите — и все наладится.
Симрида забеспокоилась и открыла глаза. Обведя нас мутным со сна взглядом, девушка хрипло прошептала:
— Я в плену? Где я?
Ригард сразу же отправился за водой для доргини, а я несколько недоуменно пожал плечами:
— Почему в плену? Вы в лесной сторожке, в сутках пути от Рилда. Мы нашли вас, раненую…
Девушка спокойно подтвердила:
— Да, на меня напали чудовища. Я уж думала, что умерла… Я даже видела светлого ангела.
Видимо, это сказывалась эмоциональная блокада — очень уж она безразлична. Ригард поперхнулся, потом ехидно вскинул бровь:
— Ну, мы не ангелы, но вот попить предложить можем. Как чувствуете себя? Может быть, желаете поесть?
Девушка попробовала пошевелить ногами, попыталась приподняться, но от слабости рухнула обратно на матрас. Мы с янтарноглазым оба кинулись поддержать ее.
— Да, я бы поела, — наконец решила она.
Я, припомнив весь ассортимент Дининой еды, решил создать то, что моя Связанная как-то охарактеризовала сытной и легкой едой — овсяную кашу. Протянув тарелку Ригарду, я предоставил ему возможность накормить девушку. Киен, глядя на нас, тоже решил позавтракать. Я присел рядом с ним, чтобы не смущать девушку пристальным вниманием.
— Торгх никак не стабилизируется, постоянно находится на грани. Боюсь, что его от любой сильной эмоции опять перемкнет. — Переживания целителя за собрата по роду были мне понятны. — Наверное, все же стоит его отправить к нашим.
— И что? Ты уверен, что там его сдержат? А если нет и нас не будет рядом, чтобы его обездвижить? — возразил я. — Подождем немного. Я постоянно держу его под наблюдением, так что не беспокойся об этом. Меня больше волнует, что с доргинями будем делать. Те две, из каравана, были в сознании, когда Нитрок пытался Торгха сдержать, и потом, когда мы его пленили и меняли трансформацию. А если учесть, что он перед этим натворил… В общем, страх и ненависть — это как минимум.
— В принципе, я могу всем заблокировать эмоции, но тогда Дина нас не только в насилии обвинит! — Киен определенно сделал для себя выводы.
— Поговорю с ней об этом. Может, так лучше, чем они будут мучиться и переживать. Возможно, у них на глазах погибли близкие. Ты справишься один? — спросил я целителя. — Мы поохотиться думали, да надо проверить, покинули ли дорги ближайшие территории. Нитрока мы отдохнуть отправили.
Рубиновоглазый уверенно кивнул:
— Та, что с переломами, Притана, скоро начнет двигаться и вставать понемногу. А вот Симрида и Мирлона… Им для полного заживления ран еще дня два вставать нельзя точно. Но что жизни всех девушек вне опасности — это уже наверняка.
Кивнув Киену, я приблизился к лавке с позавтракавшей доргиней.
— Симрида, ты понимаешь, кто мы? — постарался я максимально смягчить голос.
— Да, — тихонько донеслось от нее.
— Тебе не страшно?
— Нет, наверное… Мне уже ничего не страшно. Я так рада была, что умру. Хотела этого. Мне без разницы уже, что будет дальше. — Голос тихий и безразлично-холодный.
Как же легко, когда в дело не вмешиваются эмоции.
— Прошу, поверь — от нас тебе опасность не грозит, и не жди плохого. Мы хотим помочь. Пока ты спала, тут был староста Рилда, он сказал, ты потеряла всю семью.
— Да. Брат и отец три зимы назад из леса не вернулись, а вскоре Зоель, старшая сестра, тоже там сгинула. А совсем недавно и мама с младшей сестрой… В Рилде остановились путешественники, чужаки. Мы с сестрой на постоялом дворе работали — надо было как-то жить. Вот они все про нас выспрашивали, а как узнали, что защитников в семье нет… Мы когда вечером с работы вернулись, они следом в дом ворвались. Маму на месте зарубили, а нас с Тридарой засунули в мешки и в лес потащили. Там их ждали другие. — Голос дрогнул, хотя никаких эмоций девушка, казалось, по-прежнему не испытывала. — Я смогла вырваться, у меня второе тело маленькое. Убегала, пряталась, сколько могла. Но они не искали. У них и помимо нас девушки были пленные. А Тридара — пантера во второй ипостаси, они ее ранили сильно…
Девушка сжала веки и отвернулась лицом к стене, судорожно дыша.
— Даже не знаю. Может быть, лучше, если убили ее. Я пыталась в Рилд вернуться, когда на меня напали.
Передо мной встала дилемма: рассказывать ли сейчас о Зоель и брате или нет? Подумав, я все же решился. Осторожно погладив девушку по руке и стараясь удержать ее взгляд, я сказал:
— Зоель в лесу не пропала. На нее напал дикий зверь и сильно ранил, но ее нашел мой брат. Он выходил ее, и сейчас она его пара. Они с двумя детьми живут в нашем городе — Визгарде, на другом материке. Поэтому она не могла вас навестить, но просила об этом мою… пару. У нее есть для вас письма от Зоель. Мы как раз направлялись в Рилд, когда нашли тебя.
Доргиня недоверчиво посмотрела на меня.
— Это не шутка? — робко спросила она, заглядывая в мои глаза. — Я слышала о тебе, Белоглазый! Как я могу поверить тебе?
Ригард сделал шаг вперед:
— Я — сын главы клана янтарноглазых. — Он протянул к девушке кисть руки, показывая родовую татуировку. — И подтверждаю каждое слово этого шаенга. Когда Дина спустится и принесет письмо сестры, ты и сама убедишься.
Девушка расслабленно откинулась на матрас и заплакала. Мы с Ригардом недоуменно переглянулись, не зная, что делать дальше.
Янтарноглазый осторожно коснулся девушки, привлекая ее внимание:
— А куда направлялись те дорги, что вас похитили?
— Не знаю, кажется, к морю.
— Ну, отдыхай. Жди Дину и не переживай о будущем, — задумавшись о чем-то, медленно протянул шаенг.
Когда мы осторожно, чтобы не разбудить Нитрока, вышли на улицу, пришла мысль Ригарда:
— Если повезет, эти похитители окажутся из одного места с теми, куда Дина направила кровников. Надо будет передать им про девушку по имени Тридара.
Я кивнул. Это было бы настоящее везение.

ГЛАВА 29

Дина  

Пробуждение было не самым приятным — мутило страшно. Стараясь резко не двигаться, я натянула на себя платье и, сунув ноги в мягкие туфли, отправилась вниз. Спустившись по лестнице, наткнулась на Нитрока — шаенг наконец-то спал, а я так безжалостно его разбудила. К мукам желудка прибавились муки совести, и настроение совсем упало.
Пережив первый приступ утреннего токсикоза и умывшись из ведра с водой, я почувствовала себя значительно бодрее и отправилась проведать больных. Распахнув дверь, практически налетела на Отлирха. Только благодаря его ловкости мы избежали столкновения. Выглядел шаенг взъерошенным и помятым, словно только что проснулся. При мысли о сне мой взгляд автоматически переместился к лавке с Симридой, и конечно же Нитрок уже был там!
— Извини, что разбудила.
— Все хорошо, я успел отдохнуть. — Нитрок в ответ расцвел счастливой улыбкой.
— Где Нургх?
— Они с Ригардом ушли на охоту.
Что же любовь делает — даже без сна и отдыха жить помогает! В очередной раз поразившись случившемуся, я взглянула на доргиню. Симрида тоже внимательно смотрела на меня. Ей было значительно лучше, выглядела она уже не так болезненно, щечки немного округлились, а в глазах появилось спокойствие. Я вспомнила, что Киен заблокировал ей эмоции. Как-то надо было ей про сестру сообщить.
— Доброй зари! Дина, а правда, что вы Зоель видели и она просила навестить нас в Рилде? — прервала девушка мои раздумья.
Ого! Нургх меня опередил. Ну и отлично!
— Да, у меня есть письмо от нее, сейчас принесу.
Киен как-то неуверенно на меня посматривал, явно не решаясь начать разговор. Как известно, спокоен доктор — пациенты быстрее поправляются. Руководствуясь этой мудростью, я решила его приободрить и пожелала доброй зари.
— Сними с девушки свое воздействие, пусть порадуется хорошим новостям, — вовремя вспомнила я.
Письмо Симрида взяла с трепетным волнением, не сразу открыла, а сначала просто подержала в руках, или наслаждаясь предвкушением, или боясь поверить, что это не ошибка. Мы старались ее не смущать, и даже Нитрок отошел, хотя и продолжал напряженно прислушивался к ее эмоциям.
Я же решила проверить остальных пациенток. Обе уже не спали, Притана угрюмо уставилась в потолок и о чем-то размышляла, а Мирлона, повернув голову набок, наблюдала за нами, прислушиваясь к разговорам. С нее я и начала:
— Как самочувствие?
— Лучше, — девушка застенчиво улыбнулась, — спасибо вам! Сейчас тепло в месте раны ощущаю, хотя и ноет еще, но уже не так сильно.
Я осторожно, на всякий случай, коснулась ее лба ладонью, убеждаясь, что температура нормальная.
— Завтракать будешь?
В ответ девушка легонько кивнула.
— Я покормлю. — Сзади меня уже стоял Отлирх.
Как же хорошо с этими шаенгами — во всем помочь готовы!
— Притана, а ты завтракать будешь?
— А если нет, то что — насильно заставите? — В голосе звенела нескрываемая злость.
Понятно, ей явно стало лучше. Наступило понимание и осознание случившегося, и теперь мы — враги номер один.
— Нет, — спокойно сказала я, — до обеда голодной останешься.
В ответ мне послали угрюмый взгляд. Я не стала придавать этому значения — девушку можно было понять — и так же спокойно поинтересовалась:
— А проверить повреждения дашь или тоже до обеда отложим?
Мне нехотя кивнули.
Обследовав грудную клетку и убедившись, что никаких болевых ощущений нет, а подвижность восстановлена, я обернулась к Киену:
— Посмотришь?
Целитель кивнул и, приблизившись к нам, поднес ладони к бинтам на груди девушки. Буквально через минуту убрал руки и отчитался мне:
— Срослись.
Вот это возможности у него, вот это я понимаю — ускорил сращивание костей! На третьи сутки уже как новые!
— А нога?
Еще несколько манипуляций — и уверенный кивок мне.
— Ну что ж, Притана… — Я довольно посмотрела на доргиню. — Начнем расхаживаться. А сейчас ешь!
И я вручила ей уже приготовленную Отлирхом миску.
Сама тоже решила позавтракать, создала себе кружку кефира, банан и булочки.
Симрида была глубоко погружена в чтение. Нитрок сидел рядом и не сводил глаз с ее лица, настороженно улавливая все впечатления. Отлирх кормил Мирлону, они опять о чем-то шептались. И только недовольная Притана буравила нас по очереди хмурым взглядом. С ней определенно будет непросто!
Я обернулась к сидевшему рядом Киену:
— Ну что? Ты все обдумал, осознал и обещаешь исправиться?
Шаенг вздрогнул и ответил раздумчиво:
— Я постараюсь научиться понимать женщин. Хотя мне, как целителю, привычнее самому принимать решения. Но… у меня есть время. — И он улыбнулся очень искренне и тепло.
— Время все расставит по местам, я могу только еще раз повторить, что не буду принимать в расчет никакие ваши Видения и ощущения.
Киен понимающе кивнул и, подхватив миску с едой, отправился к выходу:
— Это Торгху!
Не успела я доесть, как Притана неожиданно спросила:
— Мне действительно можно пробовать ходить?
Я утвердительно кивнула, дожевывая банан.
Девушка, решительно выдохнув, попыталась привстать на лавке. Получилось неловко, но она упорно тянулась и в итоге смогла сесть, свесив на пол ноги. Мы с Отлирхом вскочили, намереваясь ей помочь, но доргиня, прикусив нижнюю губу, от нас отмахнулась. Опираясь руками на лавку, она принялась вставать. Все еще боясь ощутить боль в груди, Притана старалась глубоко не дышать и резко не поворачиваться. Нога слушалась плохо. Волоча ее по полу, девушка начала двигаться к выходу. Мы все, затаив дыхание, наблюдали за ней. Характер у бывшей уже караванщицы был явно волевой и дерзкий, а натура беспокойная и стремительная.
Интересно, кто она во второй ипостаси?
Мои размышления не успели еще оформиться в вопрос, а девушка уже достигла двери, намереваясь выйти из комнаты. Я махнула рукой шаенгам, показывая, чтобы они оставались на местах, а сама отправилась за ней следом. Доргиня благополучно выбралась на улицу, но капли испарины, блестевшие на лбу, говорили о том, каких усилий ей это стоило.
Снаружи недоуменным молчанием нас встретили Киен и Торгх. Торгх был в одних кожаных брюках, покрытый каплями воды. Наверное, купался. Девушка устало прислонилась спиной к стене домика и огляделась. Взгляд ее остановился на Торгхе.
— Ты! — Она выплюнула это с ненавистью и злобой. — Чудовище! Монстр! Ты убил моего жениха! Убил остальных! — Девушку трясло от гнева, от злобы, от боли.
Шаенг, чьи глаза опасно полыхнули, вдруг поник. И от каждого ее слова продолжал все больше и больше горбиться, упираясь взглядом в землю.
— Стой! Что ты сейчас делаешь? — грубо крикнул девушке Киен, стремительно протягивая руку в сторону собрата по роду.
Но доргиня уже ничего не воспринимала, ничего не слышала, весь ее мир в этот момент сфокусировался на одной точке — на Торгхе. Не задумываясь о боли, о непослушной ноге, о собственной безопасности, она неуклюже бросилась к нему, вытянув вперед обе руки с заостренными когтями, стремясь добраться до шаенга.
— Я убью тебя, тварь! Ты слышишь, убью! Я должна! Вы все убийцы, ненавижу вас!
Мы с Киеном застыли, не понимая, что предпринять. Он хотел задержать доргиню, но та оттолкнула руку шаенга и с ходу вцепилась когтями в лицо рубиновоглазого. Торгх не сопротивлялся, даже не дернулся и не отвел глаз от бесновавшейся девушки. Притана же словно впала в безумие, она с дикими криками царапала лицо, грудь, плечи. Казалось, если бы могла — разорвала бы шаенга на куски.
— Ненавижу-у-у! — орала она, захлебываясь слезами и подвывая. — Проклятые шаенги! Вы все убийцы! Теперь я это знаю!
— Да, — вдруг сказал Торгх четко и громко, не отводя взгляда от девушки, — да, я убил их всех. И я прошу тебя забрать мою жизнь в оплату. Ты можешь это сделать. Это и мой выбор тоже.
Шаенг неуловимо быстро выхватил висевший на боку сорг и протянул его доргине. Мне стало дурно. Киен весь напрягся, всматриваясь в глаза рубиновоглазого. В глазах этих не было ни капли безумия, наоборот — только твердая уверенность.
— Киен, — слабо прошептала я, пытаясь хоть что-то сделать — при виде кровавых потеков на лице и теле шаенга к горлу подкатывала дурнота.
— Это его право, — глухо прошептал в ответ целитель, сжимая ладонь в кулак.
Доргиня, на миг отпрянув от своей безропотной жертвы, перевела взгляд на протянутый клинок и резко выхватила его, сжимая двумя руками. Отступив на шаг, она замахнулась, и с криком, зажмурив глаза, рубанула но телу. Девушка снова и снова махала клинком, оставляя на теле шаенга глубокие кровавые борозды, пока совсем не обессилела и не осела на землю. Сорг выпал из разжавшихся рук, а Притана зарыдала:
— Не могу! Так хочу, но не могу убить!.. — Прижав ладони к лицу, она рыдала, издавая булькающие хрипы. — Ненавижу тебя, ненавижу-у-у…
Колени шаенга подогнулись, с трудом обхватив скользкими от собственной крови ладонями лицо доргини, он глухим, срывающимся голосом прошептал:
— Я сам себя ненавижу, гораздо сильнее, и никогда не смогу простить себе содеянного.
Доргиня замолкла, потом вырвалась из его рук и вдруг перевернулась в юркую бурую лисичку. Животное нервно дрогнуло и сорвалось с места, устремившись в лес за домиком. Киен повернулся за ней с криком:
— Стой, глупая! Там же обрыв!..
Торгх вдруг резко дернулся, как пружина, и тоже, не обращая внимания на раны, сорвался с места, устремившись вслед за лисой. На его месте осталась лужа быстро впитывающейся в землю темной крови. Это меня доконало, и я почувствовала, что теряю сознание. Последним моим ощущением были руки Киена, подхватывающие меня.

Нургх  

С Ригардом мы сразу договорились, что долгая охота бессмысленна — возможности для хранения мяса у нас не было, лучше приносить добычу каждый день, но понемногу. Мы разделились, янтарноглазый отправился за дичью, а я решил, что не только Дине удивлять вкусностями, и принялся искать для нее ягоды и дикий душистый мед. Специально для этого захватил с собой закручивающуюся фляжку. Мне повезло — на пути встретились плоды грушона, сладкие и вкусные корнеплоды, из которых можно было сделать замечательное блюдо. Набрав меда, я принялся за сбор ягод и лесных орехов, когда внезапно ощутил смятение Дины. Одновременно сработали предупреждающие маяки на Торгхе — шаенг снова скатывался в пучину гнева и безумия.
Мысленно крикнув Ригарду, я рванул к сторожке. Бежал на пределе, ругая себя за то, что не подумал забрать Торгха с собой. Что, если он сорвется и опять покалечит доргинь? Или еще что-нибудь похуже! Хорошо, что далеко мы не отходили, я же, гонимый страхом, и вовсе так стремительно двигался, что вскоре оказался в зоне восприятия. Первое, на что обратил внимание и еще больше испугался, — запах крови. Крови Торгха.
Что там стряслось?
Также ощущалась растерянность Киена и глубокая печаль и тоска истекавшего кровью шаенга. Подбегая ближе, я сменил направление — впереди путь преграждал глубокий каменистый овраг с крутыми обрывистыми склонами. Все мои органы чувств говорили о приближении перевертыша.
Неужели нас застали врасплох и обнаружили? Мы же проверили — доргов рядом нет!
Раненый Торгх тоже бежал мне навстречу. Замедлившись, я двигался уже настороже, готовый к появлению дорга, и вышел к крутому обрыву, когда на его противоположный край выскочила бурая лиса. Она не успела затормозить и с отчаянным лаем сорвалась вниз. Практически одновременно с ней выскочил Торгх и, не раздумывая и не замедляясь ни на мгновение, прыгнул с обрыва вниз, в полете обхватывая перевертыша руками. Я с ужасом наблюдал, как они стремительно приближались к каменистому дну. Рядом остановился Ригард с тушей лани на плече.
— Торгх? — потрясенно спросил он, глядя вниз.
— И, кажется, одна из девушек…
— Что же там у них случилось?! Киен нужен! Надо спускаться вниз, он же не должен погибнуть от этого? — Ригард сам боялся не поверить в свои слова.
— Дина не отзывается, так что я — в сторожку, а ты спускайся. Киена пришлю! — Мне было страшно за шаенга, но беспокойство за Дину пересилило.
Я перехватил тушу и побежал дальше, ощущая уплотнение воздуха (это Ригард начал собирать плотную воздушную подушку, чтобы спуститься на дно оврага). На лужайке перед домиком я застал Киена, Нитрока и Отлирха. Шаенги готовы были отправиться на помощь, когда услышали меня.
— Дина? — первым делом спросил у целителя, сбрасывая тушу на землю.
— Она в порядке. Сознание потеряла от ужаса, но сейчас уже пришла в себя. Я ее отнес на чердак.
— Нитрок, останься с девушками. Почему Торгх ранен?
— Притана его ранила, он ей не сопротивлялся. Они сорвались? — Голос целителя дрогнул.
— Да, он прыгнул за ней, спасая. Ригард с ними. Идемте!
Мы втроем помчались назад. Ригард был уже внизу, но одного выражения его лица хватило, чтобы понять — дело плохо. Мы втроем сгустили воздух, замедляя спуск. Киен кинулся к бесформенной груде, в которую превратилось тело шаенга после удара о каменистое дно, но быстро отстранился.
— Так нельзя, придется его положить, несмотря на боль.
Мы в четыре пары рук принялись осторожно приподнимать совершенно изломанное тело Торгха, ощущая его непереносимую боль от каждого нашего движения. Положив шаенга на воздушную подушку, принялись вытаскивать из кольца сомкнутых рук лису-доргиню.
По ощущениям, у Торгха не осталось ни одной целой кости. Мне казалось, что каждый кусочек его тела соединен с другим только кожей, а твердый внутренний каркас превратился в крошку. Он был весь в крови, что затрудняло работу нам и добавляло мук ему. Доргиня же оказалась невредимой. Она окаменела от потрясения, а когда мы извлекли ее из середины кокона, в который превратилось тело шаенга, мелко задрожала. Торгх в какой-то момент от невыносимой боли провалился в бездну беспамятства.
Киен склонился над ним, пытаясь остановить кровотечение и хотя бы собрать скелет. Задача практически невыполнимая. Надеяться оставалось только на способности рубиновоглазого целителя.
В овраге мы просидели до середины ночи, энергетически подпитывая Киена. Целитель не сдавался, истощая себя полностью, вычерпывая весь резерв сил до дна и даже отдавая часть собственного неприкасаемого жизненного запаса. В итоге, когда была уже глубокая ночь, он с мучительным стоном разогнулся, отодвинулся от раненого шаенга и упал рядом, с трудом выдавив из себя:
— Сутки продержится, а там и я снова восстановлюсь, и Дина поможет.
И он провалился в полубессознательный сон, измотанный и вычерпанный до дна. Мы поместили его рядом со спящим Торгхом, подхватили так и просидевшую все это время рядом доргиню и начали подниматься. Осторожно, на той же воздушной подушке, доставили всех пострадавших и обессиленных к сторожке. Постелив матрасы на полу комнаты, уложили на них Торгха и Киена. Доргиня перевернулась в женское тело и, пребывая в глубоком шоке, села на свою лавку, не сводя взгляда с лица Торгха. Симрида и Мирлона, которым Нитрок все объяснил, при нашем появлении проснулись и теперь обеспокоенно наблюдали за всем происходящим.
— Надо ему дать обезболивающей микстуры. Дина ее при переломах Притане давала, чтобы она спокойнее спала, — предложил Отлирх.
Мы осторожно влили в рот шаенгу две ложки лекарства. Ригард, Отлирх и Нитрок остались в комнате, а я пошел наверх, к Дине. Она сразу проснулась и вопросительно посмотрела на меня. Боясь ее опять напугать, я спокойно сказал:
— Торгх ранен, но Киен постарался ему помочь. Завтра им понадобится твоя помощь. Девушка не пострадала.
— Может быть, мне лучше сейчас…
— Нет, — оборвал я ее, — Киен погрузил его в сон, так что завтра. Отдыхай, пока можно, впереди непростой день.
— Я волновалась, — грустно заметила Дина.
Я осторожно погладил ее волосы и прижал к себе.
— Спи! У нас хорошая регенерация. Получив помощь целителя, он выкарабкается.
Поглаживая спину моей Связанной, я дождался, пока она снова заснет, потом тихонько спустился вниз и вышел на улицу. Ночь была звездной, лужайка перед сторожкой залита серебристым светом, а деревья в отдалении таинственно шелестели. Спать не хотелось совершенно — столько эмоций и переживаний принес ушедший день. Требовалось заняться чем-то, чтобы успокоиться и переосмыслить последние события. Торгх сегодня доказал, что сумел перебороть себя и справился со злобой и ненавистью.
Рядом тихонько возник Ригард:
— Не можешь уснуть?
— Да. Все думаю. О провалах Обряда, Жертвах, нашем восприятии женщин…
Янтарноглазый понимающе вздохнул.
— А убитая лань где?
— Нитрок ее в воздушном пузыре в ручей опустил, ему не до разделывания мяса было.
— Ну а у меня время как раз есть, — усмехнулся я. — Как Торгх?
— Стал дышать ровнее. Спит.
Мы вместе подошли к ручью и извлекли охладившуюся в ключевой воде тушу. Отойдя подальше от строения, принялись за разделку. К утру надо было все приготовить.
Вспомнил о том, что вся эта кутерьма оторвала меня от сбора ягод для Дины. Но мед и грушоны остались при мне, в карманах куртки. Если нарвать поблизости орехов, то к завтраку сделаю Связанной вкусный и полезный салат.
— Девушкам уже значительно лучше. Пора отсюда выбираться. Рано или поздно дорги опять будут здесь, — мысленно озадачил меня Ригард, помогая подрезать сухожилия и снимать шкуру.
— Симрида с Нитроком, наверное, вернется в Оайзир, а вот куда остальных отправить? Может, как и предлагала Дина, к вам в Орбдух? Хотя наших доргинь там сейчас нет, а оставить девушек одних нельзя.
— Спросим их. Возможно, они не захотят расставаться и предпочтут отправиться с Симридой. Хотя не уверен в Притане, после того что она сегодня устроила… Мучить ее не будем, отпустим к своим.
И мы полностью сосредоточились на работе.

ГЛАВА 30

Дина  

Удивительно, но утром я обнаружила рядом спящего Нургха. Ого! Или заснул поздно, или вчера укатали сивку крутые горки… Осторожно повернувшись к нему, я вгляделась в любимые черты. Во сне лицо расслабилось, и он казался… добрым. Да, именно так! Не то чтобы он был злым все остальное время, но лишенные суровости и напряжения черты лица казались мягче и моложе. Словно почувствовав мой взгляд, он сонно приоткрыл один глаз, на губах заиграла усмешка. Сильные руки бережно обняли меня, притягивая ближе, нос игриво потерся о мое ухо, а губы коснулись шеи в нежном поцелуе.
Люблю его! Безумно!
— Связанная моя, — ласково прошептал он и трепетно погладил мой выпуклый живот.
В ответ я отчетливо ощутила два толчка — прямо в ладонь шаенга.
— Ты чувствуешь? — замирая от восторга, шепотом спросила я.
— Да, — довольно пробасил он, — и уже не первый раз мы с ними так здороваемся.
Нургх подмигнул мне, и я заинтригованно уставилась на него.
— Вчера рано утром ты спала, а мы первое знакомство устроили. Мы ощущаем друг друга, — гордо похвастался любимый.
Только мысль о Торгхе не позволила мне и дальше нежиться в постели. Я встала и быстро начала одеваться, собираясь спуститься вниз. Вздохнув, шаенг тоже стал собираться.
— Кстати, у меня для тебя сюрприз. Сегодня на завтрак попробуешь местный деликатес.
— Мм… — Я закатила глаза, заинтересованная сообщением.
Умывшись и приведя себя в порядок, мы отправились в комнату с ранеными. Сегодня я на удивление хорошо себя чувствовала — папино присутствие благотворно подействовало на деток. Внизу мы застали суету: Нитрок и Отлирх раздавали девушкам миски с едой, Ригард с Киеном что-то делали на столе. Увидев меня, оба облегченно вздохнули:
— Дина, чем ты раны до перевязки обрабатывала? Какое лекарство от жара давала? — синхронно донеслись вопросы.
Бедняги. Прочитать этикетку на русском им было, конечно, не под силу. Хорошо хоть с применением подождали.
— А ты? — обратилась я к целителю, поскольку его способ заживления ран потряс меня своей эффективностью.
— На все сил недостанет, хоть на начальное сращивание костей хватило… Так что раны пока лечи, как умеешь, ими займусь, как скелет восстановлю.
Мы с Киеном и Ригардом занялись Торгхом. Шаенг выглядел жутко. Будь я в нашем мире, решила бы, что он обречен — помимо множественных переломов и рубяще-колющих ран, пострадали и внутренние органы. Это чудо, что Киен вчера остановил кровотечение, иначе Торгх уже бы погиб от внутреннего кровоизлияния.
— Внутренние органы я почти заживил, не переживай. Ты, главное, наружные раны обработай, — поняв мои опасения, успокоил целитель.
Этим мы с Ригардом и занялись. Одной мне бы не справиться — янтарноглазый помогал стягивать края ран при наложении швов и переворачивать шаенга при наложении повязок. Хорошо хоть Ригард по моей просьбе кроме ткани принес из поселения еще и нити с иглами для сшивания ран, которые были в ходу у доргов. Это было не совсем то, к чему я привыкла, но лучше, чем ничего. Тщательно все простерилизовав, я приступила к кропотливой работе. На полную обработку ран ушло часа четыре, но мы все промыли, продезинфицировали, сшили и наложили повязки. Под конец я дала шаенгу лекарства и напоила его бульоном.
Чтобы не мешать нам, все покинули комнату, оставив дверь приоткрытой для лучшей вентиляции. Симриду и Мирлону шаенги вынесли на руках, устроив их на крыльце и укутав одеялами. Девушки наслаждались дневным теплом и лесной свежестью. Притана тихо сидела рядом, прижавшись спиной к стене домика и обняв притянутые к груди колени.
Как только мы завершили свою часть работы, нас тут же сменил Киен, продолживший вчерашние попытки сращивания костей. Я поражалась его силе — ведь сколько там было переломов, я даже сосчитать не бралась. Мужество Торгха тоже вызывало уважение — он не жаловался, не стонал, только иногда терял сознание от невыносимой боли. Даже сильное обезболивающее не могло полностью заглушить ее.
Я очень устала. Спина ныла, в висках стучало, скрюченные пальцы рук с трудом разжимались. Вспомнила, что так и не позавтракала.
— Нургх, — мысленно обратилась к своему шаенгу, — что ты там мне с утра вкусненького обещал?
Присев на пенечек у крыльца, я подставила лицо теплым лучам.
— Как… Торгх? — тихонько прошептала Притана за моей спиной.
— Это надо у Киена спрашивать, он контролирует процесс. Но думаю, поправится, уж очень сильный целитель за него взялся.
Тут появился Нургх и возмущенно рыкнул:
— Ты даже не поела?
— Нет, некогда было, — сдалась с повинной.
Шаенг исчез, чтобы через мгновение вернуться с блюдом чего-то, издающего сладковатый аромат, и кружкой теплого напитка. Передав мне ложку и тарелку, выжидающе на меня взглянул. Упрашивать меня лишний раз не требовалось — желудок в радостном предвкушении издал громкое урчание, а рот наполнился слюной.
Да и попробовать было интересно. Прежде местные кушания я только на постоялом дворе ела, и мне понравилось. Блюдо было похоже на густое пюре ярко-желтого цвета, посыпанное молотыми фисташками и политое сиропом. Немного зачерпнула ложечкой и отправила в рот.
Мм… Потрясающе!
Вкус был совершенно незнакомый — нежный, не очень сладкий, немного пряный. Было отдаленно похоже на смесь клубники, нежной дыни и папайи.
Я посмотрела на ожидающего моей реакции шаенга и довольно улыбнулась:
— Восхитительно вкусно!
Нургх обрадованно мне подмигнул и сел рядом, прямо на землю. Со стороны ручья подошли Ригард, Нитрок и Отлирх, последние явно купались. Во дворе, на небольшом костерке, стоял приличных размеров котел, ранее замеченный мною на печке в сторожке. Освежившиеся шаенги уверенно двинулись к нему и, налив в миски похлебку, присели неподалеку. Ригард был сосредоточен, возможно, с кем-то мысленно общался. А Отлирх, весело улыбаясь, перемигивался с кем-то за моей спиной. Бросив взгляд в ту сторону, я совсем не удивилась, увидев Мирлону. Эти двое нашли общий язык. Нургх тоже оглянулся на девушку.
— Через пару дней вы сможете двигаться самостоятельно — вашим жизням больше ничего не угрожает. И нам всем пора уже покидать сторожку.
Девушки насторожились при первых же словах моего шаенга.
— Вернуть вас домой мы не можем. Поэтому прошу вас решить, куда предпочтете отправиться дальше. Можем проводить вас в город янтарноглазых, там живут доргини, недавно спасенные из плена разбойников. Симрида, если хочешь встретиться с сестрой, мы поможем.
Нитрок сразу же заметно напрягся, пристально вглядываясь в лицо девушки. Даже есть перестал.
— Остальные, если не хотят расставаться, могут отправиться с Симридой в Визгард. Семья моего брата примет вас, окажет помощь и поддержку, — добавил Нургх.
Девушки молча слушали шаенга, смущенно поглядывая в сторону сидящих у костерка.
— Симрида отправится со мной в Оайзир! — Нитрок сказал негромко, но категорично, явно не желая принимать никакое другое решение.
— А ее ты спросил?! — Моему возмущению не было предела.
— Я согласна уйти с ним, — послышался робкий шепот девушки, — он меня уже спрашивал. И рассказал про женитьбу. Я принимаю его своим Защитником и признаю парой.
Доргиня смутилась и покраснела под нашими изучающими взглядами.
— Ты уверена? Поверь, никто тебя и так не обидит, ты сестра… пары моего брата. Мы — одна семья. И я, и Дина готовы помочь тебе при любом выборе. И ты ничем не обязана Нитроку.
Сапфировоглазый при последних словах моего любимого резко вскочил на ноги и замер, грозно буравя взглядом Нургха. Он даже подрагивал от внутреннего напряжения и, сжимая кулаки, еле сдерживал себя.
— Нургх, — прорычал все-таки он.
Мой Связанный бросил на него короткий, но обжигающе ледяной взгляд, заставляя замолчать.
— Симрида, я совершенно серьезен. Предлагаю тебе все хорошо обдумать, пока еще есть время, — как-то даже ласково увещевал девушку Нургх.
Но доргиня уже более решительно качнула головой и уверенно ответила:
— Я все хорошо обдумала, и это мое желание — остаться с Нитроком. Хотя… с Зоель я тоже хочу увидеться.
Сапфировоглазый, облегченно выдохнув, плавно скользнул к девушке и, прижав ее ладошку к своей щеке, уверенно пообещал:
— Тогда мы сначала навестим ее, а уже потом отправимся домой!
Симрида радостно улыбнулась, второй рукой проводя по влажным волосам шаенга.
Нургх задумчиво наблюдал за ними:
— Ну что ж, раз это твой выбор… Но знай, что ты часть нашей семьи и можешь всегда рассчитывать на нашу помощь.
Нитрок возмущенно засопел.
— Благодарю! — Девушка посмотрела на моего Связанного, а потом перевела взгляд на меня и подмигнула.
Меня тут же посетила мысль, что с «кражей имущества» сапфировоглазого надо бы поспешить, да и вообще не только Симрида теперь пополнила нашу семью.
— Нитрок, не злись, мы теперь все — одна семья.
Нургх примирительно пожал плечами и обратился к Мирлоне:
— Ну а ты…
Но его перебил Отлирх:
— Согласитесь ли вы признать нашу связь по примеру Нитрока и Симриды? Если, конечно, Мирлона, — шаенг пусть и робко, но с надеждой во взгляде повернулся к девушке, — согласится меня принять.
Мы молчали, обдумывая этот неожиданный поворот событий, и наблюдали за Отлирхом и Мирлоной, напряженно смотревшими друг на друга. Наконец девушка отвела взгляд и стеснительно кивнула. Опустив голову, она спрятала лицо за завесой волос. Шаенг вновь повернулся к Нургху:
— Можно?
— Э-э-э… — Нургх растерялся. — Дина, как ты к этому относишься?
Уже доев салат, я задумчиво вертела ложку в руках.
— Мирлона, ты понимаешь, что пути назад не будет? Это уже на всю жизнь, очень долгую жизнь. А у них немного другие порядки. Предлагаю не спешить. Пусть Отлирх расскажет тебе о шаенгах, поговорите вообще друг о друге, а позже мы вернемся к этому разговору. Нургх прав в одном: мы не оставим тебя без поддержки в любом случае, поэтому не считай, что находишься в безвыходной ситуации.
Отлирх радостно улыбнулся мне. Они чем-то были похожи с Мирлоной, не внешне, а по характеру — оба спокойные, искренние, беззаботные и молодые. В хорошем смысле молодые — живут будущим, оставив все плохое в прошлом, и не боятся совершать ошибки. Они просто не думали о том, что могут ошибаться! Почему-то у меня появилась уверенность, что они уже все для себя решили, и будут вместе.
— Мой выбор вы тоже признаете? — Притана резко встала и, пройдя несколько шагов, остановилась напротив Нургха.
— Конечно. В твоем случае даже больше — мы готовы сами отпустить тебя обратно к доргам, но с условием, что Киен заблокирует твои воспоминания о последних днях.
Все же Нургх был благороден и добр, если бы не тяжелые испытания, ожесточившие его, он был бы таким же открытым и душевным, как Маартх.
— Не понадобится! Мое решение — остаться с Торгхом. Я хочу ухаживать за ним. И прошу тебя, как главного, признать меня его парой!
Мы все были поражены. И шаенги, и доргини, и даже я — все удивленно уставились на Притану. После того как она практически изрубила его в капусту! Мой Связанный настолько опешил от ее предложения, что не мог найти слов для ответа. Недоуменно моргая, он несколько раз открывал рот, собираясь ответить, но так и не решился озвучить свои мысли. Прошло несколько минут, которые все мы провели в потрясенном молчании. Притана угрюмо уставилась в землю под ногами, ожидая ответа Нургха. Подобного поворота событий никто предположить не мог.
— Нургх, ты не-можешь принять такое решение, — разорвал тишину янтарноглазый, — и никто из нас не может… Не исключено, что Торгх не согласится на такую Связь! Да и она не понимает, какой он.
— Я не понимаю?! — Притана сорвалась на крик, подскакивая к Ригарду со сжатыми кулаками. — Я видела его там! Видела гибель каравана! Видела монстра-убийцу…
Все снова замерли, не зная, чего ожидать от доргини.
— Но я также видела его глаза за мгновение до удара… И кажется, только я понимаю, что живет в его душе, — тихо-тихо прошептала она.
— Она в своем праве, — спокойно прозвучал голос Отлирха. — Он уже сделал выбор, когда спас ее. Нургх и все мы должны признать эту Связь!
Рубиновоглазый решительно подошел к Притане и положил ладонь ей на плечо. Девушка неприязненно дернулась, злобно отталкивая его.
— Речь только о Торгхе. Вас я знать не желаю!
Шаенг расхохотался, вызвав наше изумление. Сообразив, что мы не понимаем его мотивов, он взмахнул рукой и пояснил:
— Она идеально ему подходит! С ней не заскучаешь, на безумие времени не останется. Да она и Рисварт перевернет с ног на голову! Уже предвкушаю жизнь этой пары.
Мы с Нургхом переглянулись: а ведь прав рубиновоглазый! И Нургх со вздохом облегчения кивнул решительной караванщице:
— Мы признаем вас парой Связанных.
Как все же непредсказуем мир.

Нургх  

Вопрос о будущем девушек разрешился, а собственное грядущее вызывало радостное предвкушение. Девушки нашли себе спутников жизни и защитников, а мы с Диной вновь должны распланировать дальнейшие действия. Я решил отныне всегда советоваться с моей Связанной обо всем, что касается нашей жизни.
— Дина, — мысленно привлек ее внимание, — купаться хочешь? Заодно планы обсудим.
— Да-да! — Ощущение мгновенно вспыхнувшей радости стало мне наградой. — Я тоже хотела с тобой кое о чем поговорить, да и расслабиться не помешает… И надо бы доргинь помыть, а то бедняжки сами на себя уже не похожи.
Этим Дина меня озадачила. Одно дело ее купать, но вот доргини? Позже расскажу новоиспеченным Связанным шаенгам о роли водных процедур в укреплении отношений в паре. Пусть сами и укрепляют!
Я предупредил Ригарда, чтобы пока к ручью не ходили, и отправился организовывать теплую заводь. Счастливая Дина побежала в сторожку за своей сумкой и чистой одеждой. Шаенги и доргини остались на лужайке, продолжая обедать. Пары же и вовсе настолько были заняты друг другом, что не заметили наших маневров. Притана пребывала в своем обычном в последнее время состоянии — угрюмой задумчивости. Только один Ригард, притворно завистливо вздохнув, насмешливо мне подмигнул.
День был хорош. Несмотря на сезон, светило хорошо пригревало, вокруг колыхался малиновый лес, а вода в заводи заманчиво блестела. Уже привычно уплотнив границы водного барьера, я нагрел внутри воду и принялся ждать Дину. Мне было отлично слышно, как она легкой походкой направилась ко мне. Я встретил ее, подхватил с вещами на руки и отправился к водоему. Быстро сбросив одежду, мы погрузились в воду. Я уже и сам с радостным нетерпением ожидал момента, когда теплые воды сомкнутся вокруг тела, ласково обнимая и снимая напряжение мышц. Взял мою Связанную на руки и начал медленно-медленно раскачивать ее на самой поверхности воды. Дина блаженно жмурилась, откинув голову назад.
— Мур-р-р, — нежно промурлыкала любимая.
— Что это? — Эти звуки меня насмешили.
— Да так… Животное домашнее из моего мира, — мечтательно протянула Дина. — Кошечка.
Кошечка… Интересно. Ласково так.
— Кошечка моя, — нежно прошептал я и погладил ее плечо с татуировкой.
— Ой, — Дина сразу встрепенулась, — надо срочно похищать браслеты Нитрока! Ждать уже нельзя.
Наблюдая, как лучи светила играют в Дининых волосах, я вздохнул:
— Ты так и не рассталась с этой идеей?
— Нет! Нургх, поверь, это не моя причуда. Это очень важно! Если я права, конечно, — тихо бормотала Дина. — Надо придумать, как это осуществить. Знать бы для начала, где они?
— Дина! Нитрок нас убить захочет после этого, и будет прав. — Я задумался. — Хочу предложить Нитроку и Отлирху своих Связанных тоже искупать, это так приятно. Вот тогда можно и попробовать. Что касается того, где он хранит браслеты… Если он взял их с собой — или на теле, или в одежде.
Пока я промывал ее длинные волосы, Дина задумчиво смотрела в небо. Закончив с волосами, осторожно поставил ее на ноги и отвел ближе к берегу на мелководье, собираясь намылить. Моя Связанная расслабленно наблюдала за моими движениями.
— Сможем проверить одежду, пока они будут купаться? — с надеждой спросила она.
— Хм…
Если учитывать возможности нашей расы, то Дина предлагала невозможное.
— Пока он в сознании, никакое купание не отвлечет его настолько, чтобы не заметить подобного.
— О! Нургх, точно! Он же в последние сутки почти не спал! Я ему снотворного подсыплю! — Дина возликовала.
Мне стало смешно. Я уже представил себе Нитрока, спящего мертвецким сном, и Дину, старательно обыскивающую его безвольное тело. А уж о том, что будет после того, как он проснется, и вовсе без истерики представить было невозможно.
— Кошечка, — мягко подул ей на ухо, — ты меня пугаешь.
Дина довольно фыркнула и, обвив шею руками, потянулась за поцелуем.
— Все для блага родины, поверь.
— Кто ж сомневается! — Меня душил смех. — Главное, не перестарайся, а то Киен и так на Торгха столько сил тратит… Кстати, уверен, что завтра к вечеру он уже достаточно окрепнет и можно будет перенести его в Рисварт с помощью жемчужины. Поэтому и нам надо решить, куда мы отправимся дальше. Дина, если ты хочешь и дальше изучать деятельность моего отца в Оайзире, давай займемся этим после появления новых жизней? То, что случилось в подземелье, и это похищение… В общем, я считаю, что нам лучше провести оставшееся время в Орбдухе, в безопасности и среди друзей.
Я серьезно посмотрел в глаза моей Связанной, пытаясь передать ей свое беспокойство и озабоченность. Наконец она согласно кивнула:
— Да, в этом ты прав.
Я облегченно вздохнул. С той ночи в подземелье меня не покидало чувство беспокойства, которое только усилилось после настойчивых расспросов Нитрока.
Мы, не торопясь и наслаждаясь каждым мгновением, продолжали купаться. В результате Дина настолько разнежилась, что решила сразу отправиться на наш чердак и поспать там немного. При этом строго наказала мне разбудить ее до ужина, если понадобится помощь с Торгхом. К тому же она не хотела упустить возможности добавить снотворное в миску сапфировоглазого.
На лужайке у костерка были только Нитрок и Симрида, они сидели рядом и мысленно общались. Я решил их не беспокоить, но все-таки отправил шаенгу мысль о пользе совместного купания. Проверив, нет ли посторонних в пределах моего восприятия, я отправился в лес. Надо было добыть еды на завтра и набрать Дине ягод. Я не успел далеко уйти, как почувствовал приближение Ригарда.
— Я с тобой. Что решили делать дальше? — Голос янтарноглазого, как всегда, звучал немного иронично.
— Завтра отправимся к вам и пробудем в Орбдухе до появления детей. У тебя жемчужина переноса есть?
Ригард довольно кивнул:
— Это наилучшее решение! Ты Маартху о Симриде сообщил?
— Нет, все не могу собраться. С одной стороны, Зоель снова обретет сестру, но с другой — придется рассказать и об остальном.
— А кровникам о Тридаре рассказал?
— Да. Они почти достигли нужного места. Собирались сначала проследить за бандой, чтобы обошлось без неприятных сюрпризов, и надо выяснить, где они держат похищенных девушек.
— Надеюсь, они кого-нибудь спасут. У Дины создание пар получается легко и непринужденно!
— Скажи это Торгху, — ехидно поддел его я.
— Давай ты за дичью, а я ягод Дине соберу! Как раз к ужину уложимся.
Мы, как и вчера, разделились. До ужина оставалось действительно немного, а надо было еще помочь Дине в ее коварных планах. Хотя бы отвлечь внимание сапфировоглазого, чтобы он не насторожился.
Мои опасения оказались напрасны — Нитрок был настолько поглощен обретенной Связанной, что на происходящее вокруг почти не обращал внимания. Моему совету они последовали, и теперь девушка довольно светилась, а Нитрок не мог отвести взгляда от красивого чистого лица и блестящих волос. Миску с мясным рагу из рук Дины он принял, даже не заглянув в нее, и так же рассеянно принялся за еду. Уже к концу трапезы шаенг принялся зевать, а Симрида, заметив это, встревожилась:
— Ты из-за ухода за мной совершенно не спал, поэтому немедленно иди отдыхать!
Ее Связанный собрался было уже возразить, предпринимая героические усилия прогнать сон, но девушка сломила его сопротивление мгновенно:
— Я тоже хочу спать — день получился насыщенным. Поэтому тоже лягу.
И кинула смущенный взгляд на шаенга. Последний конечно же сразу подхватил ее на руки и понес к сторожке. Навстречу им шел уставший Киен.
— С костями справился — все совместил и начал сращивание, завтра усилю, и тогда уже ранами займусь. Но это и дома можно будет сделать.
Целитель принялся за еду, вяло работая ложкой. Ему и без снотворного до мертвецкого сна оставались считаные мгновения.
— Дин, — мысленно сказал я, — оставайся тут, браслеты я сам достану.
Не заставлять же и в самом деле Дину обыскивать спящего шаенга. Уверенности, что он совсем ничего не почувствует, у меня не было. Ригард еще не вернулся с охоты, а Притана вслед за Симридой ушла в комнату. Дождавшись, когда Отлирх и Мирлона, вдохновленные примером другой пары, тоже пошли купаться, а Киен и Дина начали обсуждать состояние Торгха, я, бросив предупреждающий взгляд на мою Связанную, плавно скользнул к сторожке. Нитрок спал в помещении перед комнатой с ранеными, у стены, и сон его был поразительно крепок. Я достаточно быстро нащупал на шее шнурок с непромокаемым мешочком, в котором обнаружились родовые связующие браслеты. Осторожно сняв шнурок, я засунул мешочек себе в карман и, прихватив собранные ягоды, отправился обратно к костерку.
— Они у меня, — отчитался я Дине, — но их надо спрятать. Осторожно, их нельзя касаться постороннему.
Киен тоже ушел спать. И мы бросились на чердак. Дина завернула похищенный мешочек в полотенце и убрала на дно своей сумки. После чего мы, хихикая и мысленно делясь идеями по поводу реакции Нитрока, тоже устроились на матрасах.

ГЛАВА 31

Дина  

Я проснулась на удивление рано. Это все нечистая совесть, наверное. Кража связующих браслетов сапфировоглазого была спонтанным решением, но это нисколько не умаляло ее неприглядности. Но как иначе проверить свою теорию, я не представляла. Вряд ли бы я смогла убедить в своей гипотезе шаенга и рассчитывать на его понимание. Тот факт, что у этой расы никогда не рождается девочек, не давал мне покоя, заставляя вновь и вновь прокручивать в голове нашу с Нургхом ситуацию. Так я пришла к выводу, что была, наверное, единственной Связанной, которой при создании пары не надели на плечо связующий браслет. И я же оказалась пока единственной беременной ребенком женского пола. В моем случае даже двумя. Соотносим все это с информацией о древних создателях браслетов, поведанной мне Нитроком, и получаем предположение: при отсутствии браслета или браслетов в паре Связанных может быть зачат ребенок любого пола! Я могла и ошибаться. Возможно, в моем случае сыграло роль происхождение из другого мира или иной, не учтенный мною фактор.
Именно поэтому теорию необходимо было проверить. С другой стороны, долго прятать краденые браслеты мы не сможем, поэтому надо как-то подтолкнуть влюбленных друг к другу. Я решила повлиять на Симриду — женскую солидарность еще никто не отменял. Конечно, даже если я права, вероятность того, что их ребенок будет девочкой, была равна пятидесяти процентам. Но тут поддержкой мне служило Видение Знающего, подтолкнувшего Нитрока к моему похищению.
Нургха уже не было. Наверное, отправился готовить завтрак из дичи, добытой вчера янтарноглазым. Я медленно одевалась и придумывала, как бы пообщаться с доргиней один на один, без нежелательного присутствия сапфировоглазого. Убедившись, что все высохло, аккуратно сложила комплект белья, выстиранный после вчерашнего купания, в сумку. Бутылочки с гелем и шампунем опустели на треть с момента моего появления в этом мире, когда-то они и вовсе закончатся, пора было познакомиться со средствами, которые приняты здесь для поддержания чистоты. И тут меня озарило! Я радостно оживилась и помчалась вниз, уповая на то, что Нитрок спросонья не сразу обнаружит пропажу.
Мне сопутствовала удача — спустившись, я встретила только проснувшегося сапфировоглазого шаенга. Он тер ладонями лицо, явно поражаясь такой небывалой сонливости. Кивнула ему и быстро скользнула в комнату, надеясь переговорить с Симридой, пока шаенг будет приходить в себя и умываться. Девушка уже не спала и заплетала волосы в косу. Я присела рядом и мило поинтересовалась:
— Понравилось вчера купаться?
— О да! В этом сезоне купаться вообще непривычно. А так хотелось хотя бы немного с себя грязь смыть! Жаль, что моющих камней нет, — немного разочарованно закончила доргиня.
Моющие камни? Это, наверное, и есть аналог моих гелей и шампуней. Надеюсь, что они не скребут себя чем-то вроде гальки и речного песка, иначе придется совершать косметическую революцию. Ободренная верностью своего предположения, я с удвоенной энергией приступила к уговорам:
— У меня есть чем можно помыть тело и волосы. К тому же чистота способствует скорейшему выздоровлению. Поэтому перед продолжением путешествия сходите-ка еще раз на ручей. Тебе и самой будет значительно приятнее навести чистоту перед встречей с сестрой. Уверена, Нитрок согласится организовать купание.
Доргиня смутилась, но во взгляде читалась явная заинтересованность.
— Но… мне даже купаться не в чем. Вчера Нитрок ждал меня на берегу. А мне как-то неловко от этого.
Я с самым доверительным видом наклонилась к ней и прошептала:
— Не переживай об этом. Одежду для купания я тебе тоже одолжу. И вообще, мы с Нургхом всегда купаемся вместе, он еще и моет меня часто — это так приятно! Мм… — Я восторженно закатила глаза. — Вы же теперь тоже связаны, расспроси Нитрока обо всем.
Девушка внимательно слушала меня. Ее глаза вспыхнули, а щеки порозовели при мысли о совместном купании.
— Ну, если есть что надеть и чем помыться, я бы, конечно, хотела искупаться. Спасибо огромное! — Симрида восторженно сжала мою руку.
Тут вошел сапфировоглазый и сразу же со счастливой улыбкой направился к нам.
— Не помню, когда еще я так спал, — довольно жмурясь, пробасил шаенг. — Никак не могу до конца проснуться, голова все еще тяжелая.
— О! Вот и Нитрок заодно проснется, — подмигнула я доргине, — сейчас принесу тебе все.
Шаенг вопросительно уставился на свою Связанную, а я поторопилась за вещами. Извлекла недавно убранный комплект, шампунь и гель для тела, подумав, прихватила еще большой кусок ткани, принесенной из Рилда, — в нее можно и завернуться, и волосы промокнуть. Довольная собой, я спустилась вниз. В прихожей меня уже ожидал Нитрок с Симридой на руках. Ну и правильно — позавтракают после купания. Передав девушке вещи, я разъяснила, как надеть белье и пользоваться моющими средствами. Слушая мои инструкции, Симрида все больше смущалась, зато Нитрок пришел в восторг от грядущего купания. По крайней мере, стоило мне замолчать, как шаенг стремительно зашагал в сторону ручья. Надеюсь, ему будет не до осмотра собственного имущества! Обернувшись, я увидела Нургха, который молча стоял у выхода и слушал наш разговор. Я улыбнулась и нырнула в его объятия.
— Какие испытания ты еще приготовила несчастному? — веселясь, мысленно спросил Нургх. — Ты его за похищение похлеще меня наказываешь.
Я возмущенно хмыкнула:
— Только радости и удовольствия! Я снабдила их гелем, шампунем и комплектом белья для Симриды для нормального купания.
Нургх от души расхохотался.
— Трижды несчастный и счастливый Нитрок! Полагаю, к завтраку мы их можем не ждать, в лучшем случае, к обеду. А вот вас пойдем кормить, а то опять заработаешься и забудешь.
— Нет, я еще Торгха не проведала. И надо повязки сменить.
Устраивая отношения Нитрока и Симриды, я не забыла заглянуть в комнату и отметила, что рядом с матрасом раненого уже сидел целитель.
— Им сейчас занят Киен. Он заранее позавтракал, так что последуй его примеру.
Накинув мне на плечи куртку от спортивного костюма, Нургх увлек меня наружу. Там у костерка сидели Ригард, Притана и Отлирх с Мирлоной. Последняя полулежала на коленях шаенга, и они опять о чем-то шептались. Никак не наговорятся!
На завтрак оказалась рыба, запеченная в каких-то пряных листьях и очень сочная. Понятно теперь, почему Ригард вчера так задержался на «охоте». Только от одного запаха мой рот наполнился слюной и внезапно проснулся волчий аппетит. В результате я в одиночку съела целую рыбину размером с приличного леща. Очень вкусно, готова есть это каждый день! О чем и сообщила, выясняя, кто же повар-волшебник. Оказалось — Нургх. Какой же он у меня умелый! Хотя Ригард и пытался присвоить часть лавров, мотивируя это тем, что рыбу добыл именно он. Согласившись, послала ему воздушный поцелуй, чем повергла всех шаенгов в шок. И когда уже научатся проще на жизнь смотреть? Я горестно вздохнула.
— Ладно, пора за работу, — поднялась я, собираясь заняться перевязкой Торгха.
Сегодня помочь мне вызвался Нургх. Видимо, Ригарду надо было отдохнуть. Мы отправились в сторожку. Киен при нашем появлении отстранился от раненого шаенга, и мы увидели, что Торгх в сознании — его глаза были открыты и вполне осмысленны. Посчитав это хорошим знаком, я ободряюще улыбнулась ему.
— Дина, осмотри раны. Если обнаружишь проблемы, у меня есть силы повлиять на заживление, но не всех сразу. А я пока Притану и Мирлону проверю. Думаю, что они уже в порядке, но хочу подстраховаться.
При упоминании доргини-лисички что-то вспыхнуло в рубиновых глазах раненого. И я, на всякий случай склонившись поближе к нему, четко произнесла:
— Она совсем не пострадала, ты ее надежно защитил от удара.
Глаза Торгха устало закрылись. Мне же оставалось только гадать, понял ли он меня.
— Он понял и благодарен тебе за разъяснения, — пришла мысль от Нургха.
Успокоившись, я отправила своего шаенга за миской теплой кипяченой воды, спиртом, мазью и тканью, а сама принялась осторожно снимать первую повязку. Благодаря тому, что Киен остановил кровотечение и раны были обработаны правильно, повязки почти нигде не присохли и нам не пришлось отмачивать их, чтобы снять.
Регенерация шаенгов действительно поражала! А я еще удивлялась, куда бесследно исчезла рана на спине Нургха. Тут легкие порезы и царапины тоже исчезли полностью, на неглубоких разрезах еще оставались следы в виде бледно-голубоватой полоски. Но серьезные раны все еще вызывали беспокойство. Особенно меня заботили две раны в области брюшной полости — по краям появился гной, и процесс заживления существенно отставал. Обработав прочие раны и наложив повязки с дезинфицирующей и заживляющей мазью, я отправила Нургха за целителем. Сама же по возможности очистила края загноившихся ран и обработала их.
— Вот, если можно, займись, — указывая на раны, попросила я подошедшего Киена.
Он осмотрел глубокие порезы и кивнул. Целитель принялся водить над животом шаенга пылающими ладонями. Постепенно отек и нагноение начали спадать, а сама рана заполнилась уже виденной мною серой субстанцией. Мы с Нургхом зачарованно наблюдали за работой Киена, боясь помешать ему малейшим движением, и ждали, когда можно будет наложить последние повязки.
— Ему ведь лучше? — спросила я у Киена, как только вся работа была проделана и Торгх спокойно уснул.
— Да, значительно.
— А почему он такой обессиленный? — продолжала я допытываться, надеясь рассеять свои опасения.
— Сращивание такого количества костей и усиленная регенерация отнимают много сил. Он быстро восстановится. Сегодня перенесем Торгха в Рисварт, там Источник подпитает его, и он совсем скоро встанет на ноги.
— Ты тоже отправишься домой? — Это уже Нургх решил выяснить дальнейшие планы.
— Да, ненадолго. Удостоверюсь, что Торгх и доргини полностью поправились, и сразу же вернусь к вам, куда бы вы ни направились.
— Мы решили до появления новых жизней остаться в Орбдухе.
Киен кивнул, как-то недовольно хмурясь. Нургх бросил на него вопросительный взгляд.
— Не знаю, какие-то неясные размытые ощущения, сам толком не пойму, что беспокоит… Состояние напряженное какое-то, поэтому не хочу вас надолго покидать. Вдруг мои силы понадобятся.
— Что-то с детьми? — Этого я боялась больше всего.
Многоплодная беременность и в нашем мире непроста, а тут, с этими ускоренными, в моем понимании, темпами, тревога меня не покидала.
— Нет, из-за детей не беспокойся. Все идет хорошо.
Киен всегда вселял в меня уверенность своими словами. Шаенги обменялись взглядами, а возможно, и поговорили о чем-то, не желая беспокоить меня. Ладно, свои нервы стоит поберечь. А им в этом мире виднее, чего стоит опасаться, а чего нет. Я устало потянулась, все же обработка ран дело тяжелое.
— Устала? — пришел вопрос от любимого.
— Спина затекла немного, — честно ответила я.
— Может быть, полежишь, отдохнешь? — обеспокоенно предложил Нургх.
— А давай! — решила согласиться я. Предстоящий перенос жемчужиной предвещал мне тяжелый вечер, так что отдохнуть впрок не повредило бы.
Нургх живо подхватил меня на руки и отнес наверх. Устроив на матрасе и укрыв одеялом, пообещал:
— Разбужу к обеду. Отдыхай.
Нежно поцеловав меня в висок, шаенг плавно встал и быстро исчез на лестнице. Положив одну ладонь на живот, я пробормотала:
— Детки, мама будет спать, поэтому ведем себя тихо.
В последнее время они все активнее и активнее давали о себе знать, толкаясь и пинаясь изнутри. Так, со счастливой мыслью о детях, я и заснула.

Нургх  

Киен и Ригард тоже прилегли отдохнуть. Один не спал ночью — сначала рыбачил, потом рыбу чистил, второй отдал слишком много сил на лечение шаенга. Притана вернулась в комнату и тихонько сидела возле спящего Торгха, вглядываясь в черты его осунувшегося лица и изредка проводя по его щеке ладонью. Нитрок и Симрида, как я и ожидал, еще не вернулись с купания. Выйдя наружу, я заметил среди деревьев Отлирха с Мирлоной. Девушка уже самостоятельно стояла на земле. Парочка страстно обнималась. А мне пока обниматься не с кем — Дина отдыхала на чердаке, поэтому я решил прибраться в домике, приведя все в порядок, и собрать вещи, которые возьмем с собой.
Занятый сборами, я не заметил, как промчалось время. Отлирх и Мирлона уже сидели у костерка, шаенг пристроил котелок с рыбной похлебкой поближе к огню — согреваться. Запеченная в листьях тротайи рыба тоже лежала рядом, на широком нагретом камне. Убедившись, что здесь справятся без меня, я собрался будить друзей и мою Связанную, когда со стороны ручья подошел лучащийся счастьем Нитрок с Симридой на руках. Девушка была завернута в светлую ткань и застенчиво обнимала шаенга за шею, пряча смущенное лицо у него на груди. Сам сапфировоглазый неотрывно смотрел на доргиню. Только его мечтательным и восторженным состоянием можно было объяснить тот факт, что он еще не хватился пропажи. Я решил поскорее ретироваться с их пути, но опоздал — Нитрок уже окликнул меня:
— Нургх, я хочу, чтобы ты, как ее родственник, стал свидетелем передачи Симриде связующего браслета, — торжественно заявил он.
Вот и накликал!
Нитрок осторожно опустил девушку на землю, придерживая ее одной рукой, а второй машинально потянулся к груди. И внезапно замер, неподвижно застыв с поднятой рукой. В первое мгновение от него хлынуло изумление, которое очень быстро сменилось гневом, а потом страхом. Эмоции были настолько сильными, особенно гнев и ужас, что Отлирх резко повернулся от костра в нашу сторону, а из строения вылетели взлохмаченные со сна Киен и Ригард.
— Что… — начал янтарноглазый, как и целитель, в недоумении уставившись на нас.
— Браслеты! — страшным рыком перебил его Нитрок. — Где мои связующие браслеты?!
От злости его лицо стало голубовато-сиреневатым, а глаза полыхнули алым, выдавая готовую вырваться наружу ярость. Симрида испуганно отшатнулась от замершего шаенга. Это мгновенно остудило пылавшего гневом сиреневоглазого — свечение пропало, и титаническим усилием он смог вернуть себе способность мыслить. Первым делом он успокаивающе погладил девушку по спине и снова прижал к себе, потом обвел всех присутствующих на лужайке пристальным ледяным взглядом.
— Кто? — с холодной яростью процедил он одно слово.
Ответом ему было всеобщее молчаливое недоумение. И мое тоже. Другой вопрос, что в моем случае его причиной стала реакция шаенга. Я ожидал возмущения, гнева и злости, но страха?.. Ответ напрашивался сам собой: на реке они совершили Обряд, признали друг друга и обрели Связь. А теперь Нитрок лишен возможности скрепить ее браслетами, таким образом утвердив в глазах окружающих их пару. Отсюда и страх — до скрепления браслетами есть риск потерять Связанную, если ее привлечет кто-то другой или она передумает. Я вспомнил себя в аналогичной ситуации. А ведь мы с Диной большую часть времени были одни, а здесь несколько, на взгляд Нитрока, свободных шаенгов. Можно было понять и его страх, и его бешенство. Когда знаешь, что можешь потерять, это вдвойне страшнее. Размышляя таким образом, я не заметил, как тяжелый и гневный взгляд сапфировоглазого, обежав всех, замер на мне.
— Где Дина? — прозвучал суровый вопрос. — Это она, да?
Стоявший рядом со мной Киен удивленно выдохнул и, прежде чем я успел подобрать ответ, изумленно вскричал:
— Нитрок, о чем ты? Зачем Дине твои Связующие браслеты?
Мне оставалось только надеяться, что шаенг прислушается к этим словам, и радоваться, что Дина спит. Иначе эмоции уже выдали бы ее с головой.
— Не знаю зачем, но уверен — это ее проделки! — Сапфировоглазый оставался при своем мнении, что не могло не вызвать моего уважения такой сообразительностью, если бы не объект его обвинений.
— Дина отдыхает. И откуда у тебя такие дикие предположения? Может быть, стоит их просто поискать? Ты мог оставить их где-то в другом месте или потерять в бою. — Я сам понимал всю смехотворность своих предположений, ведь родовые браслеты обладали специальной магией — их нельзя было потерять или снять с руки после активации.
Нитрок задумался ненадолго, потом тряхнул головой, отгоняя мысль:
— Нет, не мог потерять! И после боя с Торгхом они были при мне. Это точно Дина!
Шаенги растерялись, не зная, как относиться к обвинениям сапфировоглазого. С одной стороны, исчезновение связующих браслетов любой из нас воспринял бы как трагедию, и Нитрока все понимали, но его странное убеждение в виновности Дины было непонятно. Так мы все и стояли, не зная, что предпринять. Сапфировоглазый буравил меня взглядом. Я же, признаться, глядел на него с некоторой долей удовлетворения. Хоть так, но проучить его за похищение Дины. Тут, как назло, с крыльца послышался ее веселый голос:
— А почему меня никто не будит, раз все уже в сборе? Обед-то будет?
Я быстро скользнул к Дине — кто знает, на что сейчас способен Нитрок.
— Дина! Немедленно верни мои браслеты! — Громовой рык последнего не заставил себя ждать.
Киен и Ригард переглянулись и тоже шагнули назад, становясь поблизости от нас.
— О чем речь? — Дина совершенно спокойно встретила возмущенный взгляд шаенга, поразив меня подобным хладнокровием.
Ну кто бы от нее ожидал!
— Р-р-р… Прекратите уже, я уверен, это ты забрала их! — Нитрок был готов вот-вот снова взорваться.
Дина, скрестив руки на груди, решительно скомандовала:
— Девушку простудишь, если и дальше будешь тут стоять, она еще не полностью окрепла после ранений! Будешь с ней плохо обращаться, заберем в Визгард и познакомим с кем-нибудь более достойным. А что до твоих беспочвенных обвинений, то уверяю, я не забирала у тебя ничего.
Моя Связанная открылась мне с новой стороны — так уверенно держаться в подобной ситуации смог бы не каждый. Нитрока ощутимо передернуло от ее ответа. Дина попала в самое уязвимое место. Злобно зыркнув на нее, он сорвался с места, унося доргиню в дом. Мы все молчали, с трудом представляя, что можно сказать сейчас.
— Идите обедать, все уже подогрелось, — раздалось робкое предложение Мирлоны.
Девушка опиралась спиной на стоявшего позади Отлирха и неуверенно смотрела на нас.
— А я Притану позову. И не знаю… Торгху отложить еды? — уже обращаясь к целителю, спросила доргиня.
— Я сам позову. Нет, не надо. Для него будет отдельная еда. — Киен неуверенно взглянул на входную дверь, словно не зная, стоит ли идти внутрь.
— Да, давайте уже обедать! Я та-а-ак проголодалась! — Дина воодушевленно направилась к костерку.
— Дина, Нитрок не отступит. Что будем делать? — беспокоясь, мысленно спросил я.
В ответ получил горестный вздох и волну сожаления:
— Придется врать. Но уверенно!
Мы все в неловком молчании разместились у огня. Мирлона с Отлирхом быстро наполнили миски рыбной похлебкой. Только мы приступили к еде, как из сторожки появились Киен и Притана, а за ними — Нитрок и полностью одетая Симрида.
— Мы Торгха кормили, — негромко пояснил целитель, почему они с Пританой задержались.
Сапфировоглазый же молча, с угрожающим видом усадил доргиню на пенек и, подав ей еду, устроился на земле рядом. При этом не сводил прищуренных глаз с Дининого лица.
— Как искупались? — милейшим тоном прервала молчание Дина, обращаясь к Симриде.
Девушка, до этого настороженно поглядывавшая по сторонам, от вопроса смутилась и, склонившись лицом к тарелке, тихонько прошептала:
— Хорошо… Спасибо тебе за все.
Нитрок шумно выдохнул и бросил на нее разом потеплевший взгляд.
— Вот и прекрасно. — Дина была явно искренне рада.
Нитрок, опять сощурив глаза, перевел на нее задумчивый взгляд.
— И что дальше? — В его голосе уже не было злости, звучало только усталое смирение.
— Думаю, будем искать, — воодушевленно заявила Дина.
Все присутствующие шаенги онемели от изумления.
— Дина, — мысленно зашипел я, — если бы они действительно потерялись, владелец мгновенно нашел бы их, ощутив местоположение.
— Да ну? Думаешь, найдем? — издевательски спросил Нитрок.
Я, не сдержавшись, рыкнул в его сторону. Остальные с интересом уставились на Дину, ожидая ее ответа.
— Уверена! — В голосе — сплошной восторг и наивная радость.
— Когда? — окончательно смирившись, осведомился сапфировоглазый, уткнувшись угрюмым взглядом в землю перед собой.
— Ну-у-у, — Дина задумчиво почесала нос, — может быть, через оборот ночных светил… или даже раньше.
Со стороны Нйтрока донесся протяжный стон.
— Меньше будешь похищать чужих Связанных, руководствуясь всякими непонятными глупостями. — Дина очаровательно улыбнулась ему.
На этом, собственно, обед и закончился. Шаенги были поражены как самой ситуацией и ролью в ней Дины, так и тем, как в итоге все это воспринял Нитрок. Всем явно очень хотелось спросить — почему, но позволить себе такой вопрос означало вмешаться во внутренние взаимоотношения этих двух. А вмешиваться в личные дела у нас не принято. Мне же оставалось лишь восхищаться выдержкой и самоуверенным нахальством моей Связанной и радоваться тому, что Нитрока все же удалось немного проучить.
После обеда мы общими усилиями быстро довершили начатое мной — привели сторожку в тот вид, в каком она была на момент нашего появления, собрали оставшиеся вещи и встретились все на лужайке, разделившись на группы согласно направлениям переноса. Торгх тоже был здесь — с легкой улыбкой на губах лежал на одеяле.
Мы с Диной и Ригардом отправлялись в Орбдух. К нам присоединились Нитрок и Симрида, они уже из Орбдуха планировали отправиться в Визгард, на встречу с семьей Зоель. А рубиновоглазые с обретенными парами отправлялись с Киеном домой, в Рисварт. Оба наследника родов обладали жемчужинами переноса в свои города, поэтому всем, кроме Дины, грядущее перемещение представлялось весьма желанным. Тепло простившись с шаенгами и доргинями, первая встреча с которыми была для нас такой драматичной, мы еще раз условились с целителем, что он постарается побыстрее присоединиться к нам.
— Берегите себя! — Прежде чем раздавить жемчужину, Киен послал мне многозначительную мысль, напоминая о своих опасениях.
Как только вся группа рубиновоглазых шаенгов с доргинями исчезла в мареве лесного воздуха, мы, не задерживаясь, последовали их примеру. Нас ждал Орбдух, где мы планировали наконец-то найти покой и безопасность.

В одной из башен Визгарда 

— Учитывая только что провозглашенное Видение нового Знающего, у нас остается лишь один выход — уничтожить Нургха, — прозвучало сухо и решительно. — Не будет его, и будущее изменится.
— Если бы его было так просто уничтожить! — Голос сочился ненавистью.
— Теперь можно, Вихард. Достаточно убить его Связанную!
— Но они на территории Соорджа! Да и на нее он крайне мощную защиту установил, если попытаемся ослабить ее контур, он почувствует, — растерянно пробормотал старейшина.
— У нас есть то, что обязательно заставит его явиться в Визгард. А обойти защиту Связанной позволят ваши способности, Вихард.

ГЛАВА 32

Дина  

После переноса меня опять накрыло мощным откатом — голова гудела, обед рвался наружу и руки-ноги практически отказали. Нургх уложил меня в кровать и принялся приводить в нормальный режим, осторожно подпитывая энергией. Теплые волны проносились по венам, даря мне облегчение. Вскоре я, уже самостоятельно приподнявшись и отклонившись на подушки, потребовала стакан сока и круассан. Под тяжелым взглядом Нитрока в обед у меня кусок в горло не лез, а сил на то, чтобы сдержаться и не сорвать собственные планы, потребовалось немало. Отсюда было и желание подкрепиться.
— Ригард умчался домой, повидаться с родителями, а Нитрок и Симрида ушли через ворота перемещения в Визгард, — сообщил Нургх. — Сапфировоглазый просил передать тебе, что ждет «находки».
Я возликовала в душе — впервые за последние недели мы были совсем одни, никуда не спешили и ни от кого не прятались. Судя по расслабленно-довольной улыбке шаенга, он думал о том же.
Вечер мы провели потрясающий. Сначала долго нежились в большущей купальне, балуясь и разговаривая обо всем. Потом спустились вниз, разожгли камин, задернули шторы на окнах и вдвоем устроились на моей любимой белой шкуре орхана. Ужинали на полу перед камином при свете огня и опять разговаривали. Я долго рассказывала ему о своем мире, о своей жизни, о впечатлениях от Ниара. Нургх внимательно слушал, удивлялся самым обыденным для меня вещам и отвечал на вопросы о странностях своего мира. Так мы и пролежали в объятиях до середины ночи, наслаждаясь единением и разговорами, близостью друг друга и ощущением общего счастья. Нам было так хорошо вдвоем в этой отрезанной от всего мира башне, что хотелось, чтобы этот вечер никогда не заканчивался. Но усталость взяла свое, и вот я уже начала ощущать, как незаметно уплываю в мир сновидений. Когда любимый осторожно подхватил на руки, чтобы унести в кровать, я только сонно прошептала:
— Люблю тебя больше жизни…
— А я тебя, — ласково прошептал он мне.

Вставать рано не было нужды, а легли мы далеко за полночь, поэтому спали долго и совершенно безмятежно. Проснулась я оттого, что Нургх ласково гладил мой живот, продолжая налаживать контакт с детьми.
— Р-разбудил? — глухо промурлыкал он.
— Не страшно, — улыбнулась я. — Вставать пора, вон светило как высоко.
Комнату заливало теплым и ярким светом. Хорошо жить в вечном лете! Мы, довольные друг другом и окружающей гармонией, отправились умываться и завтракать. И мне все казалось таким правильным, таким восхитительным! Я начинала понимать, почему шаенги предпочитают уединенную семейную жизнь. Тысячелетие, проведенное только вдвоем, будучи защищенной от внешних тревог и проблем, начинало казаться мне довольно заманчивой перспективой.
Но проблемы внешнего мира сами явились к нам, не дав закончить даже завтрак. Они приняли облик молодого янтарноглазого шаенга, который, постучавшись к нам, от лица главы рода попросил срочно явиться в его башню. Мы, обменявшись расстроенными взглядами, отправились переодеваться. Надев платье и уложив волосы, я прихватила с собой и сумку. Теперь в ней лежали связующие браслеты Нитрока, и я боялась с ней расстаться. А то шутки шутками, а попасться под руку разгневанного сапфировоглазого мне не хотелось.
Мы с Нургхом, держась за руки, неспешно направились к главной башне. Любуясь зеленью и яркими цветами, я вспомнила, что в прошлый раз так и не успела осмотреть город. Доргини рассказывали про потрясающие торговые зоны, надо будет обязательно там побывать. По пути нам встретилась еще одна пара — уже достаточно зрелый шаенг и обаятельная доргиня с посветлевшими прядками. Они куда-то направлялись, нежно держа друг друга за руки. Приблизившись к нам, Связанные уважительно поклонились, мы поклонились в ответ. Слова Соорджа о поддержке рода не расходились с делом — здесь белоглазого Нургха больше не воспринимали как врага и изгнанника.
У башни главы рода нас ожидал Ригард.
— С прекрасной зарей! — увидев нас, шаенг улыбнулся. — Нургх, к тебе представитель от Совета льдистоглазых.
— Зачем? — первой спросила я.
— Отец после нападения на нас по приказу Совета пригрозил им смещением. Его поддержали стражи рода. Поэтому Совет был вынужден дать официальное публичное обещание позволить тебе пообщаться с Источником у главной башни и принять любой выбор Источника. Скорее всего, после прибытия Нитрок уведомил Совет о вашем присутствии в Орбдухе, вот они и отправили представителя с предложением для тебя.
Ригард оказался прав — страж Ледяного рода с большим энтузиазмом передал Нургху, что Совет наделяет его правом общения с Источником и просит не затягивать с прибытием в Визгард для прохождения проверки. Это известие коренным образом меняло наши планы на тихое и мирное ожидание рождения детей. Поговорить с Источником было необходимо, и это понимали все. Это был шанс разобраться в трагедии прошлого, вернуть себе признание рода, обрести дом. Но Нургх почему-то не очень обрадовался шансу стать преемником отца и выяснить наконец причину его поведения, приведшую к гибели. Он молчал, задумчиво скользя взглядом по стенам комнаты. Наконец решившись, шаенг повернулся ко мне:
— Дина, ты останешься в Орбдухе!
— Ну уж нет! — Я была возмущена подобным решением. — Я тоже хочу быть там, тоже хочу докопаться до истины!
— На Обряде проверки наследника женщинам присутствовать нельзя из-за непредсказуемого поведения Источника, — осадил он меня.
— Но…
— Я опасаюсь предательства. Боюсь за твою жизнь, в конце концов!
— Обещаю не покидать башню. И там будет твой брат, а также Нитрок и Ригард. Да и стражи уже на нашей стороне.
Мне было безумно любопытно и хотелось как можно скорее добраться к Источнику. Мы сможем разобраться в гибели отца Нургха, снимем обвинения. Я была уверена, что он пройдет проверку.
— Хорошо, — сдался мой шаенг, — но из башни — никуда!
— Что ж, идите за вещами, которые возьмете с собой, — подытожил Соордж, спокойно слушавший нашу беседу из кресла у окна. — И я тоже отправлюсь с вами с частью наших стражей. От Совета можно ожидать предательства, в этом Нургх прав.
Мой шаенг благодарно поклонился главе. Кивнув посланнику, мы вернулись в свою башню, пребывание в которой оказалось столь коротким. Я выбрала самый удобный вариант — натянула свой костюм, кроссовки и перекинула через плечо сумку. Тут же вернулся Нургх в своей кожаной одежде, вооруженный соргом и ньялой. Шаенг был напряжен, поэтому я решила не приставать с вопросами. И так было понятно, какое у него сейчас состояние — возможно, совсем скоро он сможет ответить на вопросы, мучившие его сотни лет.
Во дворе нас уже ожидали янтарноглазые и представитель Совета Ледяного рода. Не теряя времени, шаенги и Нургх со мной на руках отправились к воротам.
По ту сторону перехода нас уже ждали. Маартх, Нитрок, Лингранг — это те, кого я знала. Но кроме них кругом стояли еще шаенгов тридцать. При нашем появлении наступила полная тишина, все взгляды были прикованы к Нургху.
— Кто они? — испуганно спросила я.
— Часть — стражи, часть — жители. Это те, кто хочет наблюдать за проверкой, — мысленно разъяснил мне Нургх.
Мы двинулись вперед, сопровождаемые янтарноглазыми. Маартх, Нитрок и Лингранг присоединились к нам. Прочие шаенги расступились, пропуская нас, и пошли следом.
— Почему Совет решил именно сегодня пригласить меня? — Нургх вопросительно посмотрел на главного стража.
— Вчера новый Знающий сообщил им Видение. О чем, не знаю, но это на них и повлияло.
В башне нас встретили Симрида и Зоель с детьми. Как же радостно было вновь увидеть их! Зоель явно хотела поблагодарить меня за помощь сестре, но времени на разговоры не было. Нургх за руку потянул меня к комнате, в которой мы останавливались.
— Дина, никуда не выходи! Не знаю, как пойдет проверка и останутся ли у меня силы после нее, чтобы реагировать на возможные провокации Совета. С тобой останется Ригард, вокруг башни — стражи. Возможно, меня долго не будет, не нервничай. Я попрошу Маартха по возможности передавать Зоель новости, а она уже расскажет тебе. За меня не переживай!
Судорожно кивнув, я сжала руки Нургха. Было жуткое ощущение, словно мы прощаемся навсегда.
Ну пообщается он с Источником, или пройдет проверку, или нет… Сам он никуда не денется и не изменится от этого. И чего я так волнуюсь? Вредно же мне…
Он в ответ впился в мои губы поцелуем и прошептал:
— Кошечка моя…
Резко повернувшись, вышел из комнаты.
Только я уселась на кровать, пытаясь унять бешеный стук сердца, как в комнату проскользнул вооруженный Ригард. Ободряюще кивнул мне и сел на стул у окна:
— Он справится, не переживай!
И потянулись минуты, перетекавшие в часы. Не знаю, сколько времени прошло, но ожидание становилось невыносимым. В голове всплывали сюжеты один невероятнее другого. Тишина давила, но нарушать ее не хотелось. Я или нервно вышагивала по комнате, или, сидя на краю кровати, теребила сумку, или, привалившись к подушке и прикрыв глаза, пыталась заснуть.
Внезапно ощутила странное онемение ног. Их охватил лютый холод, после чего я перестала их ощущать. Испугавшись, попыталась позвать Ригарда… и поняла, что язык тоже леденеет, и я не могу произнести ни звука. Хотела замахать руками, привлекая его внимание, но тут в голове раздался странно знакомый четкий голос:
— Не теряй времени, он не сможет помочь! В сумке, в кармашке, жемчужина. Раздави ее! Скорее! — умолял меня голос.
Почему-то я была полностью уверена, что надо поступить именно так — последовать совету. Не мешкая, я мгновенно одним рывком распахнула сумку, дернула липучку кармана, в котором хранила уже ненужные мне ключи от квартиры. Сунула внутрь пальцы, уже ощущая, как жуткий холод подкатывает и к ним, вытащила оттуда маленький упругий шарик, переливающийся всеми цветами радуги.
— Раздави… — Голос в голове звучал все тише и отчаяннее.
Последним движением практически парализованных пальцев, преодолевая адскую боль и окоченение, я неловко сжала шарик.
Откуда он там?
Это было последней мыслью, прежде чем меня после невыносимо яркой вспышки накрыло полной темнотой.

Нургх  

Меня практически разрывало на части. Возможность общения с Источником была моей заветной мечтой, постоянной целью и надеждой. Надеждой на то, что смогу узнать все, наконец-то понять и… простить. Желание стать преемником, быть признанным Источником как глава рода, не было главным. Важнее было понять отца, разобраться в его мотивах, выяснить его намерения. Я столько лет мечтал о такой возможности и сейчас был в шаге от нее.
Совсем маленький шаг — достаточно лишь пересечь ворота, переместившись из безопасного Орбдуха во враждебный мне Визгард.
В этом-то и была основная загвоздка. Инстинкт говорил об опасности. Да и настораживала эта торопливая покладистость Совета — совсем не в их интересах было спешить с проверкой Источника, которая могла привести к смене власти. Но так ли уж я прав? В этом случае признания меня Источником может оказаться недостаточно, чтобы род льдистоглазых согласился на такого главу. Возможно, именно на это и рассчитывали старейшины. В их незаинтересованность и лояльность я больше не верил.
Оставить Дину одну, пусть и под охраной друга и стражей, было страшно. Мне казалось, что именно сейчас, когда я не могу ее защитить, с ней что-то и произойдет. Не знаю, откуда взялось это навязчивое беспокойство, ведь моя Связанная оставалась внутри башни под охраной и защитой. Но беспокойство все равно не хотело утихать, не подчиняясь доводам рассудка. Боясь поддаться панике и в результате не совладать с силами Источника, я быстро поцеловал Дину и, резко развернувшись, вышел из спальни.
За дверью ждал Ригард. Мы сразу же после решения отправиться в город моего бывшего рода условились, что на проверке он присутствовать не будет, а останется с Диной. Янтарноглазому в будущем тоже предстояло подобное, поэтому испытать всю гамму ощущений он сможет и на собственной шкуре. А Нитрок, к примеру, уже прошел через это. И раз справился он, то смогу и я! Опыт уже был — ослепленный гневом после похищения сапфировоглазым Дины, я одним махом сокрушил сопротивление Источника, защищавшего главную башню Оайзира. Наш Источник, конечно, мощнее — он располагается на пересечении энергетических потоков планеты, на ее полюсе. Но если я хочу разобраться в своем прошлом и обеспечить будущее своей семье, должен справиться! С этим решением я и вышел из башни.
Лужайка у фонтана была заполнена шаенгами. Ближе всех к башне располагался круг стражей янтарноглазых во главе с Соорджем, следующий круг — стражи льдистоглазых с Лингрангом. Перед фонтаном, возле башни стояли пытающийся сдержать волнение брат и непривычно собранный Нитрок. Сразу за фонтаном, отделенные от Источника охраной, стояли старейшины, а уже позади них перешептывались горожане. Их было так много, что у меня создалось впечатление, будто здесь собрались все шаенги Ледяного рода! Заметил я и несколько гостей из других родов, большинство янтарноглазых, так как их город был расположен рядом, но и несколько рубиновоглазых были тут. Четвертый род был представлен только прибывшим с нами главой.
Глаза всех шаенгов были прикованы ко мне, отмечая каждое движение. Я же практически тонул в чужих эмоциях — любопытстве, неуверенности, возмущении, надежде. Они накрывали меня с головой, лишая возможности ощущать что-либо, кроме этбго эмоционального фона. Да, хуже, чем массовые сборища, трудно себе что-то представить! Я попытался в этой мешанине почувствовать состояние Совета, но их эмоции были заблокированы. Неудивительно, учитывая, что один из них — отец Дининого кровника, старейшина Вихард, был целителем.
Решив не оттягивать неизбежное, я переглянулся со стоящим рядом братом, шагнул к фонтану и погрузил руку в воду. Все одновременно подались назад, стремясь обезопасить себя от возможной агрессии энергетического стража. Это был своевременный шаг с их стороны — вода в фонтане забурлила и со страшным грохотом вздыбилась, ошпаривая меня и всех стоящих рядом выбросом сырой энергии. Это был вполне стандартный ответ на вмешательство постороннего, своеобразное объявление: чужим доступ закрыт. Любой разумный шаенг, получив его, сразу бы ретировался, но у меня была другая цель. Как-то отстраненно я почувствовал, что мое тело, стремясь снизить возможный урон, принимает боевую трансформацию. Я попытался отсечь Источник от нитей энергии, идущих от каркаса мира, рубанув со всей мочи своей силой, но меня основательно шарахнуло откатом. Ноги подогнулись от слабости, и я рухнул на колени, но руку из воды не вынул, ухватившись другой за борт фонтана для устойчивости. Обрубить энергетические нити Источника, чтобы захватить над ними контроль, мне не удалось, вся моя сила отскочила от них, ударив в меня же. Я пытался прояснить сознание и поглотить выплеск, но тут почувствовал, что Источник атакует меня. По венам прокатилась сметающая все на своем пути волна огромной силы. Я почувствовал, что горю, — действительно пылаю ярко-голубым ледяным пламенем. Краем глаза уловил перекошенные от ужаса лица окружающих, потрясение в глазах брата.
Силы меня покидали. Настолько громадной энергетической мощью ответил на мою попытку захвата Источник, что мне казалось, вся энергия мира сжигала меня в тот миг. Крик раздирал горло, а кровь кипела в венах, раскаляя мои алые глаза и принося адские муки. Источник, стремясь полностью сокрушить меня, в дополнение к сжигавшему меня пламени выпустил длинный энергетический щуп, который устремился к моей шее, желая сдавить ее и в последнем жарком объятии лишить жизни. Мои силы были полностью блокированы — огонь в крови не позволял даже помыслить об ответном ударе. В отчаянном рывке, пытаясь уклониться от смертоносного щупа, я вдруг увидел перед глазами давно забытую беседу с отцом. Я, тогда еще совсем маленький, швырял в фонтан раскаленные сырой энергией камни, стремясь добиться возможности попасть в заблокированную Источником дверь отцовской комнаты. Отец, застав меня за этим занятием, потребовал прекратить и извиниться перед Источником, а потом увел на берег реки и серьезно сказал:
— Сын, всегда помни, что только добротой и взаимопомощью мы можем отвечать силам этого мира. Это единственный путь. Мир принял нас, дает нам силы, но может и лишить всего, если мы начнем разрушать его. Не стремись всегда идти дорогой силы, если есть возможность найти мирный путь!
За долгие годы, проведенные в постоянной борьбе за жизнь, я ожесточился, привык всегда полагаться на собственную мощь и превосходство, а слова отца давно стерлись из памяти. Уцепившись за это воспоминание, я последним усилием собрал крохи своего резерва и устремил к Источнику не волну сжигающей силы, а маленький ручеек эмоций — сожаления, надежды и умиротворения. Щуп, уже обвивший мою шею, замер. Я, вдохновленный успехом, направил к Источнику волну благодарности. И тут же почувствовал робкий, еле уловимый недоверчивый ответ. Облегченно выдохнув, я собрал воедино всю гамму своих переживаний от изумления до стремления к мирному сосуществованию, и омыл ею Источник.
Огонь вокруг меня тут же погас, а новая волна, нахлынувшая вместо обжигающего холода, несла по венам потрясающе приятное ощущение, восстанавливая исчерпанный резерв и залечивая обожженную кожу. Мой ответ состоял из благодарности и восторга. От Источника пришло ощущение тепла и радости узнавания, меня окутало сверкающим ореолом, отрезая от окружающей действительности, стирая ощущение времени и пространства. Я, прикрыв веки, растворился сознанием в этих мерцающих водах, в этой колыбели энергии, открывая свой разум, свою душу. Мне доверчиво и радостно распахнули двери бесконечного мира необъятной по мощи и возможностям энергетической сути планеты. Купаясь в волнах этого навсегда застывшего и в то же время постоянно меняющегося мира, я ощущал, что становлюсь его частью, его доверенным лицом, получаю практически неограниченные возможности в деле его благоустройства и охраны.
— Отец… Он что-нибудь хотел передать мне? — вдруг неосознанно задал я заветный вопрос.
— Да! — Ответ накатил приятной волной теплоты и ласки. — Смотри!
Я очнулся и поднялся с колен. Вокруг стояла абсолютная тишина, все присутствующие замерли, казалось боясь даже дыханием вмешаться в происходившее. Даже старейшины фонили потрясением и страхом. Не успел я толком осмотреться, как с громким гулом вода в фонтане вспыхнула голубым и превратилась в столб, признавая во мне преемника. Гудение переросло в плавный рокот, а вода принялась менять очертания. И вот уже над водоемом возвышалась уверенная фигура моего отца, устремившего взгляд прямо на меня.
— Нургх, сын, раз ты смог найти путь к Источнику и получить доступ к моему напутствию, значит, выбор, который мы сделали с твоей матерью, не стал ошибкой! Я всегда знал, сын, что именно ты станешь моим преемником и возглавишь наш род. Только у тебя есть возможности и ресурсы для того, чтобы справиться с грядущими бедами и сохранить наш род и нашу расу. Брат станет твоей поддержкой и опорой. Вас ждет трудный путь, но, только пройдя его вместе, вы достигнете цели.
Сын, нам с матерью было бесконечно больно обрекать тебя на муки изгнания. Но это был единственный шанс воспитать тебя настоящим борцом и закалить, подготовив к будущим сражениям. Лишь этот горький путь страданий и одиночества приведет тебя к обретению Связанной и единственной надежды на спасение нашей расы. Проживи ты свою жизнь иначе, вы не смогли бы встретиться. Ее ждала бы гибель, а тебя — отчаяние и безумие, как и абсолютное большинство шаенгов. Ты спросишь, почему я так уверен в этом? Большую часть своей жизни я потратил, пытаясь найти решение наших бед. Уже в нашем поколении были видны предпосылки неминуемой деградации расы. Мысль о том, что станет с моими сыновьями, подхлестывала меня, заставляя искать выход, но весь мой труд был напрасен — наши предки уничтожили все, что могло бы хоть как-то указать нам на суть устройства тех законов и обрядов, по которым они обрекли нас жить. И если бы не случайность, благодаря которой в руки мне попала старая тетрадь-дневник, вложенная в какую-то совершенно незначительную ветхую рукопись, я бы так и не смог ничего понять. Это был дневник последней женщины древних, одной из тех, что пришла из нашего родного мира. Она была Знающей и обладала огромными магическими способностями.
При этих словах отца я заметил, как судорога пробежала по телу Нитрока, а на лице застыл ужас.
— Сын, информация, содержащаяся в дневнике, настолько потрясла нас с твоей матерью, что мы решились пожертвовать своими жизнями, но попытаться спасти вас. Там были пророчества, в том числе и о белоглазом шаенге, встретившем свою Связанную, также пришедшую из другого мира. Именно они и легли в основу нашего плана. Береги ее, сын! И помогай. Помогай в любых начинаниях.
Нургх и Маартх! Всегда знайте и помните, что мы любили вас и готовы были на все ради вашего счастья. Прости меня, сын, за то, что вынудил применить оружие против собственного отца. Ты не виновен в моей гибели, наша смерть — это только наш выбор и наше право. Когда у тебя будут дети, ты поймешь нас. Иди своей дорогой, не отступай даже в самое трудное время, и ты сможешь достигнуть того, к чему мы стремились. Мы любим вас!
Фигура отца исчезла, рассыпавшись множеством искристых брызг, а над нашей лужайкой пронесся вздох неописуемого восторга и облегчения. Уже по эмоциям присутствовавших шаенгов я понял, что сегодня снова обрету свой род. Не успев полностью осознать случившееся, я растерянно стоял, глядя на воды фонтана. Внезапно общую гармонию чувств и эмоций резко нарушили гнев и ненависть, полыхнувшие впереди. Подняв голову, я встретился взглядом со старейшиной Вихардом, и тут же сердце сжали ледяные тиски.
— Дина-а-а! — С громким криком я одним прыжком оказался у двери в башню, уже понимая, что не успеваю.
— Дина-а-а! — Эхом прозвучал крик Ригарда.
Распахнув дверь, я увидел, как Дина исчезает в яркой разноцветной вспышке, а руки Ригарда смыкаются уже на пустоте. Плечо со связующей татуировкой обожгло болью, и я, окаменевший от горя, понял, что сейчас лишился Связанной.
— Куда перенос? — Нитрок из-за моей спины пытался разобраться в ситуации.
— Никуда… Она ушла в свой мир… — Слова из моего умирающего тела выдавливались с непереносимым трудом.

Дина  

Осознала я все еще до того, как открыла глаза, но продолжала цепляться за жалкую надежду, что перенеслась в незнакомое место.
Деревья… Зеленые. Липа, клен, каштан и березы. Знакомая с детства лавочка с вырезанной кем-то на спинке надписью: «ВДВ, призыв 2011».
Я вернулась. Домой. Только вот вернулась тогда, когда этот мир и этот город уже перестали быть мне домом. Стали чужими. А дом… Дом, где любят, где ждут, куда хочется вернуться, — остался там.
Там осталось и мое сердце. Нургх… Судорожно вздрогнув, я положила руку на живот. Без изменений. Хотя бы дети остались со мной. А Нургх… остался там совсем один. Без меня. Без детей. Сразу лишившись всей семьи. Хотелось завопить в голос, сжаться в комок и выть, выть, выть. Пусть я, но дети? Дети точно принадлежали тому миру. Как смогут они жить в моем, смогут ли вообще родиться, будут ли нормальными? От мелькнувшей картинки — две голубокожие девочки с вертикальными зрачками и магическими способностями, которых как лабораторных мышей держат в клетке и исследуют, — на душе стало еще горше.
Я даже не знала, чем закончилась проверка. Бедный, что же с ним станет, когда он поймет, что я… что мы исчезли! Мелькнула жуткая мысль. Я судорожно стянула спортивную куртку и задрала рукав футболки: браслет был на месте. Именно браслет! Тот, каким я увидела его первоначально. Попыталась осторожно за него потянуть — не снимается. Это значит, он жив? Как он мне тогда сказал? Это якорь, благодаря которому нас всегда будет тянуть друг к другу, независимо от времени и пространства. Интересно, в нашем случае это тоже работает? А что, если…
Я распахнула сумку и принялась перерывать ее содержимое. Но, увы, еще одной разноцветной жемчужины не обнаружилось. Зато нашелся мешочек с браслетами Нитрока. Я застонала.
Еще и этого подвела!
Откуда вообще у меня появилась жемчужина? И что это был за голос? Я ведь слышу его не первый раз. И главный вопрос: можно ли вернуться обратно? Если можно сюда, то должен быть способ и обратного перемещения. Но как его найти?
Я прислушалась к своим ощущениям — никакого холода больше не чувствовалось. Что же там со мной происходило? Или это было с Нургхом? И неужели я так никогда этого и не узнаю?
Оглядевшись вокруг, я поняла, что скоро начнет темнеть, а значит, надо отправляться в квартиру и… И начинать как-то жить дальше. Ради наших девочек.
И надеяться! Надеяться на то, что он найдет способ вернуть нас.
Да! Буду верить и ждать!

ЭПИЛОГ 

Сон был опять о Ниаре. Но какой-то совсем не похожий на мои предыдущие сны. Я видела Нургха сидящим рядом на моей кровати. Он гладил меня по волосам и звал, звал с собой… Я всей душой устремилась ему навстречу… и проснулась.
Визг сорвался с губ, когда вода внезапно взметнулась вокруг сплошной стеной, охватывая меня со всех сторон, не позволяя дышать. Мгновенно вспыхнуло чувство ужаса, а в голове забилась единствен над мысль: «Мне надо дышать, иначе дети погибнут!»
Судорожно взбрыкнув ногами в тщетной попытке вырваться из водного плена, я изогнулась, и тут же тело пронзила жуткая боль. Совершенно лишившись рассудка от страха, я осознала, чем эта боль вызвана, и инстинктивно закричала, призывая на помощь. Вода хлынула в легкие. Последний взмах руками, совсем слабая попытка пробить водный барьер… и застывший взгляд.
Темнота. Боль ушла. Исчезла. Никаких ощущений.
Так вот как наступает смерть…

— Дина, Дина! — Такой знакомый голос все звал и звал меня. — Дина-а-а! Кошечка моя…
А отзываться совсем не хотелось. Не хотелось ничего. Я была песчинкой, которая замерла в холодной вечности, любуясь бесконечным космосом. Так легко и хорошо. Так холодно и спокойно. Только какая-то искорка не желала затухать, раздражая своим мерцанием. Я старалась забыть о ней, не обращать внимания, но она упорно мерцала, то вспыхивала, то снова гасла, ошпаривая воспоминаниями… о детях.
Они же погибнут!
И этот голос все зовет и зовет меня…
Нургх! Это же он!
Я всем своим существом потянулась, устремляясь на этот зов. Тут же меня подхватил поток теплого ветра, он, изгоняя вечный холод, и направил вперед — из темноты навстречу яркому свету и мужской фигуре, стремительно мчащейся ко мне.
Нургх… Наконец-то он рядом! Сердце затопило облегчение и счастье, едва я ощутила, как наши руки соприкоснулись.
И тут же осознанно открыла глаза. Вокруг была тьма.
— Получилось, ты ее задержал! — услышала я ликующий голос Киена. — Держи теперь, не отпускай!
— Не отпущу, никогда не отпущу. Как дети? Ты смог? — Голос Нургха дрожал от волнения.
Он рядом! Он тут! Дети…
Внезапно я осознала, о чем они говорят. И вместе с осознанием пришла боль! Накатывающая и разрывающая на части.
— Дети? — прохрипела я.
Боль оборвала дыхание — и задать вопрос до конца я не смогла.
Тут же пространство вокруг прояснилось, и я увидела лицо Нургха, склонившегося ко мне:
— Дина, потерпи совсем чуть-чуть! Киен поможет тебе, боль пройдет. Он помогает им, обе дочки… Ты сейчас подаришь миру две жизни!
И, положив руку на лоб, он отправил по моим венам такую знакомую волну тепла. Боль сразу начала стихать.
Так у меня что, роды?!
Я потрясенно застыла, но очередной спазм скрутил тело, выдавливая из меня воздух. И снова волна тепла моего шаенга пробежала по венам, гася боль.
Два звонких испуганных крика разорвали мрачную темноту, окружавшую нас. Им страшно. Они, как и я, в потоке воды покинули свой привычный и родной мир, чтобы вступить в новый, который отныне будет их домом.
Они приветствуют Ниар!
Казалось, последние силы ушли на это движение, но я смогла повернуть голову в сторону этого крика.
Совсем рядом на небольшом столе лежат мои маленькие новорожденные дочки, а Нургх со слезами на глазах склонился над ними и окружает их крохотные тела коконом тепла и живительной энергии. За его плечами, застыв от переполняющих их эмоций, стоят Киен и Ригард. Оба с недоверчивым восхищением всматриваются в это чудо — наших детей. Я и сама боюсь поверить в реальность происходящего.
Это же не сон? Я вернулась? Это не может быть сном!
Киен перевел взгляд на меня и скользнул ближе, поднимая светящиеся магией ладони в таком знакомом мне жесте.
— Дина, ты молодец! Ты невероятная женщина. Я преклоняюсь перед тобой, твоей силой, твоим духом! Ты больше чем женщина, ты… сама жизнь!
Я успела расслышать его слова, прежде чем начала погружаться в сон. Или это беспамятство пробуждения?..
Вновь распахнув глаза, я увидела огромный диск небесного тела, наполовину погруженный в серебристые облака. Перед ним я чувствовала себя мелкой и незначительной — песчинкой, представшей перед бесконечностью и величием жизни. Я была готова миллионы лет лежать здесь и смотреть, смотреть, смотреть на эту завораживающую и холодную красоту. Но именно холод, пробравший до самого нутра, вырвал меня из забытья.
Я оглянулась.
Вокруг была пустота. В буквальном смысле. Бесконечная твердая плоскость под ногами, серая мгла и пустынный ветер, прижимавший к моим ногам платье. Не понимая, чего ожидать от этого сна, я неспешно зашагала вперед. Шаг, еще шаг и еще… Гулкий звук моих шагов разносился далеко вокруг в окружавшей меня тишине. А я шла и шла все быстрее, пока не сорвалась на бег.
Так легко! Даже ветер не мешал моему стремительному движению. Казалось, что я бежала часы, дни, годы… Кругом — все та же мертвая пустота, а я практически летела, едва-едва касаясь тверди. Пока внезапно не остановилась.
Впереди преграда. Непреодолимая. Я увидела за ней неподвижные силуэты и замершие прямо в воздухе капли воды. Они блестели и переливались, развеивая мрак. Я медленно подошла к прозрачной границе и коснулась ее руками.
Холодная. Как и все тут.
Как в зеркале я увидела в ней свое отражение. Только это была не я!
Вдруг одна из фигур начала двигаться мне навстречу. И вот она уже совсем близко — по другую сторону этого странного защитного купола, коснулась руками тех же мест, что и я, только изнутри. Я вгляделась, пытаясь рассмотреть лицо. И судорожно выдохнула, распознав черты Нургха, искаженные жутким гневом.
Я проснулась от боли.
— Дина?
Обеспокоенное лицо Нургха надо мной. А рядом Киен.
— Борись! Ты вернулась, дороги назад нет.
«Да, — мысленно согласилась я. — Теперь все важное для меня в этом мире».
Каждое мгновение странного сна словно отпечаталось в моей памяти, и без малейшего усилия я могла вызвать перед глазами любой миг этого кошмара.
Что это было? С какой целью все это приснилось мне и так четко отложилось в голове? Это предупреждение или вещий сон? И что он означает? Вопросы, вопросы и ни одного ответа.
Но я разберусь!
И словно в ответ на созревшее в душе намерение я вспомнила слова бабушки: «Время пришло!»